Элли Маккей - Горец в её постели

Но она должна знать точно.

– Почему все эти люди здесь? Молодежь и … – она не договорила, покраснев.

– Молодые парни и призраки? – закончил друг Алекса, нисколько не обеспокоенный. Его тон был столь же приятен, как и тогда, когда он шагнул ей навстречу.

Мара кивнула. Комок в горле стал такой же помехой, как и препятствие на ее пути по названию призрачные души.

Рыцарь прочистил горло и снова оказался перед ней.

– Алексу очень сильно досталось, – сказал он, продолжая удерживать щит в том же положении. – Те, кто по дружбе пришел сюда сегодня, любят его достаточно, чтобы защитить от другой похожей беды.

Взгляд Мары переместился на свалку из мечников, и ее затопило облегчение от того, что зрители снова вернулись.

– Но я тоже люблю его, – призналась она, силясь разглядеть его в толпе. – И я никогда не отвернусь от него или…

– Беда, которую мы хотели бы отвести от него, исходит не от вас, моя леди, а по вине обстоятельств. – Рыцарь поймал ее руку и поцеловал костяшки пальцев. – Алекс знает, как вы беспокоитесь о нем. И он точно не мог возникнуть у вас на пороге и объявить о себе, не правда ли?

– Так что вы пришли с ним в качестве буфера?

– Называйте это как хотите, – он одарил ее еще одной медленной легкой улыбкой. – Вам только нужно знать, что последние недели он провел в поисках сговорчивых друзей, а потом их пра-пра-правнуков. Те все еще достаточно горцы, чтобы не падать, когда призрачные родственники являются к ним во сне, прося об услуге.

– Притвориться переодетыми актерами?

Одна черная бровь взлетела вверх.

– Ты можешь придумать лучший способ для Алекса, чтобы вернуться к тебе?

Нет, Мара не могла.

Она снова посмотрела на поле и моргнула от вспышек сталкивающейся стали.

– Это ловко придумано, да. Средневековые костюмированные шоу популярны.

– И в этом Алекс может быть полезным. – Рыцарь выглядел довольным. – Когда молодые парни научатся, как следует, а наши друзья вернуться в свои норы, Алекс может устраивать турниры, или давать уроки ратного искусства.

Он умолк и завернул за ее ухо прядь волос.

– Не глядите с таким беспокойством, леди. Алекс очарует ваших гостей. К тому же, он может обучать игре на волынке или верховой езде так, как это делали рыцари. В общем, приятно проводить время за кельтскими развлечениями.

У Мары екнуло сердце. Горячий Шотландец точно может приятно проводить время.

И соблазнять, о чем напомнили ее быстрый пульс и влажные ладони.

– Жаль только, что он сам не сказал мне. – Она поднялась на носочках, пытаясь разглядеть что-нибудь за плечами зрителей. Алекса не было шесть недель. Я скучала по нему, – добавила она, оглядывая поле. – Теперь я должна пойти к нему.

Она двинулась вперед, но была остановлена крепкой рукой, схватившей ее за локоть.

– Существует еще одна причина того, почему я хотел поговорить с вами, – осторожно произнес рыцарь, снова преграждая ей дорогу. – Алекс ранен, хотя, клянусь, он попытается скрыть свою боль. Вы должны обходиться с ним нежно. Он…

– Ранен? – Мара уставилась на него, почувствовав, как сжалось в груди. – Как он может быть ранен? Он же призрак! – выпалила она и тут же захлопнула рот, ее щеки опалил жар.

К ее удивлению, щек рыцаря тоже коснулась краска.

– В потустороннем мире существуют мистические силы, миледи. Вещи, которые ни Алекс, ни я еще даже не начали постигать, хотя вынуждены были все эти годы иметь с ними дело.

Он снова взял ее за руку, на этот раз, подводя к линии зрителей.

– Алекса наказали за то, что он искал наслаждения с вами. Удовольствие, которого он будет искать снова. Как его друг, я прошу вас позаботиться о нем.

Рот Мары открылся в изумлении:

– Вы имеете в виду…

– Точно. – Он глядел на нее с таким серьезным выражением, которое напугало ее без слов.

Но потом вернулся намек на его плутоватую улыбку.

– Для мужчины и женщины есть много способов любить друг друга, – сказал он, удерживая ее взгляд своими темными глазами. – Изучите их, пока раны Алекса не заживут. Если он опять пропадет в той дали, то, возможно, будет уже не в состоянии вернуться.

Мара подавила панику.

– Вы хотите сказать, вот почему… – она не стала продолжать, обнаружив, что разговаривает с воздухом.

Лихой рыцарь исчез.

Или, вернее, теперь он стоял посреди поля, а его распутная улыбка сияла ярче, чем его меч, рассекающий воздух. Каждый его замах или колющий удар отражался быстрым, как ртуть, лезвием в руках высокого, энергичного мужчины, чей самоуверенный, жизнерадостный смех почти бросил Мару на колени.

– Алекс! – закричала она, вбегая на поле.

Он развернулся и вскинул меч в приветствии, и Мара начала плавиться от его озорной ухмылки. А потом она понеслась по траве, едва замечая звенящие в ушах приветственные восклицания, и то, как поспешно ее возлюбленный опустил и вложил меч в ножны.

Она только видела, как на его лице появилось выражение счастья, то, как он распахнул объятия и то, каким совершенно настоящим и непострадавшим он выглядел.

Тот сияющий болван рядом с ним ошибся.

Ничто не причиняло боль Горячему Шотландцу.

А его просто убивало усилие выглядеть целым и невредимым.

Но триумф того, что он вообще вернулся и теперь видел ее бегущей к нему, со струящимися у нее за спиной волосами и сверкающими глазами, был намного сильнее любой жгучей боли от ударов молний.

Не смотря на это, он едва не вздрогнул, когда она добежала и бросилась к нему в объятия. Вместо этого, он улыбнулся во всю ширь и обнял ее, чуть не раздавив.

– Любимая, – успокаивал он задыхавшуюся и вцепившуюся в него изо всех сил девушку с румянцем на щеках и широко распахнутыми глазами. – Разве я не говорил тебе, что вернусь?

– Но…

– Никаких но. Теперь я здесь. – Он сжал вокруг нее руки и уткнулся лицом ей в плечо. Ощущая прижавшееся к нему гибкое тело, тающее рядом с его телом, он испытал головокружительное облегчение, что его снова не забрали в тот мрак.

– Т-тебя не было так долго, – воскликнула Мара ломким голосом. Она запустила пальцы в его волосы, прижимая его ближе. – Я так тосковала по тебе и боялась…

– Все время, пока я отсутствовал, мое сердце было с тобой, – сказал он правду, взял ее лицо в ладони и поцеловал глубоко и жадно.

Он разорвал поцелуй слишком скоро, но его потребность в ней была слишком свирепой и лихорадочно нарастала с каждым горячим ударом его сердца.

– Подожди, пока мы не останемся наедине, – пообещал он, поглаживая руками ее дрожащее тело, проводя ими вверх и вниз по ее спине. – Здесь не место. Вокруг друзья и родня…