Знак обратной стороны - Татьяна Нартова

золотом. Словно и не с Шаталовой вечером говорил Даня, а с ее роботизированной копией, с бездушным автоответчиком. По-хорошему, ему не следовало ничего ей отвечать. Не следовало вестись на новую провокацию, но, едва услышав заветное: «Хочу с тобой встретиться», – Рябин без раздумья выпалил в ответ: «Конечно, когда?»

Следующим уроком у них была история. Та самая контрольная, к которой Даниил так долго и тщательно готовился. Потому, заметив стоящую рядом с ««Хондой»» женщину, он сразу бросил:

– У меня не так много времени. Зачем вы хотели меня видеть?

– Ух, какой деловой, – фыркнула Шаталова. – Просто…

– В смысле? – немного смутился старшеклассник. – Если хотели что-то уточнить насчет ассортимента маминого магазина, то могли бы позвонить сразу в «Рогалик».

Он действительно не понимал, чего от него хочет эта женщина. Опершись спиной о машину, Тоня пристальным взглядом впилась ему в лицо и неожиданно произнесла совсем не то, что Даня ожидал услышать:

– Значит, ты еще школьник… немного досадно. Я бы ни за что не дала тебе меньше девятнадцати.

– В ноябре мне восемнадцать исполнится, – признался Рябин. – Поздно в первый класс отправили.

– Правда? – оживилась собеседница. – Это уже лучше.

– Почему же?

– Потому что, – ушла от ответа Тоня. – Ты обещал сводить меня куда-нибудь. Надеюсь, обещание все еще в силе?

– Да.

– Тогда садись в машину.

– Сейчас? – Даня удивился.

Она что, принимает его за своего слугу или мальчика на побегушках? У него свои дела, занятия, и он абсолютно не готов срываться с них по первому зову Шаталовой. Но вместо того, чтобы все это выдать, юноша только уточнил:

– А разве у вас нет работы?

– У меня отпуск. Я же тебе говорила, – снисходительно напомнила женщина. – Ну, чего стоишь? Залезай, говорю.

– Я… – Даниил запнулся.

Шаталова приблизилась почти вплотную, протянув изящную руку к его щеке. Прикосновение было легким, но настойчивым. Подросток ощутил чуть горьковатый запах духов и гладкость металлической плоски кольца на безымянном пальце женщины. Левая рука. Значит, в разводе.

– Или ты боишься?

Лукавый прищур обжигал похлеще раскаленной спицы, проходя прямо в сердце и заставляя то биться в два раза быстрее. А еще – самими по себе расплываться губы в идиотской улыбке и краснеть щеки. Даня не знал, что Антонина задумала, не представлял, чем все закончится для него. Но терять шанс побыть с ней подросток точно не хотел. Совесть не вовремя проснулась, попыталась напомнить, что Даниил должен быть хорошим сыном и ответственным учеником, но юноша заткнул ее одним коротким: «Гори оно все синим пламенем!»

– Хорошо. Поехали, – для подтверждения своих намерений Рябин несколько раз кивнул. – Какие у вас планы?

– У меня? У меня лишь один план: взять тебя взаймы у всего мира, – распахивая дверцу со стороны водителя, подмигнула Шаталова.

– Взять взаймы?

– Ну да. В безвозмездную аренду до конца дня. Согласен? Ты и я, весь день вдвоем. Движемся, куда хотим, делаем, что душе угодно. Разве не о таком мечтают подростки: никаких надзирателей, никаких границ, полная свобода?

Даня ничего не стал отвечать. Молча обошел машину и уселся на уже привычное место рядом с Антониной. Бросив на заднее сидение свой рюкзак, пристегнулся, и только тогда задал мучивший его со вчерашнего дня вопрос:

– Почему я?

– Не поняла… – Шаталова повернула ключ зажигания, мотор замурлыкал дикой кошкой. – А! Думаешь, я хочу тебя как-то надуть?

– Нет, просто… вы… я… – не смог правильно сформулировать свои ощущения Даня.

– Не думала, что молодежь страдает такого рода предрассудками. Или тебя настолько смущает мой возраст?

– Предрассудки здесь не при чем. Но да, давайте начистоту. Вы мне в матери годитесь…

– Ай, ай, как не вежливо! – ««Хонда»» дернулась и покатилась назад. Шаталова теперь не смотрела на пассажира, сосредоточив внимание на зеркалах.

– …так зачем вам я? То есть, я хотел сказать… это бессмысленно. Вы, наверное, окружены множеством мужчин…

– Наверное? – хмыкнула Тоня.

– …Взрослых, состоявшихся, готовых к серьезным отношениям.

– Скучных, болтающих только о своих особняках, бизнесе и детях от предыдущих браков, – закончила женщина за Рябина. – Да, вниманием я не обделена, что правда, то – правда. Но… – стального цвета глаза вновь обратились к подростку, – если ты еще не в курсе, в животном мире именно самка выбирает партнера, а не наоборот. А люди не так далеко от них ушли. Ты хочешь знать: почему? Так вот ответ прост. Ты мне нравишься. Сразу понравился, как увидела.

От такой откровенности Даниилу стало неловко. Складывалось впечатление, что из них двоих именно он старше, а не Шаталова. Та вела себя как девчонка, которой безразлично, что о ней подумают. В этом было что-то такое нереальное, не сходящееся с привычной реальностью, опьяняющее. Рябин закусил изнутри щеку, чтобы в ответ не ляпнуть: «Ты мне тоже». Нет, нет, не стоит. Для начала он должен разобраться, насколько все серьезно. Еще свежи были воспоминания об их вчерашнем разговоре. К тому же, хоть Даня и не страдал от предрассудков, но какая-то часть его существа безудержно бормотала: «Это не хорошо. Это не правильно. Ты – несовершеннолетний, а она в два раза старше». И эту часть, в отличие от совести, заткнуть было не так уж просто. Поэтому парень просто сменил тему:

– Куда поедем?

– На самом деле я думала, это ты будешь штурманом. Учти, утром я проглотила только пустой кофе и сейчас не прочь хорошенько перекусить. Надеюсь, поблизости найдется какая-нибудь не слишком паршивая закусочная. Где ты обычно ешь?

– Я? Да тут, совсем близко. Но, боюсь, вам там не очень понравится.

– Ты меня совсем не знаешь, – парировала Антонина. – Показывай, где?

Пришлось Дане указать на свою любимую забегаловку, в которой, кроме основных блюд продавали всякого рода рулеты с разными наполнителями: мясные, овощные, с рыбой или сыром. Владелец очень выгодно разместил свое заведение. Рядом бродили толпы голодных школьников, так что девять месяцев в году от клиентов не было отбоя. Интерьер закусочной был стандартен до убогости. Несколько столиков с пластиковыми стульями, линолеум на полу, а из украшений – пару горшков с искусственными розами. Еду тут подавали на одноразовых тарелках, напитки – в картонных стаканчиках, но и то, и другое, было довольно приятным на вкус.

Окинув забегаловку пронзительным взглядом, Тоня выдала:

– Сойдет, – и уселась за ближайший столик. – местное меню мне не знакомо, так что можешь взять что угодно по своему вкусу. И чай, зеленый, если есть.

Легко сказать. Вкус у Дани был своеобразный. Он любил рулет с грибами и острым соусом, но не знал, будет ли такое Шаталова. Рыба? А если у женщины аллергия? Мясо… но опять же, какое? Вдруг, Тоня