Проклятие Бессмертных: Метка Вечных. Книга 1 - Валентина Зайцева

сердце разрывалось от беспокойства за него, от мучительной неизвестности.

Но я не могла ему помочь — или хотя бы узнать, что с ним произошло, — если к утру меня не станет, как и планировал владыка Каел.

Двадцать минут мы крались по коридорам, прячась за дверями и юркая в укромные уголки, когда внезапно раздался звон колокола. Тот самый колокол, что мы слышали прежде — где-то высоко в башне. Мы нырнули в дверной проём и прижались друг к другу в тени, затаив дыхание.

— Ещё одна церемония? — прошептала я Агне, едва шевеля губами.

— Не знаю. Не думаю, — прошептала она в ответ, качая головой.

Топот спешащих ног дал нам ответ. Я прислонила голову к стене позади себя и почувствовала, как страх снова начинает сковывать меня холодными пальцами. Всё. Нас раскрыли.

Обе мы тихонько застонали от осознания неизбежного.

Агна первой пришла в себя.

— Пошли! — настойчиво прошептала она и толкнула дверь, на которую мы опирались.

Агна просунула голову в щель, убеждаясь, что комната пуста, прежде чем войти внутрь и махнуть мне рукой, призывая следовать за ней. Я последовала за подругой и закрыла дверь за собой настолько тихо, насколько это было возможно, стараясь не издать ни единого скрипа.

В попытке уклониться от стражников и добраться до выхода мы в итоге поднялись на один лестничный пролёт вверх. Комната, в которой мы сейчас оказались, выглядела как место для приёма гостей — возможно, когда-то давным-давно. Роскошно украшенные кресла были расставлены вокруг стола с искусно вырезанной поверхностью, но было слишком темно и слишком пыльно, чтобы разглядеть детали узора.

Полотнища ткани драпировались от деревянных стен, вздымаясь к самым потолкам и заканчиваясь цветастыми знамёнами и флагами с нарисованными на них символами и именами, что ничего мне не говорили. Балтор, Келдрик, Золтан, Малахар — последние два я узнала. Каел, Самир. У каждого флага был свой цвет: у Каела — красный, у Самира — чёрный. Остальные четыре, должно быть, представляли цвета других домов. Синий, фиолетовый, белый и зелёный соответственно.

В одном месте явно не хватало знамени — оно было сорвано со своего древа, остались лишь изодранные лоскуты.

Комната выглядела пыльной и заброшенной, словно сюда никто не заходил очень, очень давно — возможно, годами. Паутина густо оплетала все уголки, где паук мог пожелать свить себе дом. Пыль лежала серой пеленой на всём остальном, покрывая поверхности плотным слоем забвения.

— Что это за место? — прошептала я, оглядываясь по сторонам.

— Понятия не имею, — ответила Агна и любопытства ради провела пальцем по поверхности стола.

Он оставил чёткую линию там, где пыль стёрлась с лакированной поверхности. Она потерла руки друг о друга, счищая грязь, и пожала плечами, глядя на меня с недоумением.

Так или иначе, нам пора было выбираться отсюда. Мы замерли, услышав, как чьи-то шаги бегут по коридору прямо за дверью комнаты, в которую мы юркнули.

— Ты! Проверь западное крыло! Возьми с собой слуг с кухни! Им нельзя причинять вред, но если они сбегут — ты ответишь за это своей головой!

— Слушаюсь, господин! — донёсся более отдалённый ответ.

Тот, кто орал приказы, стоял прямо за дверью. Инстинктивно мы съёжились у окна, забившись в угол, туда, где могли бы спрятаться за полотнищами древних занавесей, если кто-то ворвётся к нам.

— Что нам делать? — срочно прошептала Агна, вцепившись в меня.

Я обняла её за плечи и прижала к себе покрепче, чувствуя, как она дрожит.

Я попыталась успокоиться и унять стук собственного сердца в ушах, чтобы хоть как-то сообразить, что делать дальше. Куда мы могли пойти. Как нам выбраться из этой ситуации. Я посмотрела в сторону окна и увидела вид, открывавшийся из здания. Мы были на втором этаже, но там, едва освещённое тусклым бирюзовым светом заходящей луны, маячило нечто — шанс на спасение.

Серия флагов была подвешена на длинной верёвке, которая тянулась от окна вниз к соседнему зданию. Оно было низким, приземистым и больше походило на хозяйственную постройку, чем на часть основной каменной крепости.

Наклонив голову ближе к окну, я увидела, что верёвки были закреплены прямо над рамой снаружи и спускались к земле. На них развевались красные флаги, помеченные символами дракона и прочей геральдикой. Каел был владыкой и украшал свои владения соответствующим образом.

Угол был несколько крутоват, но это могло сработать. Поправка — этомоглосработать. Может быть.

— Эй, Агна…

— Да?

— Ты когда-нибудь слышала о тросе для съезда?

***

— Ты уверена в этом?

— Ну… да? — пожала я плечами. — Это абсолютно безопасно. То есть, ладно, нет, не совсем, но послушай…

Я взяла один из стульев от стола и поставила его на широкий, в полтора метра толщиной, каменный подоконник. Открыть окно оказалось задачей не из лёгких, и, к счастью, оно распахивалось на боковых петлях, разделяясь посередине и открываясь наружу, оставляя наш путь свободным. Стул был необходим, чтобы дотянуться до верёвки, закреплённой на крюке над окном.

Агна стояла рядом со мной, нервно разглядывая всю эту конструкцию.

— Мне это не нравится.

— У меня, честно говоря, нет других идей. А у тебя есть? — В моей руке был тяжёлый подсвечник из кованого железа — грубо выкованный, с завитками. Именно его я собиралась перекинуть через верёвку и схватиться за него с другой стороны. Агна держала такой же в своих руках, прижимая к себе, словно это был щит, способный защитить от любой опасности.

— Нет, — призналась Агна и посмотрела вниз через окно.

До другого здания, к которому была привязана верёвка, было около тридцати метров, и угол спуска был крутым. Плюс флаги, привязанные через каждые три метра, явно не сделали бы поездку приятной.

— Но мне страшно.

— Да, мне тоже, — призналась я и забралась на подоконник. — Я полечу первой.

— Отлично. Я и не собиралась предлагать, — хмыкнула Агна, и в её голосе прозвучала нервная усмешка.

Я открыла было рот, чтобы подразнить девчонку, но наше время истекло. Одна из дверей комнаты щёлкнула и начала открываться.

Агна взвизгнула.

— Лети! — громко прошептала она.

— Чт…

— Я задержу их. Лети, — настояла Агна.

— Нет, я не…

Я не собиралась бросать её.

— Иначе мы обе не выберемся отсюда. Не будь дурой. У тебя есть дом, куда можно вернуться. У меня нет.

Дверь распахивалась всё шире.