Хозяйка кондитерской "Подарю вам счастье" - Екатерина Стрелецкая

балл, заработав стипендию. Думаю, не стоит рассказывать в подробностях, насколько был силён гнев отца. Но он всё ещё надеялся, что после окончания академии, выберу стезю, более подходящую наследнику древнего аристократического рода.

Результатом моей несгибаемой воли стало поступление в университет на всю ту же специальность, которой отдал пять лет, и лишение не только наследства, но и права именоваться всеми титулами, которыми обладают члены моей семьи в соответствии с иерархией. Отец снова понадеялся, что меня это образумит, но и тут просчитался. Нет, он всё ещё лелеет мечту, что я уйду с поста главного инквизитора и осяду в Совете, но меня по-прежнему не прельщает эта перспектива. Денег у меня достаточно, недвижимости – тоже. Титул? Его Величество и так его мне дал, просто я попросил не распространяться об этом. Хорошее прикрытие, помогающее отсеивать алчных невест вместе с их родственниками. Как только заходит разговор о том, как важно поддерживать связь с семьёй, родом и прислушаться к наставлениям старших, девица тут же попадает в мой личный чёрный список, с кем не стоит иметь никаких отношений. Поэтому до сих пор считаюсь одним из самых завидных женихов не только Рортана, но и Ангерта с одной лишь ма-а-аленькой поправочкой: ни один отец будущей невесты не даст согласие не только на брак, но и на помолвку до тех пор, пока мой отец не сделает меня своим наследником. Меня такое положение дел более чем устраивает, потому что не хочу, чтобы во мне видели в первую очередь в качестве ступеньки к возвышению по положению. Удивлены, Этель?

– Отчасти. Быть рождённым, как у нас говорят, с золотой ложкой во рту, и отказаться ото всего в пользу своей мечты – это достойно уважения. Особенно если учесть, как в этом мире относятся к статусности.

– Вы даже не хотите узнать, каким титулом меня наградил Его Величество и за какие заслуги?

– Нет. Мне это неинтересно: достаточно того, что сам факт говорит за себя. Просто так такими вещами монархи не разбрасываются, следовательно, причина была достойной. Если захотите, то расскажете, а нет – это опять же будет исключительно ваша воля.

Сказала, и тут же прикусила язык. Вот что мне мешало изобразить из себя дурочку, охотящуюся за богатым женихом? В принципе, ничего, кроме патологической честности и треклятой совести. Воспользовавшись тем, что официант принёс заказ, я достала из сумочки блокнот и начала делать заметки, выдернутым из-за переплёта карандашом.

Как только тарелки были расставлены, а пожелания насчёт десертов переданы, Кеннет снова заговорил: – Что вы там пишете, Этель? Надеюсь, не конспектируете историю моей жизни?

– О нет, такими глупостями я в жизни не занималась и не собираюсь. Можете не волноваться: всё, что вы рассказали, останется между нами. Я не болтлива. К тому же как вы изволили заметить, история эта старая и многим известна, так к чему переливать из пустого в порожнее, вороша прошлое? Я всего лишь записываю блюда, которые заказала, а именно: соусы. Надеюсь, что смогу угадать все приправы, чтобы потом дома повторить. Меня, конечно, интересуют в первую очередь десерты, но ведь всегда интересно попробовать приготовить что-то новое.

Ответом мне послужил лёгкий смех Кеннета. Даже не предполагала, что этот строгий и достаточно скупой на проявление эмоций мужчина способен так заразительно смеяться. Чувствуя себя абсолютной дурочкой, я не выдержала и улыбнулась, чувствуя, как краска начинает заливать лицо. Мой план по занудству окончательно и бесповоротно провалился.

– Всё-таки, Этель, вы восхитительны!

– Спасибо, я старалась, – пробормотала в ответ, а потом не выдержала и сама рассмеялась, признавая своё поражение перед обаянием этого мужчины.

– ... достать записную книжку, чтобы переписать меню. Надеюсь, вы не начнёте пытать шеф-повара, чтобы выбить из него фирменные рецепты?

– Ну как сказать, господин Кеннет... – я уже вытирала платочком проступившие на глазах от смеха слёзы.

– Томас. Просто Томас, – поправил меня Кеннет, а затем, понизив голос, чуть привстал, чтобы перегнуться через стол. – Когда пойдёте на кухню, захватите и меня с собой. Всё-таки пытки и допросы – это моя профессия, так мы быстрее докопаемся до правды!

Всё. Я уже даже не ржала, забыв напрочь обо всех правилах приличия, а тихонько подвывала, пытаясь успокоиться, после того как представила себе во всех красках процесс добычи ценных сведений у шеф-повара ресторации.

Кеннет снова наполнил мой бокал минеральной водой: – Лучше выпейте, иначе скоро начнёте икать и не сможете угадать состав соусов.Тогда точно придётся задержаться в этих пещерах надолго, чтобы дождаться окончания рабочего дня у шеф-повара. Так свидетелей будет меньше, гарантирую.

Далее последовал такой взрыв хохота, что я начала всерьёз опасаться за обрушение потолка. Понадобилось немало времени, чтобы привести себя в чувство и изобразить более-менее серьёзное выражение лица, хотя губы предательски пытались снова расползтись в улыбке.

– Госпо... Томас, может, попробуем обойтись без членовредительства? Боюсь, Их Величества сильно расстроятся, узнав о наших коварных поползновениях в сторону жизни и здоровья шеф-повара ресторации, которой они благоволят.

Кеннет развёл руками: – Я бы что-нибудь придумал. В конце концов, всё-таки главный инквизитор...

Борясь с очередным приступом смеха, я попыталась сосредоточиться на стоящей передо мной тарелке, а потом поняла, что блюд намного больше, чем заказывала. – Кажется, официант что-то перепутал...

– Нет, Этель, всё верно. Я просто хочу угостить вас вкусной едой. Когда вы листали меню, обратил внимание, на каких строчках дольше всего задерживался ваш взгляд, но что в итоге не назвали официанту.

А вот это был удар под дых: внимательный и заботливый мужчина, если приплюсовать сюда присланные в подарок вещи и украшения.

– Благодарю, но...

– Никаких «но», Этель. Просто позвольте мне поухаживать за вами и оставить приятные впечатления от посещения этого места, – Кеннет сидел, поставив локти на стол и сцепив пальцы в замок перед своим лицом. И смотрел с такой теплотой... Его глаза... Глаза не могут врать. Будь что будет!

Глава 47. Прогулка

Кеннет оказался абсолютно прав: все блюда были просто восхитительны! И рыба, и мясо настолько хорошо приготовлены, что не потеряли и доли своего природного вкуса, деликатно подчёркнутого специями и соусами. Если бы я не любила настолько искусство кондитера, непременно стала бы поварихой и открыла ресторан! После того как я сама для себя решила дать Кеннету шанс, обстановка ощутимо разрядилась, хотя её строгость и так начала трещать по швам, когда мы обсуждали план экспроприации рецептов