Север в сердце (СИ) - Брай Марьяна

Мальчик сложил огромную кучу сухих дров, и ей нужно было сделать только одно – вылить на кучу два небольших кувшина и поджечь. Она развела небольшой костер ниже, чтобы не тратить время на поджог. Зря не взяла с собой своих девчонок, иначе, можно было бы вздремнуть. Спать нельзя, потому что несколько мгновений могут стоить жизни многим людям.

Юта и Харэм проводили Оми с детьми в лес и передали девушкам Тиары. Через пару ночей они должны были быть далеко от Зарама.

- Харэм, надо сообщить Сири, что детей мы спрятали, иначе, Орус может обмануть ее, соврав, что дети у него, - шепотом говорила Юта, когда они в темноте пробирались сквозь лес обратно, к дому Севара.

- Ты очень умна, хоть и женщина. Мы все думали, что Сири – твоя мать.

- Да, она и вправду умна, Харэм. Только мы с ней разные в чем-то.

- В том, что у тебя меньше опыта и меньше привязанностей, а значит, и слабостей у тебя меньше, - он обернулся, и она увидела, как он улыбнулся.

- Слабостей?

- Ты переживаешь за своих отца и мать?

- Да, но отец взрослый, а мама в стане, где самое страшное – ливень с ветром, потому что урожай может просто смыть в реку, - она хихикнула.

- А Сири переживает за детей, за тебя и Драса, - Харэм остановился и Юта по инерции «влетела» в его спину.

- Хорошо, за детей и за меня, ведь меня она все еще считает ребенком. А Драс? Он же не маленький, он сильнее ее.

- Она не всегда с ним жила. Если ты кого-то полюбишь, ты будешь считать, что этот человек слабее твоих родителей.

- Но почему?

- Потому что тот, кто старше тебя, кажется нам всегда сильнее, умнее, и ты всегда жила с ними, и всегда было так. А нового человека ты не знаешь, это как только что родившийся ребенок для тебя. Наши женщины это знают. И мужчины никогда не ругают их за то, что те переживают. Наши мужчины знают это, знают, - он прошептал это прямо ей в лицо, отвернулся и пошел дальше.

- Я и не думала никогда об этом.

- Потому что ты не знаешь, что это, тебе не с чем это сравнить. И поэтому Сири не обижается на тебя.

Они шли по ночному лесу, и в темноте изредка раздавались голоса птиц, на которые Харэм отвечал слабыми, чуть слышными звуками, похожими на птичьи. Когда они подошли к кромке леса, где ночевали, оставляя Севара с Сигой одних в доме, они увидели, что ворота открыты. Севар не мог оставить их открытыми. Значит в доме чужие. Харэм в последний момент успел поймать Юту, прижать к себе и закрыть ей ладонью рот.

Она смотрела на него огромными от страха глазами, и слышала, как он издал два коротких звука, махнул свободной рукой, и мимо них, как тени, прошли несколько человек – его бесшумные воины.

- Молчи, я убираю руку, а ты не издавай ни звука, поняла? – Харэм смотрел в ее лицо, и ждал, когда она ответит, подав знак.

Юта моргнула, и он осторожно убрал ладонь с ее рта. Он продолжал крепко держать ее за талию и прижимать к себе.

- Если ты сейчас выдашь всех нас, лучше не станет. Люди наблюдают за дымом, который устроит Тиара, в случае самого плохого. Так что, дом сейчас проверят, а мы будем молчать, - он говорил ей почти в ухо, а когда поднял голову, она впервые так близко увидела его черные глаза. – Ты же умная девушка, правда? Я попрошу тебя в жены у твоего отца, когда все закончится.

- Даже не пробуй. Я решила, что буду жить в поселке Тиары, Юта с трудом сдерживала себя, чтобы шепот не сорвался на крик, но из его рук высвободиться не пыталась.

- Ты видела, как они переглядываются с Гором? Знаешь, что будет, когда все эти мужчины, сошедшие с корабля, поселятся в поселке Тиары? Будет еще один Зарам, или Харкам. Не важно, но ты ищешь того, чего не существует, - он улыбался, и ей казалось, что он смеется над ней.

- Я хочу путешествовать, я хочу открывать новые земли, Харэм.

- Мы можем делать это вместе, как Сири и Драс.

- Я видела ваших женщин – они сидят дома и боятся высунуть нос.

- При моем отце я не интересовался этим, может им и не запрещали, но сейчас я не стану запрещать женщинам чего-то хотеть. Ты видела, я отправлял наших девушек в Зарам, они учились работать с семенами, учились собирать травы. Я отпустил все, кто хотел поехать. Все они вернулись.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Да, я знаю.

- Тогда с чем ты собралась бороться? Или, если тебе не с чем и не с кем бороться, ты придумаешь себе врага? Одна ты не выживешь, как и я, как и все другие, - он сам отпустил ее, давая понять, что ее никто не принуждает оставаться с ним так близко.

Глава 62

Я не могла спать, прислушиваясь к шагам за дверью – в любой момент могли войти и вытащить их на улицу. Виселица готова – молотки больше не стучат. Нет, ночью они этого делать не станут, им нужна толпа, чтобы именно эти люди захотели их смерти, я знала, чего хочет Ваал. Неужели мы из одного времени? Неужели он знает то же, что знаю я?

- Ты не спишь, - прошептал мне Драс?

- Нет. Думаю, для нашей казни все готово. Очень надеюсь на Харэма.

- Значит, мужчинам ты в этих делах доверяешь больше? – Драс говорил с улыбкой – это я могла распознать даже в кромешной темноте.

- Ну, Юта и Тиара слишком самоуверенны, а в нем, несмотря на возраст, очень много разума, будто прожил уже целую жизнь.

- Чего не скажешь обо мне? – он продолжал улыбаться.

- Ну нет, тебе я доверяю больше, чем всем остальным. Только вот мы с тобой, при спасении друг друга можем насовершать кучу ошибок.

- Почему?

- Потому что не можем беспристрастно придумать выход – мы слишком любим друг друга, - я ответила как можно нежнее и прижалась к нему ближе.

- Тогда будем надеяться, что у них получится, но мы и сами будем биться до последнего, так что, можешь не бояться. Ты же знаешь, какой я отчаянный воин?

- Да, знаю. Надеюсь, они не станут трогать детей, - я не хотела поднимать эту тему, а вернее озвучивать ее, но слова вырвались сами.

- Мне кажется, они догадаются спрятать их, но я был бы более уверен, если бы ты была с ними.

Рано утром нам принесли еду – впервые за три дня, что мы были здесь. Это была горячая каша в котелке, большой каравай хлеба и вода. Хорошо хоть о воде не забывали. Ложки были прямо в котле, так что спрашивать о мисках было бесполезно.

- Эй, я хочу поговорить с Ваалом, тем человеком, которого сейчас слушает Орус, - я обратилась к одному из охранников.

- А я хочу домой, улечься под бок к своей жене, - со смешком ответил мне мужчина.

- Неужели вы верите, что с Орусом будет хорошо?

- Уж лучше, чем с ним, - он мотнул головой в сторону Драса. – Держится за твою юбку, а толку нет.

- Как же толку нет, у вас раньше не было ни печей хороших, ни теплых домов, ни бань. И букв вы не знали. Забыли уже, как жили с костром посреди дома? Забыли, как ночью в холод надо вставать, чтобы подложить дров? Как просыпались, а одеяло все в инее?

- Ну, сейчас нам хорошо.

- А с нами может быть еще лучше – мы много всего знаем, понимаешь?

- Молчи, женщина, от тебя только беда. Люди сами скажут о вас все, сами будут не против с вами проститься, - он плюнул на пол и вышел.

Охранники с нами больше не сидели. Они были в общей комнате за дверью. Видимо, потеряли надежду что-то разнюхать и плюнули, валялись на лавках в прихожей. Детей на улице больше не было слышно, но мне показалось, что утром я слышала голос Севара. Лишь бы мне показалось.

Весь день к нам не заходили. Когда мы просились в туалет, стуча обломком табурета о стену, нас выводили быстро. Солдат на площади сейчас было больше – они усилили охрану.

- Скажи Орусу, что я хочу поговорить с ним и Ваалом, - сказала я своему охраннику.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Ему надо будет, он сам придет.

- Ваал, - я закричала, что есть мочи. – Ваал, приходи, поговори со мной, трусливый ублюдок. Надеюсь, ты рассказал Орусу кто ты на самом деле, и рассказал, что собираешься избавиться от него?

- Заткнись и шагай, - толкнул меня в дом охранник, и закрыл за мной дверь.