Практика для некроманта - Дарья Михайловна Сорокина

было ни у кого, даже у преподавателей. Один лишь Деард Рё’Тен был счастлив с утроенным энтузиазмом взяться за своих некромантов.

Студенты первые явились на завтра, скудно перехватили кашу, единственное что успели приготовить в такое время повара и отправились к своим лошадям.

– Путь неблизкий, – предупреждал Деард, подгоняя учеников.

Эн устроилась позади подруги в седле у Бьелке. Натт переживала, что её скакуну будет тяжело нести сразу двух наездниц, но он словно и не заметил изменений. Вместе с Синдом ехал Кафрин, парни поравнялись с девушками, и Эн демонстративно отвернулась.

– Похода шикарная будет, – адепт Скансон выдохнул целое облако пара. – Есть идеи, куда мы едем?

– Секрет, скоро всё увидите, – улыбался Мару и подъехал к одногруппникам на своем ездовом олене.

Единственные, у кого Натт видела этих прекрасных животных, были брат и сестра Макйак. В сердце у некромантки кольнуло от воспоминаний о парочке Инну, которые решили перевестись в академии поближе к своей спрятанная во льдах деревеньке.

Но кое-чем любимец Мару отличался от питомцев инну, его олень был мёртв. Тусклые водянистые глаза, следы от стежков и энергетические кристаллы во лбу и на рогах выдавали в нём весьма редкую нежить: дредхьорта. Родители адепта привезли его во время праздников и подарили сыну. Деарде долго возмущался, но его интерес к зверю пересилил, да и Йеден Стаат пообещал, что поможет адепту присматривать за воскрешённым существом, менять бальзамическую жидкость и следить за скоростью разложения.

Даже Йоханна встала с постели и выглянула в окно, чтобы полюбоваться на животное. Её бледная ладошка коснулась холодного стекла и лёд вокруг растаял. В такие моменты и Деард понемногу оттаивал. Он помахал невесте, а она ответила ему слабой улыбкой и вновь скрылась в комнате.

Остальные студенты набились в повозку к Гиаду. Ей тоже привалило счастья, и отец привез её новенький блестящий дилижанс.

В целом у всех кроме Синда, Натт, Эн и Фирса настроение после праздников было приподнятым. А вот Синду пришлось видеться с одним из братьев, который приехал оплатить его апартаменты, и привез карманных денег. Натт провела свой первый день рождения и зимний фестиваль без Квелда, Эн очень странно таращилась на свою новую куклу и шила для неё наряды, а Фирс… К нему приезжать было некому.

Натт стало совестно, что она так ничего ему не подарила. Даже его подарок она не вскрыла до сих пор. Южанин всё-таки передал через Ноккереля маленькую коробочку, но девушке духу не хватало открыть её.

Она оглядела дворик академии, почему-то ей казалось, что Хассел обязательно проводит их, но его не было на улице. Натт последнее время вообще видела его. Парень безвылазно мастерил что-то для инквизитора, или мотался в Рискланд на подработку.

Деард пересчитал студентов, заглянул в окошко дилижанса, дал всем отмашку и пришпорил своего дредхоста.

Процессия лениво потянулась вслед за некромантом. Как и предсказал Кафрин, погода выдалась отличная. Через полчаса начало светать, и вскоре все вокруг залило солнцем, снег искрился и слепил студентов, они морщились и щурились с непривычки, пока дружно не упёрлись в невесть откуда взявшийся посреди поля забор.

Пахло сеном и навозом, прямо как в конюшне академии, только в разы сильнее. Где-то за воротами грозно лаяли собаки и гремели цепями.

Адепты пребывали в некотором замешательстве, переглядывались и пытались понять, зачем Деард привез их на ферму. Некромант тем временем развернулся и обратился к студентам.

– Сегодня мы будем работать с необычным материалом. Он будет брыкаться, бодаться а, главное, дышать. Вы научились выказывать уважение к мёртвым, теперь же я хочу увидеть, как вы демонстрируете милосердие к живым.

– О нет! – натурально перепугалась Эн, – Мы будем забивать свиней и резать кур? Натт, гони обратно в академию! Я на такое не подписывалась.

– Успокойтесь, адептка Вэн. Никого вы не будете забивать. За кого вы меня принимаете вообще? – оскорбился Деард.

– За стрёмного злобного некроманта, – хихикнул Кафрин, но тут же получил убийственный взгляд от магистра.

Ворота открылись, собачий лай тут же стих, и приветливая краснощёкая женщина вышла навстречу. На ней была потёртая парка нараспашку, русые волосы заплетены в толстую косу, а на ногах высокие резиновые сапоги.

– А чего это вы тут лошадей морозите, заходите скорее пить чай. А где же мой племянничек. Мару!

– Тётя Аннес! – парень спрыгнул с дредхьорта и побежал обниматься с родственницей.

Только услышав про тёплый чай, Натт осознала, как сильно продрогла за время поездки. Она и остальные адепты с удовольствием воспользовались приглашением и последовали за Аннес в дом. Пока им оставалось лишь гадать, какое задание подготовили для них Деард и Мару.

Натт подливали уже вторую чашку чая, а Эн все ещё отогревала руки первой, она изредка дула на успевший остыть напиток и пила мелкими глотками. К бутербродам с малиновым вареньем она даже не притронулась, и Мёрке в очередной раз вспомнила ту ужасную сцену в столовой. А ведь в чём-то тот парень был прав. Эн Ню Вен ничего не ела. Натт не замечала этого раньше, но после слов Стига Моббера, задумалась. Возможно, подруга следила за своей тонкой фигурой, может, ей в принципе была чужда еда этих земель, и она готовила себе что-то отдельно, пока никто не видит. Но к сожалению это не было единственной странностью у подруги: её возрастные родители, то что она почти не спит, не мерзнет, не устает. Её не почувствовал Бьелке, не уловил Ноккерель. Как такое объяснить?

Подруга тем временем выглядела немного встревоженной.

– Все в порядке? – спросила её Натт.

– Не надо было Ваву оставлять одну. Надо было взять её с собой…

Со своей глиняной куколкой Эн почти не расставалась, ходила с ней на завтраки, обеды и ужины, брала на занятия и проявляла очень знакомые признаки одержимости. Натт вела себя точно так же со своей шкатулкой. Не ей было судить подругу. И все же она начала волноваться. Тем более, эта странность послужила толчком для новых.

– Вава будет целее в нашей комнате, мы же до сих пор не знаем, что придумали Мару и Деард.

Эн Ню Вэн кивнула, но как-то без энтузиазма, и она все ещё ничего не ела и тревожиться меньше не стала. Натт прекрасно понимала эти чувства, но по опыту знала, что помочь здесь мало чем можно. Только ждать, когда отпустить или дернуть пластырь прямо с волосками.

Когда чай и малиновое