Марьянна Кей - Стихийница (СИ)

Я послушно опустилась на пол, застеленный небольшим теплым покрывалом, на котором лежала маленькая подушка. Лирен аккуратно подсунул мне ее, чтобы могла удобнее устроиться.

— В первый раз я тебе покажу, как это делать, а потом уже сама будешь восстанавливать. — воздушник сел напротив меня, взял мои руки в свои и перевернул ладонями вверх. — Закрой глаза и потянись к своим потокам, сначала внутренним, а потом внешним. Затем потянись к своей Стихии. Ощути Воздух вокруг себя и внутри. Только не пытайся творить какое‑либо заклинание. Просто попробуй втянуть стихию кожей.

— Я нечто подобное делала. Ничего не получится дельного. — покачала головой.

— С тобой не было рядом меня, мария. — тепло улыбнулся Лирен. — Доверься.

И я решила поверить этому боевику. Может быть, и пожалею потом, как успела это сделать с Раананом, но воздушник может меня многому научить, а если ничего не получится, всегда могу перестать заниматься.

Закрыв глаза, потянулась к внутренним опустошенным потокам. Прикосновение к ним было очень болезненным, но у меня нет другого выбора. Попыталась выкинуть из головы все мысли. И когда, наконец, у меня это получилось, сосредоточилась на внешних ощущениях. Кожу нежно ласкал легкий ветерок. Представив, что втягиваю его, удивилась тому, что он послушался и теперь я впитываю в себя силу Воздуха, распределяя между внутренними потоками, а когда три из четырех наполнились, перешла на внешние боевые. Теперь отчетливо видя свои неисправные потоки, заметила, чем они отличаются от остальных. Основные были красивого серебряного цвета, а вот три непостоянных, переливались черно — серебряным с вкраплением золотистых искорок.

Распахнув глаза, вздохнула полной грудью и улыбнулась сидящему напротив парню.

— Ты можешь посмотреть какая моя аура, мария? — забавно склонив голову к левому плечу, спросил Лирен.

— Мне нужно прикоснуться к твоему дыханию. — кивнула ему.

Глаза у боевика странно заблестели при моем заявлении. Я же протянула свои руки к его лицу, чтобы почувствовать дыхание. Пока умею только так. Но уже скоро сумею только одним взглядом просматривать ауру. Лирен, поняв, что мне надо, подхватил мои руки и приблизил к лицу так, будто собирается поцеловать пальчики. При этом, костяшки ощущали его дыхание.

— Хорошо. Теперь можешь выпустить немного своей силы. — закрыв глаза попросила воздушика.

Почувствовав движение заклинания вокруг себя, медленно подняла веки и захлебнулась накатившим на меня изумлением. Аура мага должна как кокон окружать его тело. Но, судя по всему, Лирен был не простым стихийником. Вся аура воздушника вихрем окружала нас и была ярко фиолетового цвета, сияющая золотом и серебром. Никогда в жизни я не видела ничего подобного. Прекраснее этого сложно что‑то представить.

— Это невозможно. — благоговейно прошептала наконец ошеломленная я и, почувствовав легкий поцелуй на пальчиках, перевела взгляд на этого удивительного парня.

Лирен сидел и не сводил с меня взгляда своих фиолетовых глаз, который теперь приобрели такой же оттенок, как и окружавшая нас аура. Я никогда не умела читать взгляды и всегда поражалась такому умению у других. А воздушник вздохнул, и волшебство вокруг нас прекратилось, впитавшись в тело парня. Теперь его аура стала почти такой, какую я привыкла видеть у других: похожая на яркий фиолетовый кокон, окружающий мага, с серебряным ободом, обозначающий принадлежность к Воздуху.

— Кто ты? — спросила я.

— Не волнуйся, такой же простой маг — стихийник. — усмехнулся Лирен и нехотя опустил мои руки.

— Ты знаешь, что означает такой цвет твоей ауры? — рассматривая парня, прикоснулась к его пальцам.

— Из нас здесь только один целитель — воздушник. И это явно не я.

— Ну что же, проверим, правильно ли целителей учат. Потому что твой случай редкость даже среди магов. — я сконцентрировалась, вспоминая строчки из учебника: — такой яркий цвет фиолетового означает, что у носителя утонченное воображение, он стремится к самосовершенствованию и духовным поискам. А переливы серебряного и золотого показывают, что ты очень опытен в боевой магии Воздуха, я бы даже сказала, что еще немного и ты достигнешь совершенства.

— Нагло лгут ваши учебники. — отрицательно покачал головой Лирен. — Мне еще далеко до вершин. А знаешь почему?

Я удивленно глянула на парня, а он, нагнувшись ко мне, спросил:

— Знаешь, какая высшая степень магии у воздушников?

Я не знала. У водных — это Лёд, у земных — Песок, у огненных — Лава. А у воздушных? Наверно, более уплотненное использование Ветра?

О своей догадке и сказала Лирену, на что парень рассмеялся и покачал головой.

— Какое распространенное заблуждение! Я могу уплотнять воздушные потоки и даже делать оружие. Но это не предел. — наклонившись еще ближе, Лирен улыбнулся: — Иллюзия. Маги — воздушники могут создавать иллюзии, какие захотят. А целители в этом продвинулись еще дальше. Влияя не только на ауру, но и на эмоциональное состояние, они творят настоящие чудеса.

— Откуда ты столько знаешь?

— Частый посетитель библиотеки, особенно дальних секций. — лицо парня оказалось в непозволительной близи от моего, а я как завороженная смотрела в удивительные фиолетовые глаза.

И вот улыбнувшись, Лирен указал взглядом вниз. Опустив глаза, второй раз за вечер у меня перехватило дыхание. На руке боевика была большая белая бабочка, которая взмахнула призрачными крылышками и полетела ко мне. Я протянула свою руку и она, стала порхать над ней. Через пару минут, Лирен опустил свою ладонь на мою, привлекая к себе внимание, при этом уничтожив это чудесное видение, или точнее сказать иллюзию. Я печально выдохнула и посмотрела опять на воздушника.

— Хочу тоже такому научиться. — нагло попросила я.

— Тебе еще рано. — обольстительная улыбка и откуда ни возьмись на золотом сиянии наших пяти светил появились две белоснежные розы. — Возьми, это не иллюзия. — после некоторого молчания: — Мы продолжим наши занятия?

И тут в груди что‑то неприятно кольнуло. Я же влюблена в Раанана, а сижу здесь, в Высшей башне Академии, один на один с другим парнем, с которым познакомилась толком только сегодня. На кого сейчас похожа? На девушку, которая бегает от одного парня к другому, не особенно отягощаясь моральными нормами.

И тут, наконец, о себе заявила моя гордость. Огневик сам меня оттолкнул, хотя его поведение первоначально и создавало впечатление, что я ему не безразлична, но все остальное время он унижал меня, гонял по залу, испытывая мои силы. Ну его, к демонам. Как говорит Эва: 'в отношениях мужчина должен любить женщину, а женщине достаточно только чувства симпатии'. Симпатия к Лирену у меня была, поэтому решение далось удивительно легко, и, тепло улыбнувшись воздушнику, закусила губу: