Дети Ноэля (СИ) - Аннелия Вилль

кот начал рассказывать про лаз, голема и свои приключения в подвале замка. Он рассказывал это как веселую историю, и через некоторое время девушка слушала, больше не отвлекаясь на свои мысли. Когда кот дошел до конца своего рассказа, в комнату снова вошел Ралкон с двумя стражниками.

— Взять, — скомандовал он уже знакомым тоном.

Стражники схватили кота и взяли под руки Хелену. Девушка закричала. Не успели они подтащить Хелену к выходу, как в комнату ворвался Алавир и откинул стражей ледяным ветром.

— Что здесь происходит? Мы лица Туремо и Ковена!

— Простите, — сказал Ралкон, наблюдая, как стражники медленно приходят в себя, а Хелена прячется за спину наследника. — У нас к вам нет никаких претензий. Все претензии к этому животному и его хозяйке.

— Эти двое с нами, поэтому, если у вас есть какие-либо вопросы к ним, то вы должны их озвучить и нам.

Ралкон задумался, потом приказал отпустить кота и подошел к наследнику.

— Если вы желаете.

Он склонил голову и указал наследнику следовать за охраной. В проходе их встретил Дарлан, направившись позади процессии.

До зала герцога они дошли в гордом молчании. Эльфы выглядели напряженно, Хелена вовсе не понимала, что происходит и только кот, с присущим ему безразличием, оглядывался по сторонам и рассматривал огромные колонны новых залов. Миновав два помещения, Ралкон открыл дверь и пропустил гостей вперед. Герцог уже восседал на своем месте и внимательно смотрел на вошедших. Если бы ни огромный трон и ни герцогская печатка на безымянном пальце, отличить этого статного человека в черных одеждах от стража было бы очень трудно.

— Вы считаете, что мои вопросы к этому фамильяру и его хозяйке, стоят вашего внимания? — его голос эхом отразился от стен, а вопрос был явно адресован наследнику.

— Если герцог считает это важным, то мы обязаны почтить его присутствием, — Алавир отвечал недовольно и строго, смотря прямо на хозяина замка. — Но я бы хотел знать, что произошло, что за моими спутниками направили стражников?

Герцог махнул рукой охране и те незамедлительно вышли за дверь. Когда в комнате из чужих остался только Ралкон, герцог снова начал говорить.

— Мы с уважением относимся к гостям. Любой, кто окажет неуважение, будет наказан, и в этом вы сегодня сами убедитесь, но и мы требуем ответить тем же. Ваш фамильяр, юная магиана, разбил ценную статую.

— Вас обманули, герцог, они были не из золота, — быстро произнес кот, выходя вперед.

— Все кроме одной, — ответил герцог, смотря в глаза животному.

— Ваше Высочество, я ничего не сделал этой статуе, клянусь вам, — не найдя понимания с герцогом, кот повернулся к Алавиру и посмотрел на него самым честным взглядом.

— Герцог, я хотел бы знать, насколько сильно он испортил статую, — наследник не выдавал своего гнева, но внутри готов был убить фамильяра лично и серьезно раздумывал, как можно это сделать когда никого не будет рядом.

— Насколько сильно? Эта статуя нам дорога как память о былых временах, а ваше животное оторвало ей глаза. Во-первых, я прошу их вернуть на место.

— Филипп де Гин — потомственный фамильяр, — Алавир начал усердно вспоминать все о коте. — Он прекрасно показал себя в Академии, обладает замечательными навыками и является членом королевской делегации, подчиняясь только мне и делая все с моего разрешения.

Лицо герцога скривилось, эльфы всегда были рады использовать свое положение, говоря много красивых слов, намного проще было бы говорить с девушкой и котом наедине.

— … Я уверен, — продолжил Алавир. — Филипп де Гин, и в мыслях не хотел навредить имуществу замка и герцогу лично. Если он и повредил статую, то сделал хорошее дело, не оставив все как есть, а принеся ее части с собой. Хочу заметить, что Филипп не по своей вине попал в такие обстоятельства. И прошу это учесть при наказании ваших слуг.

— Что ж, — сказал герцог, понимая, что разговор сводится к вине одной лишь служанки. — Отдайте мне глаза видящего. У нас к нам нет претензий.

— Видящего?

— Ваше Высочество, — начал Ралкон. — Эта статуя из чистейшего золота была подарена нашему старому правителю, члену великой семьи много веков назад народом с севера в знак радости, что Адария перешла в руки великому человеку.

— Если она настолько важна для вас, то почему вы держите ее в подземелье, о котором сами забыли, а не у всех на виду? — встряла в разговор Хелена.

Наследник подавился воздухом, стараясь держать себя в руках, а Дарлан схватил за руку девушку, чтобы она больше ничего не могла произнести, вот только Хелена этого словно и не заметила.

— Это не ваше дело, магиана, — со всей вежливостью в голосе произнес Ракон. — Но если вам так хочется это знать, то эта статуя подарок бывшему правителю, — слово «бывшему» он выделил особенно сильно. — Теперь его нет с нами. А мы все скорбим об этой утрате…

— Хороша же скорбь. Запереть такую красоту в самом низу…

— Простите нашу спутницу, господин Ралкон, — быстро произнес наследник, пока девушка не успела наговорить лишнего. — Мы понимаем, насколько она вам важна и Филипп немедленно вернет ее части. А теперь мы хотели бы вернуться в свои покои. Вы ничего не имеете против?

Герцог обвел взглядом собравшихся и что-то прошептал Ралкону. После чего помощник, рассыпаясь в любезностях и извинениях, отвел гостей назад, не забыв напомнить о наказании, которое непременно будет осуществлено в ближайшее время.

В свои комнаты все вернулись быстро и в плохом настроении. Аудиенцию нельзя было назвать удачной, а то, что следовало за ней, тем более не могло обрадовать. Монеты были благополучно отданы помощнику с заверениями, что больше такого не повторится, и Ралкон в окружении стражи отправился обратно к герцогу. Тем временем Алавир достал листок, который нашел в библиотеке Академии и еще раз вчитался. «…и лишится последний из видящих своих глаз…» Ни он, ни Дарлан так и не смогли понять написанного, но внутри зрело нехорошее предчувствие.

Для Хелены все было еще хуже. Нужно было собираться. Самое неприятное зрелище, о котором она не хотела даже думать, должно скоро наступить. «Ничего, — уговаривала себя адептка. — Все закончится, и мы двинемся дальше, забыв об этих неприятностях». И только кот заметил, что теперь его хозяйка не хотела повернуть назад и не спрашивала, что будет дальше. Он надеялся, что она не сдалась, просто ее разум захватило предвкушение различных приключений и желание узнать, что-то новое, даже рискуя жизнью. Для него она теперь больше походила на мага.

В одном из залов герцог схватил за шею своего помощника, требуя ответов