Хлоя Нейл - Темный долг

— Просто устала. — Она заправила волосы за уши и повертела туда-сюда головой, от этого движения ее шея захрустела. — Ничего, чего бы не смог исправить месячный отпуск на Бимини[77].

— Я с тобой, — сказала я, протягивая руку, чтобы не дать ей упасть. — Думаю, твоя магия становится чище. Это важно?

Она просияла.

— Серьезно? Это определенно важно. Что-то вроде, — она замолчала, пока подыскивала метафору, — бриллианта с большей прозрачностью. Или пива с меньшим количеством добавок.

— Круто. Это от практики зависит?

— Это из разряда больше-не-копаюсь-в-темных-искусствах. И да, от практики. Когда ты впервые узнаешь, как это делается, как использовать магию, ты притягиваешь кучу всякой всячины. Эмоции, магические объедки, атмосферную энергию. Всякую грязь, касающуюся магии.

— Фигню из объединенного психического пространства? — спросила я, думая о Линдси.

— Ну да. Типа того. И когда ты становишься более опытным, то знаешь, что ищешь, можешь видеть это более ясно, можешь притянуть хорошую материю. — Она подошла к браслету и подула на него, прежде чем поднять.

— Горячий, — сказала она с улыбкой, перекидывая его с руки на руку. — С металлом такое иногда бывает. Что-то связанное с магией, атомами и непонятным языком квантовой механики, который я не понимаю. — Браслет, видимо, достаточно остыл, потому что она протянула его мне. — Надевай его перед тем, как ложишься спать; снимай, когда просыпаешься. Он может высосать из тебя силы.

— Почему это?

— Потому что, чтобы не подпускать Бальтазара к твоей голове, он должен «работать». И поскольку я буду удерживать защитное заклинание Дома на месте, он будет использовать тебя, чтобы работать. Я — создатель; ты — батарейка.

Я приподняла его двумя пальцами.

— Не думаю, что мне с ним будет комфортно.

— Конечно, будет. Я буду делать то же самое, за исключением того времени, когда ты сама защищаешь свою задницу, я буду защищать задницы всех твоих клыкастых собратьев.

Когда она это высказала, мое возражение показалось довольно слабым.

— Ну ладно, — проговорила я и положила браслет на тумбочку, чтобы не забыть про него.

— Знаешь, что? — спросила я, взглянув на нее после того, как сверилась с часами. — До рассвета у нас осталось немного времени. Почему бы нам просто не потусоваться здесь?

Она наклонила ко мне голову.

— Что ты задумала?

— Мэллокейки и малобюджетные научно-фантастические фильмы.

— Насколько малобюджетные?

— «Нападение косатки: Возрождение».

Ее глаза засветились, как солнце на рассвете.

— Ты заманила меня «косаткой».

Все они так говорили.

***

Она сделала перерыв, чтобы поделиться новостями с Катчером, пока я кратко излагала Этану о защитном заклинании и просила его дать нам немного времени, чтобы отдохнуть. И поскольку у нас было незаконченное дело, немного времени для меня и Мэллори, чтобы обсудить кое-какие вещи…

Когда переоделась в удобные штаны и футболку «Кабс», я включила телевизор и нашла нужный канал. Мэллори скинула свою обувь, и мы развалились на кровати, взяв коробку Мэллокейков, которую я хранила в ящике как раз на чрезвычайные случаи, подобные гиенам на охоте. Если бы гиены каким-то волшебным образом обращали особое внимание на сверхъестественных с пристрастием к шоколаду.

— Как там шоколадный ящик? — спросила я, разрывая целлофан на Мэллокейке, откусывая пьянящий кусочек шоколадного бисквита с кремом и закрывая глаза, чтобы им насладиться.

— Скучает по тебе, — ответила она, остановившись на полуукусе, чтобы посмотреть, как косатка перекусывает тело пловца за один укус. — Но я составляю ему компанию. — Шоколадный ящик — это, как и предполагает название, ящик на кухне Мэллори, в котором, когда мы жили вместе, хранилась моя шоколадная заначка. Надо бы попросить ее прислать мне посылку с гостинцами. Не то, чтобы Марго с Этаном жадничали, когда дело касалось угощений.

Мэллори поправила подушки за своей спиной и разорвала обертку Мэллокейка.

— Ты готова рассказать мне о свадьбе?

Она продолжила жевать, уперев глаза в экран.

— Нечего рассказывать.

— Мэллори Дилэнси Кармайкл. Я знаю тебя лучше, чем кто-либо другой в этом мире, за исключением, пожалуй, Катчера, и это только потому, что он знает тебя посредством интимной связи.

— Мне не нравится, как звучит это словосочетание. Интимная связь.

— А мне не понравилось его произносить. Квиты.

Она повела плечами и застонала.

— В этом нет ничего особенного. Мы просто подумали, что будет лучше двигаться вперед и сделать что-нибудь простенькое.

Я отложила Мэллокейк и уставилась на нее.

— Пожалуйста, скажи, что его предложение было более романтичным чем это — чем он просто хочет «двигаться вперед».

— Просто мы сейчас не на том этапе, вроде белое-кружево-и-большая-фата.

— Тогда на каком вы этапе?

— Не знаю. — Она издала разочарованный звук, затем сунула пустую обертку в коробку и взяла другую. — Я не знаю. Но не все же должно быть большим драматическим спектаклем.

— Сказала девушка с голубыми волосами, которая наряжается на Хэллоуин, обладает комнатой, предназначенной для колдовства и заклинаний, и в данный момент смотрит второй фильм из трилогии «Нападение косатки».

— Я все еще не могу поверить, что ты позволила мне пропустить первый. А что, если я пропустила решающий сюжетный момент?

— Большое морское млекопитающее поедает людей с максимальной жестокостью. Люди его убивают. Оно возрождается. Все повторяется. Теперь ты наверстала упущенное. Суть в том, что подобно сказкам о Косатке, ты любишь драматические спектакли.

— Любила, — пояснила она. — Когда я была моложе и любовь заключалась в романтике и цветах. — Она посмотрела на меня. — Любовь, как ты знаешь, заключается в гораздо большем, чем это. Она заключается в усилиях, терпении и обязательствах. Я люблю Катчера. И хочу выйти за него замуж. И я хочу, чтобы ты была за нас счастлива.

Я села боком и посмотрела ей в лицо.

— Слушай, думаю, я просто представляла себе, что когда придет время, ты объявишь о своей свадьбе, крича на весь город и закатив настоящую вечеринку. Если это не то, чего ты сейчас хочешь, значит так тому и быть. Я понимаю, что свадьба не играет важную роль. Ее играет брак. И если ты от этого счастлива, то и я буду счастлива. Но относительно этой стороны я ничего сказать не могу. Ты счастлива? Это то, чего ты хочешь?

Она отвела взгляд, облизнула губы.

— Я просто… я знаю, что он меня любит, и знаю, что он хочет быть со мной. Но я с трудом могу сказать, он хочет жениться, потому что хочет меня или же потому, что хочет обратно в Орден.