Элениэль. Второй шанс на жизнь (СИ) - Барматти Татьяна

– Не умирают, – вздохнула я, тоже надеясь на это.

Замолчав, я попыталась вспомнить, что же вчера произошло, а то мои воспоминания были какими-то обрывочными, и едва не передернула плечами. Мужчины, конечно, обо мне позаботились, как смогли. Врачей вызвали, в ванную комнату на руках отнесли, все гигиенические принадлежности где-то раздобыли. Даже одеться помогли, когда я, разобравшись с бабушкиными панталонами, которые шли здесь вместо обычной прокладки или тампона, вывалилась из душа с голой грудью. Зависли, правда, на несколько долгих секунд, разглядывая мои скудные прелести, но помогли.

В тот момент мне было не до стеснения, но сейчас-то я прекрасно понимаю, что насколько бы я не была раскрепощенной, для этого мира это слишком. Да и чего там, для меня тоже слишком, когда пялится не один предполагаемый любовник, а четыре. Сразу появляется чувство, что ты маленькая тростиночка, которую даже один из них с легкостью может переломить, а уж все четыре. Странное чувство боязни и запретного удовольствия в купе с разыгравшейся фантазией, которая услужливо подкидывает картинки более тесного знакомства.

– Нам нужно на испытания… – вяло пробормотала я, прекрасно понимая, что идти мне сейчас вообще никуда не хочется.

– Никаких испытаний, – серьезно выдохнул Сантис, присев на своей кровати и взлохматив волосы.

– Прекрасная новость, – кивнула я, улыбнувшись мужчине уголком губ.

И хоть в первую секунду того, как Сантис посмотрел на меня и Мориса, обнимающего меня поперек живота, я и испытала какое-то подобие стеснения, то так же быстро оно улетучилось. Во-первых, ничего предосудительного я ни с одним из мужчин не делала, а во-вторых, ни один из мужчин никакого дискомфорта от такого «общения» явно не испытывал, по крайней мере, недовольства на лице или бешено выпученных глаз точно не было. К тому же не стоит забывать, что для них такой вот странный союз – это норма, и они с пеленок привыкли к нему, в отличие от меня.

– Я сейчас скажу, чтобы тебе принесли таз с водой, сделаешь все нужные водные процедуры в комнате, – кивнул сам себе Сантис.

– А я попрошу для нас завтрак в комнату, – спрыгнув со второго этажа кровати и начиная разминать шею, пробормотал Тарин.

– А вы что, не пойдете на испытания? – слегка нахмурилась я.

– Нет, мы будем рядом с тобой, – мотнул головой Нирвел.

– Но, как же?

– Твое здоровье для нас в приоритете, – прошептал Морис, пальцами пробежавшись по моим ребрам. – Да и нам нужно поговорить.

– О чем? – озадаченно выдохнула я, запрокинув голову и посмотрев в глаза мужчине.

– О том, что ты от нас скрываешь… – прошептал он, лаская взглядом мое лицо.

Не думаю, что сейчас, только проснувшись, я выгляжу не то, что красивой, даже вполне обычной, но Морис смотрит на меня так, что внутри все замирает. Определенно это непередаваемое чувство трепещущего внутри сердца. Да и я уверена, большинство дам отдали бы многое, чтобы хоть когда-то увидеть такой вот взгляд – трепетного обожания. Тот самый, которым опытные актеры награждают своих партнерш в фильмах. Вот только сейчас я была уверена на все сто процентов, что мужчина не играет и не врет. Никто из них не врет. И это… пугает.

Взрослая дама уже, а меня реально пугает то, на что я, не будь дурой, соглашусь. Ведь соглашусь? Просто не прощу себе, если не соглашусь. Или все-таки откажусь? А что? Пусть вопрос с постелью мы как-то решим, не маленькие все-таки, придумаем, как быть, то дальше что?

Нам нужно будет приходить к общему консенсусу. Мне нужно будет следить не только за своими совами, но и поступками, чтобы никого не обидеть. А если я полюблю кого-то больше, а кого-то меньше? Вот даже сейчас, я как бы им всем доверяю, все-таки они поклялись своей магией, но все равно больше всех доверия у меня к Нирвелу. Он, зная все и без клятвы, не побежал трещать о том, что я девушка на каждом шагу!

Да и ладно с этим всем, опыт правильного общения придет со временем, но как быть с детьми? Мне же каждому рано или поздно придется подарить по малышу! Это же я многодетной мамой, как минимум четверых деток буду! А я не знаю, как с одним справиться! И дети – это не шутки, это очень и очень серьезно, а я только за осознанное материнство!

Блин, даю руку на отсечение, что никто бы не смог меня так настроить, как я сама! Был бы сейчас кто-то рядом и говорил мне, как плохо быть женой четверых мужчин, я бы определенно еще бы поскандалила и приводила доводы по поводу того, как это хорошо, а с собой и не поспоришь особо, все аргументировано.

– А вы быстро… – пробормотала я, очнувшись от своих мыслей.

Мужчины были уже одеты, явно умыты и выглядели довольно свежо. Одна я все еще лежу растрепанная, думая о наших отношениях. Идиотизм!

Не успела я еще хоть что-то сказать, как в дверь постучали и через несколько минут Сантис занес в комнату таз с водой. Сам!

Немного заторможено умывшись и, попросив мужчин отвернуться, я привела себя в относительный порядок и чего уж скрывать, заглянула в панталончики, проверяя, как там все. Как оказалось, панталоны все-таки немного лучше прокладок, если не учитывать внешний вид. Они, кроме того, что не протекают, так еще и как-то там самоочищаются, оставаясь вполне белоснежными и свежими.

Сев за круглый стол, на манер турецких маленьких столиков, прямо на полу, мы приступили к завтраку, и до меня наконец-то дошел смысл сказанных Морисом слов. Он хотел что-то узнать. То, что я скрываю. Интересно только, где я прокололась? И стоит ли мне отпираться, придумывая отговорки? Парни грудь мою голую видели, мы можно сказать, довольно близки.

А что? Я – иномирянка! Чем не конструктивный диалог?

– Я иномирянка! – брякнула я и сама же застыла, закрыв лицо одной рукой.

– Что?

– Кто?

– Как это?

– Ты головой случайно не ударилась?

– Точнее не иномирянка, а как бы правильно это сказать… – протянула я, совершенно не обидевшись на скептический вид мужчин. Я бы тоже не поверила, еще бы посоветовала обратиться к хорошему психотерапевту или психиатру, если первый не поможет. – Иномирная душа? Ну, тело этого мира, а душа из другого…

– Э-м… – содержательно поддержали меня все четверо мужчин.

– Короче, моя душа переместила из другого мира в это тело. Элениэль покончила с собой и умерла, а ее место заняла я – Дрязгова Элеонора. Как-то так, – развела я руками, мило улыбнувшись ошарашенным мужчинам.

Определенно новость о том, что я девушка, а не парень, они восприняли куда как адекватнее. Да и одно дело переодеться, а совсем другое – оказаться из другого мира, пусть только душой и мозгом. Любой бы офигел!

– Это… – начал Сантис.

– Это… эм… – продолжил за него Тарин.

– Довольно… – внес свою лепту Морис.

– А я знал, то что-то здесь не так! – громко рявкнул Нирвел, заставляя всех вздрогнуть.

– Только не надо меня на опыты… – заискивающе улыбнулась я, скривившись от боли в пояснице. – Клятвенно обещаю никому ничего плохого не делать, вообще не отсвечивать и быть паинькой! Готова магией поклясться!

– Лучше соглашайся замуж за нас выйти, – буркнул Нирвел тихо.

– Чего? – совсем растерялась я, нахмурившись.

Вот тебе и конструктивный диалог! Все друг друга поняли, все обсудили и пришли к общему консенсусу. Прямо идеальная пятерка из нас вышла! Любо-дорого смотреть, желательно издалека.

– А что? – хмуро продолжил Нирвел. – Мне уже кажется, что я с ума схожу! Если не одно, то другое! То я думал, что становлюсь извращенцем, даже немного свыкся с этой мыслью, а после оказалось, что ты девушка. После, казалось бы, мы рассказали тебе о своих намерениях ухаживать, а тебе это вообще не надо и ты мечтала всегда об одном спутнике жизни. Спасибо, Феликсу, просветил! То есть, теперь, когда каждый из нас без ума от тебя, мы, возможно, оказались по разным сторонам баррикад и стали соперниками.

Нирвел тяжело дышал, но, как мне кажется, даже немного свободнее выдохнул после своей речи, превращаясь чуть ли не в буддиста с умиротворенным лицом. Определенно его все накопившееся терзало и не давало нормально дышать. Вот только его слова…