Замуж за чудовище, или Хозяйка драконьего замка (СИ) - Лена Хейди

Глава 76. Зов сердца

Арина

– Я вижу, как ты нервничаешь, любовь моя, – мягко обратился ко мне Нео, когда принёс в спальню и опустил на пол. Здесь всё было украшено лепестками белых роз. – Теперь, после обряда венчания, я особенно остро чувствую твои эмоции. Если хочешь, я распоряжусь принести тебе успокоительный отвар из целебных трав. Сразу станет легче, вот увидишь!

– Нет, не надо, – помотала я головой.

Почему-то в голову прилетело воспоминание о кубке с возбуждающим зельем на нашей с Габриэлем свадьбе.

– Ты мне до сих пор не доверяешь, – расстроился супруг.

– Мне нужно время, – сдержанно отозвалась я. – Слушай, а давай проведём нашу первую брачную ночь, например, через месяц? Тогда мы успеем привыкнуть друг к другу.

– Нет, ты что, если не консуммировать наш брак сегодня, у меня может пропасть метка истинной пары, – встревожился Нео.

– Ясно... – тяжело вздохнула я.

Медленно и очень осторожно, как сапёр на минном поле, Неофей принялся расшнуровывать моё свадебное платье, попутно оставляя на моей шее нежные поцелуи.

Такое чувство, что он боялся моей паники и опасался, что меня придётся выцеплять из-под кровати, куда я вот-вот забьюсь.

– Не бойся, я буду нежен, – ласково заверил он меня.

Снять платье он так и не успел: в дверь громко постучали.

– Какой смертник отрывает наследного принца от консуммации? – изумился Нео, с неохотой отстраняясь.

Он вышел в коридор на разборки, и вернулся через минуту – для того, чтобы сообщить:

– Арина, у отца очередной приступ, он зовёт меня к себе. Я вынужден оставить тебя на некоторое время. Вернусь, как только смогу. Ты пока полежи, отдохни, ладно? День был долгим и тяжёлым.

– Да, конечно, иди, – кивнула я, в душе радуясь полученной передышке.

Больше всего на свете хотелось остаться сейчас одной.

– Не скучай! Я быстро, – супруг послал мне воздушный поцелуй и быстро удалился.

Едва за ним захлопнулась дверь, я опустилась в кресло, и на меня навалилось чувство неправильности всего происходящего.

Я вдруг представила, как утром просыпаюсь, и с одной стороны сладко спит Неофей, а с другой – сопит довольная пушистая морда Мантюши, который по своему обыкновению пробрался ночью в мою кровать.

Сначала хохотнула от этой картины, потом чуть не разревелась.

Я должна быть с Габриэлем и Мантюшей! Мне нужны только они, а не вот это всё...

С другой стороны, именно они от меня отказались, предали и забыли о моём существовании.

Теперь придётся жить без них...

Мои горестные размышления были прерваны красивой птичкой – чуть больше воробья, с красивым, переливающимся на свету синим оперением на груди и красным – на спине.

Впорхнув в окно, она по-хозяйски уселась передо мной на столе, и я с удивлением увидела, что она держит в клюве алый лепесток.

– Какая прелесть, – тихо, чтобы не спугнуть, сказала я и невольно улыбнулась: – Ты увидела, что тут везде лепестки разбросаны, и принесла ещё один, да? Но здесь везде белые, а у тебя красный.

На меня посмотрели как на слабоумную.

– Фурх, – заявила птичка и положила свой подарок на стол.

И я только сейчас заметила, что на нём было что-то написано!

– «Остался всего один лепесток», – прочитала я мелкие буквы, не понимая, что это вообще значит.

– Может, ты адресом ошиблась? – с сомнением посмотрела я на пернатого курьера.

Мне ответили заливистой трелью – длинно, эмоционально и, кажется, даже с ругательствами насчёт моей несообразительности.

Перевернула это послание – увидела подпись: «Р., Н.».

И до меня вдруг дошло!

Это сообщение было от пустынных магов – Роя и Ноэля!

Они дали мне понять, что у Габриэля остался последний лепесток на его розе в колбе.

В душе всё оборвалось.

Я лихорадочно попыталась вспомнить точные слова проклятия. Кажется, Ронеган сказал: «Следи за лепестками! Всего их сорок. Когда опадёт пятнадцать – ты окончательно утратишь нормальный облик. Тридцать – и тебя покинет разум. А когда роза скинет последний лепесток – в тот день ты присоединишься ко мне за Гранью!»

Если у Габриэля остался последний лепесток, – это плохо, очень плохо!

Возможно, счёт его жизни идёт уже на минуты!

Может, он именно поэтому от меня отказался? Боялся оставить меня одну в своей стране: драконы не потерпели бы человечку на троне, меня бы убили.

Или его разум был уже затуманен проклятием, и поэтому он вручил меня в руки практически незнакомого мужчины, поверив ему на слово?

Как бы то ни было, я не могла оставить его в беде.

Когда я была его женой, проклятие затормозилось, он научился брать под контроль ярость мантикоры. А сейчас, когда связывающие нас брачные узы разорваны, Габриэля накрыло по полной программе.

Именно поэтому он за мной не прилетел.

Он не мог!

Что ж, остаётся только одно: я сама найду своего вредного блондина, где бы он ни прятался – в Цитадели, Тардионе или во дворце, – и постараюсь уговорить его снова пожениться.

Пока мой брак с Нео не консуммирован, он считается недействительным. Можно его расторгнуть.

Представляю глаза священника на моей третьей брачной церемонии...

Осталась самая малость: объяснить всё это своему второму супругу.

Представляю, каким ударом это будет для него... И для его отца. И даже для всего фейского народа.

Но самый главный урок, который я вынесла в этой жизни – это то, что зорко одно лишь сердце, и всегда нужно следовать на его зов.

Глава 77. Правда

Арина

Проверила в этой спальне все шкафы, но нормальных платьев тут не нашлось, только пеньюары и нижнее бельё в диких количествах. Видимо, для платьев был свой, отдельный гардероб.

Так что затянула корсет свадебного наряда как могла и уже начала метаться по комнате в ожидании, когда придёт Нео, чтобы всё ему объяснить.

Меня мучило чувство вины перед тем, кто считал меня своей истинной парой. Исчезнуть без объяснений было вдвойне непорядочно.

Но, чем больше времени проходило – тем сильнее было желание сбежать безо всяких предисловий. Так сказать, уйти по-английски.

Правда, я совершенно не знала, куда идти и сколько.

Может, кто-нибудь доставит меня в Дракардию, а в качестве оплаты примет драгоценные камни с платья? Или даже диадему.

– Почему Неофея нет так долго? – уже на грани отчаяния обратилась я к