Всем, кому должна - прощаю (СИ) - Вудворт Франциска

— Мы контролируем их поселения, Надин. — Мягко произнес Макс, а я отложила не до конца общипанную гроздь винограда.

— Хорошо, пусть так, тогда кем, по-твоему, должна стать я? Архивампиром?

— Прости, Надин. Это невозможно. Ты не можешь стать равной, потому что ты — человек. Моя мама была рожденной высшей, но и после брачного ритуала равной отцу она не стала…

— А как же магия, ты говорил тьма будет послушной. Получается ты мне лгал?

— Нет, я не лгал. Тьма будет тебе послушной, не причинит вреда, станет защищать. Вот сегодня ты смогла с ней поиграть, однако, тебе будет доступен иной уровень взаимодействия, достаточный для зачатия нашего ребенка, но недостаточный для открытия порталов или использования заклинаний.

— Значит высшая… и зависимая от крови людей.

— Тебе хватит и моей, — глядя в мои глаза, четко произнес князь. — Достаточно укуса один раз в месяц, чтобы поддерживать форму…

— То есть кровь все равно необходима, — я скривилась и предпочла отвернуться.

Нежные волны мягко стелились по песку и возвращались в лоно моря. Солнечные лучики плясали по поверхности, маня и предлагая порезвиться вместе с ними.

И чего спрашивается я отказываюсь поплавать? Море ведь!

Я стремительно поднялась и с разбега нырнула в воду. Что удивительно, купальный костюм не стеснял движений, да и дискомфорта не добавлял. В какой момент ко мне присоединился Макс — не знаю, но он не мешал мне плавать, нырять, любуясь дном с ракушками и полосатыми камушками. Просто был рядом, видимо, на всякий случай. Мало ли, судорога?

— Надин, — позвал князь, когда я легла на спину, раскинув ноги и руки в стороны, глядя на чистое небо.

— А? — отозвалась я.

— Мой сюрприз заключался не в пикнике на море. Я хотел бы показать тебе тайное место…

— Кого? — удивилась я.

— Тайное место, — я не видела, но почему-то чувствовала, что князь улыбается. — Ты позволишь?

Что позволю — я поняла, когда его рука осторожно коснулась моей талии, а затем меня мягко, но настойчиво развернули вертикально.

— Отсюда недалеко плыть, — улыбнулся Макс, — но я могу и перенести нас.

— Лучше поплыли, — отозвалась я, — что-то мне подсказывает, ты бы не предлагал этот вариант просто так.

— Ты права.

Супруг плыл немного впереди, указывая мне дорогу, однако при этом контролируя меня, явно переживая о моей усталости. Но я была бодра и в меру заинтригована. Что он там такое показать хочет? Царство подводное, что ль?

Я так и не поняла, в какой момент вода вдруг из прозрачно-лазурной окрасилась в нежно-оранжевый цвет.

— Вау, — только и смогла выдохнуть.

— Мы уже рядом, — Макс неведомым образом не только оказался рядом со мной, он настойчиво завёл мои руки себе на шею, что в итоге я оказалась на его спине. — Держись, пожалуйста.

— Смотри! Это морские коньки! Как их много!

— Да, и они плывут туда же, куда и мы… Задержи дыхание, Надин.

Я подчинилась просьбе и мы нырнули. Только спустя пару минут, сидя на камне, до меня дошло, что мы проплыли под гротом в просторную пещеру, в центре которой был островок.

— Это и есть твое тайное место? — спросила я, оглядывая пространство.

Несмотря на то, что солнечный свет сюда попасть не мог, в пещере было светло. Мягкое сине-зеленое свечение шло от стен, плавно опускалось на воду, придавая таинственности и романтичности этому месту.

Страшно мне не было, а вот располагающую атмосферу я ощутила сполна. Здесь было уютно. Очень уютно.

— Да, Надин. Когда я был маленьким мальчиком, моя мама показала мне эту пещеру. Сюда я сбегал от учителей и их скучных уроков, здесь мы искали с мамой сокровища, которые, если честно, она прятала заранее, и просто наслаждались обществом друг друга без посторонних глаз. — Макс приобнял меня, явно погружаясь в самые приятные для себя воспоминания. — Она рассказывала мне удивительные истории, которые я хотел бы передать своим детям. А ночью камни, что испускают свет, становятся еще ярче, а свод пещеры превращается в ночной небосвод, усеянный россыпью ярких, таких же манящих как звезды, драгоценными, волшебными камушками. Поверь, он завораживает.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Волшебными камушками?

— Багрониты, драгоценные камни, впитывающие в себя магическую энергию. Они действую как накопители, куда попадают излишки прямо из природы. Это место не простое, Надин. Здесь легко восстанавливают свои силы волшебные магические существа, а также те, кто пользуется магией: люди, вампиры, оборотни и драконы.

— Вот почему сюда собралось так много морских коньков?

— Не только поэтому, даже не совсем поэтому. Смотри, сейчас начнется.

Коньков стало намного больше. Самое интересное, они расформировались друг напротив друга, при этом одни прижимались к стене и их явно было больше, чем тех, что оставались по центру, не касаясь ни кораллов, ни камней.

Когда откуда-то донесся тоненький звук — я решила, что мне пригрезилось. Но с каждым мгновением звук усиливался, а цвет освещения в пещере менялся.

Как будто я попала на дискотеку, где крутился дискобол, а диджей поставил медленный трек. Чем-то мелодия, выводимая неизвестным, напоминала песню «Одинокий пастух» из кинофильма Квентина Тарантино «Убить Билла», настолько же пронзительной и нежной она была…

— Как красиво, — прошептала я, — и поет душевно…

— Поют, если так можно назвать, — тихо поправил меня Макс, — это поют коньки, самцы. А самки будут выбирать для себя самого лучшего…

В какой-то момент мне почудилось, что пузики у морских коньков начали мерцать, пока в итоге у каждого, кто находился у стены, он не зажегся своим особенным цветом.

— Как такое возможно?

— Перед тем, как начать брачные игры, коньки самцы наелись рачков из кораллов, растущих в этой пещере, Надин. В них сейчас очень много магической энергии, благоприятной для продолжения рода. Их тела становятся цветными из-за этой энергии, а заодно приманивают самку. Чем больше раз самец изменит цвет, тем больше вероятность, что самка обратит на него внимание.

А ведь не скажи мне сейчас об этом Макс и я решила бы, что коньки разные и у каждого свой цвет. Ан нет, я специально выбрала трех коньков и следила только за ними, так вот, за то время, что я неотрывно на них смотрела, коньки сменили цвет два раза.

— Когда начнутся образовываться пары, коньки уйдут на глубину. Но прежде самцы покажут себя с самой лучшей стороны и выведут еще пару песен. В сочетании с магией пещеры и камней получается красивое зрелище.

— Согласна, ничего подобного раньше мне видеть не доводилось. — Я улыбнулась, разглядывая стены, по которым ползли разноцветные пятна, иногда образовываясь в причудливые узоры. — Самки их на выносливость проверяют?

— Конечно, это важно для потомства. Ведь его вынашивает отец, а не мать.

— Надо же… — выдохнула я. — Как жаль, что у людей все не так и мучаются родами женщины.

— Сводя с ума своих мужчин. Поверь, Надин, чувствовать себя беспомощным и не иметь возможности облегчить боль своей любимой — не самое лучшее в мире ощущение.

Я решила промолчать. Не знаю, что там в голове у Макса, но наши, Земные мужики, часто кладут болт на то, что его женщина рожает и что ей запредельно больно в этот момент. И только единицы оказываются способными поддержать любимую в родильном зале, а не заливаться горячительным в окружение друзей.

Мы дослушали мелодии коньков до конца в полном молчании. Когда те совсем скрылись под водой, я решила немного обследовать пещеру и потрогать пресловутые камешки. Супруг поддержал мое желание и помог отковырять пару штучек на память. Камушки оказались несколько странными: один был почему-то теплым, а второй холодным.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Багронит становится теплым, когда заполнен энергией. Холодным же становится тогда, когда эту энергию отдает. — Пояснил князь. — Они очень удобны, потому что, отдавая энергию не разрушаются, а могут снова служить накопителем.

— Наверное эти камушки очень ценны?