Темная душа (ЛП) - Ньютон Ив

Её сущность сливается с моей, её жизненная сила пульсирует вокруг меня. Это не просто физическое, это метафизическое чувство, нечто фундаментальное, резонирующее между нами.

Её бёдра слегка двигаются, её тело откликается даже во сне. Воодушевлённый, я погружаюсь глубже, чувствуя, как она сжимается вокруг меня всем телом. Это экстаз, не похожий ни на что, что я когда-либо испытывал или мог себе представить. Её дыхание учащается, с её губ срываются тихие вздохи, когда я ритмично вхожу в неё.

Она снова напрягается, а затем расслабляется рядом со мной. На этот раз она шепчет моё имя на выдохе, что заставляет меня войти глубже и издать тихий стон, идущий из глубины моей души. Я нависаю над ней, упираясь руками по обе стороны от неё, когда она открывает глаза с испуганным стоном.

— Касс, — выдыхает она. — Я думала, это был сон.

— Это реальность, Изольда. Мне нужно было знать, что ты чувствуешь. Мне нужно было знать, насколько глубже может быть наша связь.

— Ты изнасиловал меня, пока я спала.

— Я знаю. Ты злишься?

Её глаза расширяются от удивления при моём вопросе, но затем она смеётся.

— Я должна злиться. Я должна была бы, чёрт возьми, надрать тебе задницу с этого момента и до середины следующей недели, но, чёрт возьми… — она выгибает спину, прижимаясь грудью ближе к моему лицу. — …с тобой чертовски хорошо.

— Я никогда раньше этого не делал.

— Я так и поняла. Твой способ соблазнения девушки несколько прямолинеен, и это говорит человек, который всю свою жизнь провёл взаперти.

— Я прошу прощения за свою резкость, но это слишком приятное ощущение, чтобы останавливаться, — я проникаю в неё глубже, и она издаёт тот звук удовольствия, который я люблю слышать из её уст.

Изольда снова выгибает спину, прижимаясь грудью к моей груди, и у меня в груди зарождается первобытное рычание. Ощущение того, как её тело двигается подо мной, ошеломляет, посылая по мне волны удовольствия, которые я хочу никогда не прекращать. Её киска сжимается вокруг моего члена, крепко сжимая меня, когда я слегка отстраняюсь, прежде чем снова войти в неё, на этот раз глубже.

— Кассиэль, — снова выдыхает она, впиваясь пальцами в мышцы моей спины и притягивая меня ближе к себе. — Это невероятно.

Её слова вызывают во мне прилив желания, и я двигаюсь с большей настойчивостью, каждый толчок вызывает у неё вздох или стон. Звук наших тел, соприкасающихся друг с другом, наполняет комнату симфонией удовольствия и потребности. Я чувствую, как её сущность сливается с моей, и эта связь выходит за рамки физического акта. Наши души переплетаются, связывая нас таким непостижимым образом.

Изольда обхватывает меня ногами за талию, притягивая к себе ещё глубже. Её бёдра двигаются синхронно с моими, встречая каждый толчок с такой же интенсивностью, совпадая со мной. Ощущения ошеломляющие, они поглощают каждую частичку моего существа. Я чувствую её наслаждение, как если бы оно было моим, и каждая волна накатывает на нас обоих одновременно.

— Изольда, — шепчу я ей на ухо, мой голос хриплый от желания и эмоций. — Ты — это всё. Ты — вселенная и звёзды.

— Кассиэль, — шепчет она в ответ, и в её голосе слышны глубокие эмоции.

Её тело прижимается ко мне, бёдра двигаются в такт моим толчкам. Её внутренние мышцы сжимаются вокруг меня, когда она приближается к кульминации.

Ощущения неописуемые. Это слияние физического экстаза и духовной связи. Её энергия струится вокруг меня, сливаясь с моим существом, создавая связь, которая превосходит простой акт любви. Я чувствую её, всю её целиком. Её силу, её уязвимость, её яростную решимость и её нежное сердце. Это ошеломляет, волна эмоций и удовольствия захлестывает меня с головой.

У Изольды перехватывает дыхание, и она издаёт тихий вскрик, когда её охватывает оргазм. Её тело сотрясается в конвульсиях, волны оргазма всё глубже втягивают меня в неё. Моё освобождение быстро нарастает, первобытная сила требует выхода. Последним, глубоким толчком я изливаю себя в неё, и наш общий экстаз разрушает границы между нами.

Мы лежим, вплетённые друг в друга, затаив дыхание, наши тела всё ещё трепещут после нашего единения. Я прижимаюсь лбом к её лбу, наше дыхание смешивается, когда мы разделяем этот интимный момент. Её глаза встречаются с моими, наполненные удивлением и глубиной эмоций, которые заставляют моё сердце трепетать.

— Ты такой ублюдок, — раздаётся рядом с нами голос Си-Джея.

Я поворачиваю голову и вижу, что он присел на корточки, и выражение его лица не то чтобы злое, но и недовольное тоже.

— Лучше бы это произошло по обоюдному согласию.

— Не совсем, — отвечаю я, неохотно отстраняясь от тепла Изольды. — Я наблюдал за ней, и меня охватило желание. Я хотел узнать, каково будет чувствовать мой член внутри неё.

— Пока она спала, — говорит Си-Джей, и в его голосе звучит угроза, которая обещает снести мне голову с плеч.

Изольда быстро вмешивается.

— Всё в порядке, я не сержусь.

Янтарные глаза Си-Джея опасно сверкают.

— Если ты не злишься, это не значит, что всё правильно.

Я сажусь, натягивая одеяло на обнаженное тело Изольды, хотя и остаюсь непримиримым.

— Я понимаю твоё беспокойство, но то, что произошло между нами, было невероятным.

— Это было то, чего хотел ты, а не то, на что она согласилась, — перебивает Си-Джей, поднимаясь, когда я встаю с кровати и прячу свой член, его голос убийственно тих. — Есть разница.

Изольда приподнимается на локтях, её голубые глаза переводятся с одного на другого.

— Си-Джей, я же сказала, что всё в порядке. Я не какая-то беспомощная жертва.

— Ты была без сознания, — замечает он, крепко сжав челюсти. — Это не согласие, Изольда. Это изнасилование.

— Нет, если я этого хотела, — выдавливает из себя Изольда.

— Ты спала! — кричит Си-Джей. — Откуда ты можешь знать, что хотела?

— Я хотела этого с тех пор, как впервые увидела его, — выдавливает она из себя. — Ты знаешь это так же хорошо, как и я, так что перестань ныть и скажи мне, нашёл ли ты Уильяма.

— Тебя это действительно не беспокоит? — недоверчиво спрашивает он.

— Нет.

Он сжимает челюсти и заметно успокаивает себя.

— Тебе чертовски повезло, что она такая великолепная, как есть, иначе ты бы составил Харрингтону компанию в царстве призраков.

— Согласен, она великолепна, — бормочу я.

Си-Джей глубоко вздыхает.

— Я нашёл Харрингтона. Он на Колокольне, задумчивый, как театральный призрак, которым он и является.

— С ним всё в порядке? — спрашивает Изольда.

— Он в порядке. Злой, но в порядке. У нас был разговор, — выражение лица Си-Джей меняется, становясь более серьёзным. — О символе. О том, кто мог наложить его на тебя.

Я выпрямляюсь, и мои крылья слегка расправляются, когда к нам возвращается серьёзность ситуации.

— Что ты узнал?

— Этот символ является меткой коллекционеров. Используется на тайных чёрных рынках, чтобы получить редкие экземпляры до того, как их захватят конкуренты.

Изольда прижимает руку к груди, проводя пальцами по тому месту, где светился символ.

— Значит, на меня уже претендуют? Коллекционеры?

— Не обязательно, — говорю я. — Если бы это было так, они бы пришли за тобой. Это больше похоже на поисковый маяк. Когда они приходят, они знают, кого брать.

— Так кто же с ними работает и почему они до сих пор не пришли за мной? — спрашивает Изольда, и в её глазах читается беспокойство.

— Два вопроса, на которые мы найдёт ответы, — говорю я.

Си-Джей подходит к окну, его поза напряжена, когда он осматривает территорию академии.

— Мы должны предположить, что они уже здесь. Тебя бы не пометили, если бы они не были достаточно близки, чтобы действовать.

— Тогда зачем ждать? — спрашиваю я, устраиваясь на кровати рядом с Изольдой. — Если у них есть способ выследить её, почему бы просто не забрать?

— Потому что защитные чары Серебряных Врат всё ещё действуют, — мрачно отвечает Си- Джей. — Но они не будут действовать вечно. Коллекционеры терпеливы. Они дождутся подходящего момента, когда защита ослабнет. Кто бы ни поставил клеймо, это существо действует самостоятельно. Поскольку ты, я и Айзек уже защищаем Изольду, у них недостаточно сил, чтобы справиться с ней в одиночку.