Эприлинн Пайк - Миражи

— Вот это да! — воскликнул Дэвид. — Лучше, чем в прошлом году.

Когда заиграла новая песня, он взял Лорел за руку и потянул на площадку.

— Потанцуем?

Дэвид увлек ее в глубину зала, подальше от входа — Лорел была уверена, что неслучайно. Затем прижал ее к себе, и они стали раскачиваться под музыку.

— Ты просто сногсшибательна, — шепнул он ей на ухо.

Лорел опустила ресницы и улыбнулась.

— Спасибо. Ты тоже. Черный тебе идет.

— Если я признаюсь, что мама помогала мне выбирать, будешь смеяться?

— Нет. У твоей мамы всегда был отличный вкус. Но все-таки наряд носишь ты, так что главная заслуга твоя.

— Рад, что ты заметила.

ГЛАВА 35

Пусть бал проходил в закрытом помещении, где не было Летних фей с миражами, Тамани не мог не признать, что люди потрудились на славу. Наблюдая, как Юки по-детски восторженно разглядывает пышное убранство, он едва сдерживал улыбку. Теперь, когда выяснилось, что Юки не представляет опасности и нужна лишь для отвода глаз — да и об этом вряд ли догадывается, — с ней стало легче общаться.

— Восхитительно! — В ее глазах плясали отблески сотни огней.

Без единого слова Тамани увлек Юки на край танцплощадки, где было меньше людей.

— Чудесно выглядишь.

Юки смутилась.

— Спасибо, — тихо отозвалась она. — Я… надеялась, что тебе понравится.

— Мне очень нравится, — ответил Тамани. Хоть иногда можно не врать! Платье было ослепительное, и непривычный фасон делал его только прекраснее. Он на секунду представил Лорел в подобном наряде и легонько тряхнул головой, напоминая себе, что сейчас есть дела поважнее. — Извини, что не смог заехать за тобой. — Тамани понизил голос, чтобы Юки наклонилась к нему ближе. Он положил одну руку ей на талию, а второй взял за руку и притянул к себе — традиционная танцевальная позиция, не то что неуклюжие объятия, которые невесть почему предпочитают люди.

— И ты извини. Тут… ничего не поделаешь. — Смущенно оглядевшись, она добавила: — Я собирала вещи.

Тамани напрягся всем телом.

— Вещи?

«Ясное дело, она не будет тут сидеть все зимние каникулы, — мысленно выругал он себя. — Успокойся!»

Осознав, как крепко он сжимает ее руку, Тамани понадеялся, что Юки примет это за проявление страсти. Он закружил ее и снова притянул к себе. Она двигалась плавно и умело; изящная грация безошибочно выдавала в ней фею.

— Завтра за мной приедет Клеа, — сказала Юки немного сдавленным, но ровным голосом.

— А когда ты вернешься? — сдержанно спросил Тамани. Пока ничего особенного она не сообщила.

— Я… я… — Юки опустила глаза.

Было видно, что она собирается соврать. Но Тамани хотел знать правду. Через несколько часов может быть уже неважно, а сейчас ему нужна правда. Он наклонился к Юки, задев ее щеку своей щекой, а губами нежно касаясь уха.

— Рассказывай, — шепнул он.

— Я не вернусь, — прерывающимся голосом сказала Юки.

Тамани отстранился и с неподдельным ужасом заглянул ей в глаза.

— Никогда?

Она покачала головой, беспокойно обшаривая глазами зал, словно боялась, что кто-нибудь подслушает ее тайну.

— Я не хочу уезжать. Клеа вообще была против, чтобы я шла на бал, но я не могла пропустить такое событие.

Похоже, Юки откровенно гордилась своим актом неповиновения.

Тамани молчал. Она посмотрела на него, ожидая не то ответа, не то помощи. В надежде выиграть время он крепко обнял ее, слушая частое дыхание и снова касаясь губами мочки уха.

— А ты не можешь остаться? — решился он. — Она тебя не послушает?

— Клеа никого не слушает, — буркнула Юки.

Тамани прекратил танцевать. Рядом кружились пары, постепенно отдаляясь. Он поднял руку в перчатке и нежно провел пальцами по щеке Юки. Ее тяжелые ресницы затрепетали.

— Далеко уезжаешь?

— Не знаю.

— В Японию?

— Нет, не настолько далеко. Почти уверена, что мы останемся в Калифорнии.

Почувствовав толчок в спину, он оглянулся и, вместо того чтобы прижать Юки к себе, позволил ей грациозно отступить на шаг и протянул руку, предлагая в этот раз подойти самой. Она немедленно приникла к его груди, и они снова стали покачиваться в танце.

— Она ведь не отнимет у тебя мобильный? — спросил Тамани. Их лица были так близко, что губы почти соприкасались.

— Ну… думаю, нет.

— Значит, я смогу позвонить тебе. И у меня есть машина. Приеду, и мы увидимся.

— А ты приедешь?

Тамани наклонился еще ближе.

— Непременно.

— Тогда я найду способ выйти на связь, — пообещала она.

— А почему сейчас? — Тамани вел Юки назад в медленном ритме вальса, скользя между танцующими людьми. Даже несмотря на то что он выспрашивал ее тайны, она двигалась легко и непринужденно. Танцевать с ней было одно удовольствие. — Ты не можешь остаться до Рождества? Это всего через пару дней.

Юки покачала головой.

— Не могу. Это… не очень удачная мысль.

— Почему? — Тамани постарался вложить в свой вопрос немного страсти и при этом не быть чересчур настойчивым.

— Я… — Она снова опустила глаза. — Клеа говорит, это слишком опасно.

Заиграла другая музыка, и Тамани повел Юки быстрее и по более сложной траектории.

«Разговори ее!» — мысленно велел он себе.

— Я не хочу тебя отпускать, — шепнул он.

Юки ответила ласковым взглядом.

— Правда?

Тамани едва не заскрежетал зубами.

— Ты особенная.

На миг она насторожилась и тут же заулыбалась снова.

— Разве? Я такая же, как все.

У нее неплохо получалось. Но он научился врать раньше, чем у его сеянца выросли лепестки.

— Нет. — Тамани крепко прижал ее к себе, прислушиваясь к неровному дыханию. — Ты особенная, я уверен. В тебе есть что-то непостижимое. — Он положил ей голову на щеку, чувствуя, как дрожит ее рука — И я так хотел бы узнать о тебе больше.

Юки улыбнулась и открыла рот, но, на беду, у Тамани зажужжал телефон.

— Секунду, — пробормотал он, украдкой глядя на экран. Аарон. Кто бы сомневался? Тамани поднял голову и, извиняясь одними глазами, сказал: — Это дядя. Сейчас вернусь. Возьми себе что-нибудь выпить.

Он коротко стиснул ее руку и, улыбнувшись, зашагал к выходу.

— Я рада, что пошла с тобой, — сказала Лорел, глядя на Дэвида.

— Правда?

— Да. Полезно расставить все по местам. Я… — Она запнулась, — Ты должен знать, что я не планировала наш разрыв. Так получилось.

— Да я знаю. Я тогда здорово взбесился. Ты имела на это право.

— Вообще-то да.

Дэвид закатил глаза.