Мой Мармеладный Принц - Кася Дрим
Одного шага с крыльца мне оказалось достаточно, чтобы увидеть ту, которая так раззадорила собаку.
«Блин, не дача, а проходной двор какой-то!» — направляясь в сторону незнакомки, застывшей посередь моего участка, пробормотала я себе под нос. Боги, пусть только эта будет чья-нибудь заплутавшая гостья, а не то, что первым пришло мне в голову!
На мысль о том, что боги, как и я, по всей видимости, сейчас в отпуске, меня натолкнули два момента.
Во-первых, манера, с которой она держалась. Задранный нос и брезгливо поджатые губы — заметно было издалека — как-то не вяжутся с образом растерянного человека. Стало быть весьма маловероятно, что незваная гостья здесь случайно. Хотя есть ещё надежда, что произошла какая-то ошибка. Но вот тут как раз сомнительно из-за “во-вторых” — место было тем самым, где сначала я споткнулась об Даньку, и где позднее мы с Кристинкой обнаружили Фили.
И чего только они все тут шарятся? Мёдом им тут намазано что ли? А может на моей земле стоит какой-нибудь «уловитель людей» или, скажем, белая дыра где-то неподалёку расположена?
Или, что намного вероятнее, — это то самое, о чём так не хочется думать. И зачем? Ведь всё же было так хорошо! Или только мне? Но тогда можно было просто по-человечески уйти, а не разыгрывать очередной акт спектакля…
Узнала я её сразу же, как только расстояние, разделявшее нас, позволило разглядеть черты надменного лица. Хотя видела впервые. Её.
А вот черты у них с сыном общие. Поэтому хоть и правильнее было бы выразиться «поняла, кто это», однако «узнала» — точнее. Надежда на ошибку и была-то мизерной, а теперь растаяла окончательно. Так вот значит какая ты, моя почти что свекровь!
Так, стоп! Это что — реально Данькина мать?! То есть я вижу, что — да, но тогда она ведь разоблачит его легенду? Не мог же он в своём спектакле задействовать настоящую мать?! Или да? Но, чтобы она согласилась, ставки должны быть и впрямь достаточно высоки. И как мне себя с ней вести? Кто бы подсказал…
Растерянно потрепав Джеки по лохматой голове, я присела на корточки и сказала ему на ухо: «Умница, мальчик!», но лай нужно было прекращать, поэтому следом со вздохом добавила: «Фу! Свои».
Пёс в ответ фыркнул, словно, выражая свой скепсис, неуверенно гавкнул ещё пару раз, а затем смолк. Ой, да не так уж сильно и обманула: Данька же наш, а значит и мать его не чужая. Вот только наш ли Данька на самом деле, мне ещё предстоит выяснить…
Оставшееся расстояние я преодолела в оглушающе-непривычной тишине. Нет, птички по-прежнему пели, издали доносился звук не то бензопилы, не то бензокосилки и даже брехала чья-то ещё собака, но после надсадного лая Джеки всё это как-то и за звуки-то не воспринималось — так, досадный фон для чего-то действительно важного, что вот-вот должно произойти.
Изобразив на всякий случай благожелательную улыбку, я остановилась напротив женщины, поздоровалась и замерла. Почему-то так и подмывало спросить, не ушиблась ли она при падении, но я сдержалась. Оглядев её длинное «в пол» платье на предмет хоть каких-то признаков того, что оно вместе со своей хозяйкой побывало на земле и, не найдя таковых, я непроизвольно вздёрнула брови: что неужели Её Величество миновала участь предшественников? А почему? Для дам предусмотрены особые условия?
И не спросишь ведь: пока я не продемонстрировала свою осведомлённость, можно попробовать сыграть в то, что я вообще ничего не знаю. Может это даже и к лучшему, что Данька отсутствует? Пока его нет, у меня есть возможность отрицать факт нашего с ним знакомства и по-быстренькому сплавить его матушку восвояси. Он же вроде как не жаждал с ней повидаться? И что-то я уже тоже не горю желанием — хотя мне, наверное, и было бы полезным — налаживать контакт с Её презрительным Величеством.
Кстати, помимо выражения лица, которое с натяжкой ещё можно было счесть в качестве доказательства её статуса, никаких других свидетельств того, что передо мной — королева, я не заметила. Ни тебе короны, ни хотя бы завалященькой диадемы. Ещё и светлые, в отличие от сына, волосы подстрижены по-мальчишески коротко. Впрочем, Данька в своих «Адидасиках» тоже не больно-то на принца похож.
— Я могу Вам чем-то помочь? — так и не дождавшись от неё ни ответного приветствия, ни хоть какого-нибудь вопроса, решила проявить инициативу я.
— Вы должны знать, где Даниэль, — заявила она без тени сомнения и обратила на меня хмурый взгляд своих тёмно-серых, как грозовые тучи, глаз.
Мать его!
Вообще-то она была даже красивая, но вот взгляд её, хоть и не слишком добрый, не обладал, как у сына, силой проникать в самую душу. Не впечатлилась я в общем.
— Даниэль? Хм… Даниэль.., - я сделала вид, что пытаюсь припомнить, но потом решительно покачала головой: — Вообще не представляю, о ком вы говорите.
— Такой черноволосый красивый мальчик. Ростом повыше, — угу, про рост я заметила, а вот насчёт мальчика — это смотря с какой стороны посмотреть — но лицом похож на меня. Про красивого, но на неё похожего — это она сейчас изящно так себе комплимент сделала.
Женщина глянула на меня раздражённо, а затем с досадой, словно сердясь, что по её «подробному» описанию я не тороплюсь узнавать Даньку, добавила:
— Чёрная футболка, чёрные спортивные штаны. Татуировки, — она ткнула пальцем, обозначая места, — на шее и руке.
— Ни разу не видела в этих краях ребёнка с татуировками, — пожала плечами я. И, между прочим, не соврала.
— Да при чём здесь ребёнок?! — раздражение на лице Её Величества сменилась недоумением.
— Ну Вы же сами сказали про мальчика, — похлопала ресницами я.
— Ему двадцать три, — буркнула она.
— А с чего Вы взяли, что я должна знать, где.., - я чуть было не ляпнула «ваш сын», но вовремя сориентировалась: — он?
— С того, что мне доподлинно известно, что он здесь был.
Ой ли? Чтобы говорить с такой убеждённостью, она должна
