Тихомира Матвеева - Желание (СИ)

— Тише, — шикнул брат. — Выйдем через подземный гараж.

Он потащил меня к узкой двери в конце коридора. За ней пряталась винтовая лестница, ведущая к помещениям для прислуги и подземному гаражу.

— Стой! — дернула за руку я. Шен обернулся: — Нас могут увидеть.

Он отрицательно покачал головой.

— Нет. Сейчас управляющая раздает задания на завтра.

— Планерка? — сообразила я.

— Вроде того. Быстрей, Лет!

Он втолкнул меня за узкую дверь в тот самый момент, когда внизу послышались чьи-то шаги.

— Наверное, медсестра несет отцу лекарство. Сегодня он работает в кабинете.

Мы спустились вниз.

В этой части дома я еще не была. Светло-бежевые стены и несколько дверей — комнаты прислуги. У нас ее целый штат.

Шен повел меня дальше — по еще одной узкой лестнице.

Наконец, мы оказались в гараже.

— Нам крупно повезло, что здесь отказала система видеонаблюдения, — сказал он шепотом. — Эти вояки чего-то напортачили и теперь получают нагоняй от Стейна.

— Точно не работает? — я покосилась на глупо выпученный глаз камеры, больше похожий на черную дыру в стене.

— Точно, Лет, точно. Я по-твоему полный идиот? — Шен заметно волновался и сам.

Он широкими шагами пересекал гараж и, оказавшись возле своей машины, нажал что-то на пульте управления. Открылся багажник.

Я неверяще взглянула на брата:

— Ты предлагаешь мне ехать там?

— Без лишних слов, Лети. Лезь, — почти приказал он.

— Машину могут проверить, — сказала я.

— На это им наглости не хватает. Время, Лети, время.

Я не стала спорить и полезла в багажник. Там оказалось на удивление просторно — наверное, Шен не возит всей той ерунды, которой забиты авто в моем мире.

— Я приторможу в Нижнем городе, — сказал Шен. — На улице Семи Стрелков. Вернусь туда через три часа. Ровно через три, Лет. Куда идти, ты знаешь. Удачи, сестренка.

Сказав это, он захлопнул дверь и я оказалась в темноте.

План нашего рискованного предприятия обсудили днем, но все-таки Шен напомнил. Я должна выбраться из машины в глухом темном районе и дальше пойти по нужному адресу.

Шеннард рассчитал все так, что рядом не будет патрулей и камер наблюдения. Надеюсь, он не ошибся.

Я слышала, как с легким шорохом открываются ворота. Затем меня немного встряхнуло — значит, машина двинулась с места.

Поджав колени к груди, я прикрыла глаза. Только бы все получилось, только бы удалось.

Автомобиль затормозил очень мягко. Я ощутила лишь легкий толчок и плотнее вжалась в стенку, отгораживающую меня от салона.

— Господин Кастелли, добрый вечер. На тренировку едете? — послышался голос постового.

Вспомнив киборгов со страшными дырами-глазами, я содрогнулась. Надеюсь, сейчас Шен говорит ни с одним из них, а с настоящим живым человеком.

— Добрый вечер, — голос брата звучал спокойно и даже как-то вальяжно. — Угадали.

— В котором часу вернетесь?

— Примерно в два-три ночи, как всегда.

— Сопровождение не нужно?

— Нет, никакого сопровождения.

Я сжалась, когда услышала, как шаги постового приближаются ко мне.

Я видела, как именно он ступает по безупречной гладкой плитке, которой вымощен двор. Как опускается его нога, обутая в тяжелый ботинок с меховой подкладкой. Наверное, сам это ботинок задумывался как дополнительное оружие самообороны. С металлической пластинкой впереди и рельефной подошвой, пригодной даже для бега по льду.

Я замерла, старалась дышать как можно тише.

Ужас от того, что вот-вот постовой решит проверить автомобиль и откроет багажник, полностью заполнил меня. Я ясно представила, как поднимается дверь, в глаза бьет луч от прожектора, освещающего двор (он висит как раз авто) и человек удивленно взирает на меня сверху вниз.

— Вы так смотрите на мою машину, как будто там сидит парочка падших, — с усмешкой заметил Шен.

— Надеюсь, их там нет? — подхватил его тон постовой.

— Ни единого.

— Тогда удачной тренировки, Шеннард.

— До скорого, — весело сказал брат и завел машину.

Как только автомобиль тронулся, я выдохнула и распласталась по дну багажника.

Пронесло! Самое сложное позади.

Уже знакомое ощущение азарта приятно защекотало нервы. Может, это и есть тот самый адреналин, за которым гоняются сотни экстремалов? Я никогда не испытывала его, пока не оказалась здесь. Теперь он мой спутник.

Было ясно, что Шен едет по Верхнему Городу. Машина двигалась плавно, я почти не ощущала движения. Позже, не могу сказать точно, сколько времени прошло, но дорога изменилась. Меня стало ощутимо потряхивать и, кажется, я обзавелась парой синяков. Мы в Нижнем Городе, яснее ясного.

В багажнике становилось все жарче и душнее. Я расстегнула куртку и убрала со лба волосы. Если Шеннард не остановится в ближайшей время, то ему придется вытаскивать полузадохнувшуюся меня самостоятельно.

Машина неловко подскочила на каком-то ухабе. Я со слабым писком подлетела вверх и посадила на бедро еще один синяк.

Затем был легкий толчок и машина остановилась. Щелчок замка сказал, что дверца открыта. Напрягшись, я толкнула ее наверх. Тут же на меня хлынул поток холодного воздуха.

Быстро выбравшись наружу и став на ноги, я закрыла дверцу и махнула Шену рукой. Автомобиль шумно двинулся дальше и быстро исчез за поворотом.

От резкой смены температуры я дрожала. После обдавшего меня холодного порыва ветра зуб на зуб перестал попадать.

Быстро оглядевшись, я поняла, что стою в темном грязном переулке. Лишь косой луч одного их немногочисленных в этом районе фонарей, падающий на полуоторванную от стены табличку, указывавшую название улицы, хоть как-то обозначал местоположение.

«Улица Семи Стрелков» — прочитала я, смахнув перчаткой слой пыли. Слишком громкое название для такой дыры. Ветер разносил запахи нечистот и мусора. Людей вокруг не было. Разве что вдалеке понуро брели двое бродяг, волоча за собой тележку с каким-то скарбом. В этой темноте они ни за что меня не разглядят.

Я прошла дальше, разглядывая надписи. Улица уходила дальше, в темноту. Лишь метрах в ста стоял одинокий фонарь, покачиваясь от ветра.

Ускорив шаг, старалась держать ближе к стенам. Нужный номер дома и его приметы я заучила наизусть и то и дело повторяла про себя.

«Сто тридцать семь, синяя дверь и трещина на стене… Сто тридцать семь…» — проносилось в голове.

Я слышала звуки этого места — голоса его жителей, музыку из открытого окна, бьющееся стекло, снова голоса. Они смешивались с далеким гулом Верхнего Ангресса, смешивались с запахами, доносящимися отовсюду, с ветром, с лучами бледной ночной луны. Слушая их, я слушала, как дышит этот город. Мрачный, но завораживающий.