Да эти вампиры совсем озверели! - Валентина Игоревна Колесникова

мага не действуют, а? — твоя мама вызвала мгновенную остановку сердца. Отличный удар… Ну и семейка у тебя, Софья.

— Нормальная у меня семья, как будто твоя лучше…

— Моя семья погибла много лет назад, — Боул даже не пытался говорить тихо, прекрасно понимая, что Леона его слышит, — я никогда не принимал Леону в серьез, особенно ее шизойдные намерения.

Женщина резко дернулась. Слова Боула ее задели и Лерою данный момент не понравился. Почему? А что если Боул дорог Леоне? Что, если он может пошатнуть ее уверенность в маге как в союзнике? Или мне это только кажется?

Пока Лерой отвлекался на мою мама, явно желая уничтожить охотницу, Василиса с Димой сделали очень серьезный прорыв — они добрались до мага.

Острие меча почти что достигло горла Лероя, но мужчина в самый последний момент успел увернуться и…

Он отбросил от себя Василису с невероятной силой, магией при этом он не пользовался.

В этот момент в моей голове начала созревать та самая мысль, которая все это время витала рядом.

Кажется, теперь я понимаю, почему все это время Лерой казался мне странным.

ГЛАВА семнадцатая

— Я вижу, страх совсем потеряла…

Лерой замер рядом с Василисой, оказавшись к ней непозволительно близко. Девушка тяжело дышала, хватала ртом воздух и пыталась прийти в себя после сильного удара. Дима готов был нанести удар, но отец его остановил. Этот шаг действительно был бессмысленный — Лерой слишком близко стоял рядом с девушкой.

— Ар-р… — схватив Василису за горло, маг ждал реакции охотников. Мама с папой никак не реагировали. Словно были лишены эмоций, Дима страдал лишь от одного вида слез Василисы, которая продолжала бороться, впиваясь когтями в кожу мага.

— Еще есть силы рычать? — сопротивление доставляло Лерою удовольствие, я же понятия не имела, что делать дальше и как быть.

Он занес руку для удара, явно наслаждаясь моментом. Боул готов был сорваться с места, как и Дима, даже Валера удивленно поднял брови, словно сверяясь с собственными видениями относительно момента, но рука врага замерла в миллиметре от сонной артерии лишь благодаря мне.

— Я знаю, кто ты, — мой голос прозвучал до ужаса уверенно в себе. Словно говорила совсем не я.

Я ощутила резкую перемену не только в сознании, но и в теле. Это и от Хоула не укрылось — мужчина продолжал держать меня за руку, но в его глазах я видела невероятное беспокойство. Его слабо бьющееся сердце по ритму сравнялось с человеческим.

— Ты не можешь этого знать, — хмыкнул маг, но про Василису все же забыл.

— О нет, я поняла… — осознание правды пугало, мотивы этого человека были мне не понятны, тем более союз с Леоной. — но кое-что осталось загадкой. Например, союз с вампиршей. Ты же их ненавидишь, как и всю нечисть… Зачем все это нужно?

— О чем она? — Леону мои слова задели. Она явно много не знала о своем избраннике, тем более не понимала, что ей все это время банально пользовались.

Наступило неловкое молчание. Моя семья с недоумением смотрела на то, как я делаю шаг вперед, навстречу врагу. Хоул при этом что-то говорил, но я его не слышала. Словно обезумила… такая ярость возникла внутри — всеобъемлющая, поглощающая своей массой каждую клеточку тела. Отвратительное чувство, от которого уже не было спасение и принадлежало оно Лерою.

Тем временем из-за разрушений с потолка зала текла вода. Поток довольно быстро разрушал структуру камня и с каждой минутой тонкий ручеек становился все шире, пугая тем, что мы понятия не имели где находились и как отсюда выбраться живыми.

— Я о его сущности, — ответила я, снова делая несколько шагов вперед, — я знаю, почему ты уничтожаешь охотников.

Вновь молчание.

Лерой замер на месте позабыв о Василисе. Девушка успела отскочить в сторону, растирая горло после твердой хватки. Дима что-то шептал ей, но она судорожно стала мотать головой, смотря на меня с нескрываемым ужасом. Что, опять глаза огнем пылают? Я и сама это чувствую.

— О какой сущности? — Леона была в ярости. Сама виновата, надо лучше выбирать себе партнера, а то ходят тут всякие… заставляют зубы ломать… А зубы для вампира — святое.

— О его сущности, — злобно ответила я, не узнавая собственного голоса. От нового тембра всем стало не по себе. Атмосфера в зале сильно изменилась, но лишь Хоул остался рядом. Даже при условии того, что я его пугала своей переменой, — ну так что, Лерой? Может поведаешь тайну своей женщине? По какой именно причине ты убиваешь охотников и почему мое существование так сильно тебя бесит? Именно мое — не моих родных…

Маг скрипнул зубами, судя по движениям тел, отец догадался о истинном лице мага. Мама с недоумением уставилась на мужа, но тот молчал, словно боялся произнести вслух правду.

Мы все сильно устали. Ну, кроме Валеры с Васей, которые почему-то замерли на своих местах, но готовые сражаться именно в этот момент.

Я видела, как дрожали у Боула руки после боя, как тяжело дышала моя мама после сражения с титанами, как отец судорожно осматривал территорию, и косился на стекающую к нам воду, уровень которой уже достиг моих щиколоток.

И при всем при этом выхода никто из нас не видел — помещение было замкнутым, без проемов!

Я вышла вперед. Ледяная вода касалась кожи, но дрожь при этом не вызывала.

Честно говоря, я не до конца осознавала, что делаю и что чувствую.

Но я ощущала безумие и хаос. Хаос в мыслях Лероя.

— Ты и минуты не выстоишь, — с интересом заметил мужчина, принимая боевую стойку.

— Проверим? — холодно отозвалась я, и мир в моих глазах перевернулся.

Я видела все его движения наперед. Не понимала, что и как делаю, но просто делала. Будто в замедленной съемке все детали казались такими… незначительными.

От высокой скорости заложило уши, но я в мгновение ока оказалась за спиной мага и с силой ударила его по спине.

Валера улыбался. Скалился от удовольствия.

Мама с папой если бы могли, сели бы на пол.

— Как она это сделала? — шептала Василиса, — как она бежала с такой скоростью?

— Охотница ведь, — изумился черный кот, спрыгивая с рук вампира, — причем сильная. Бедный Хоул, ему достался в пару монстр…

— Красивый монстр, — хмыкнул в ответ вампир, заставив меня при этом улыбнуться.

Леона застыла с открытым ртом. Она замерла на месте, не в силах пошевелиться. Ее тело онемело от ужаса и осознания того, кем я являюсь на самом деле и насколько