Наследница Черного Пламени - Майя Фабер

Право старшего в семье даст мне возможность драться за тебя. Это не противоречит законам. Я смогу победить Армина. Мы с тобой перестанем быть конкурентами вовсе.

— То есть ты просто предлагаешь мне уступить тебе трон?

— Не уступить, а разделить. Я готов драться от твоего имени. За тебя. Брак с последней чистокровной демоницей так же ценен, как трон Шаттенталь. Возрождение правящего рода. Мои дети получат намного больше высшей крови, чем есть у меня. Ты ведь обещала этим нищим ублюдкам великого наследника? Ему потребуется отец, сила и поддержка. Взамен я обеспечу тебе лояльность всех, кто стоит за мной.

— Помнится, раньше ты говорил, что не пользуешься популярностью, — улыбнулась я.

— Неужели ты считаешь, что я буду выкладывать все при Армине? Если дойдет до раздела власти, половина его войск останется на моей стороне.

— Как легко ты рассуждаешь о государственном перевороте.

— Ну что ты, — засмеялся он, хоть и натянуто. — Это не переворот, а лишь защита того, что должно принадлежать нам. Армин не повелитель, а Наместник. Его убийство воспримут соответственно.

Я потянулась к бокалу. Заметила, что пальцы у меня трясутся, хотя не ощущала этого. Мне срочно требовался глоток.

Но Кейтан не дал мне его сделать. Он подхватил свой бокал. Довольный и уверенный в моем согласии, он предложил:

— Тост? За хорошую сделку.

Я невольно покосилась на вино.

— Не волнуйся, — засмеялся он, — приворотов там нет. Ты достаточно благоразумна.

— Ну еще бы, — буркнула я. Но все же позволила ему коснуться моего бокала своим. Легкий звон показался оглушающим.

Я поднесла бокал к губам только тогда, когда такой же у Кейтана опустел.

Глава 53. 20 декабря

— Амелия! — позвала я, просовывая голову в дверь.

Вообще-то, планировала прошептать, а сама чуть не сорвалась на истеричный визг. И ладно бы я переживала, так нет же: меня переполняло энергией и совершенно дурным возбуждением. В таком состоянии только глупости и творить, когда несет и несет!

— Жива! — ахнула она, вскакивая со стула, где благополучно уснула, ожидая моего возвращения.

— А ты сомневалась? — надулась я, но тут же вспомнила, зачем пришла. — Пойдем. У меня тут, ммм… пациент для тебя! А я его без трансформации одна не дотащу.

— Светлая Лихти! Ты что с ним сотворила?

— Ой, да ничего, — решила ни в чем не признаваться я.

Пузырек с ядом и бокал были уничтожены, а строить из себя дуру я практиковалась много лет перед отцом. Если уж с ним срабатывало, то и тут получится.

К тому же я не тешила себя иллюзиями в отношении соперников. В этой борьбе все средства были хороши, а никто из демонов не обладал столь высокими моральными принципами, чтобы не избавиться от меня, если представится возможность. В этот раз удача улыбнулась мне, и я оказалась первой. Как сказал Армин — правил нет.

— Ты мне и объясни, что с ним. А то я, видишь, вся распереживалась, как же мой сегодняшний тренировочный поединок. Восстанет ли этот упырь к назначенному времени или повезло? То есть, трагически не повезло.

— Прав был Эйдан, — покачала головой Амелия. — Ты отлично справляешься с влипанием в неприятности.

— Не-а, он говорил, что я развяжу вторую войну, — исправила я. — Но я собираюсь принести мир!

Пятнадцать минут спустя мы с Амелией стояли над блаженно похрапывающим на стуле телом Кейтана.

— Скоропостижная гибель ему, конечно, не грозит, — заключила целительница с недовольным видом. Я благоразумно не стала уточнять, чем именно была вызвана такая реакция. — Но когда он проснется, будет жалеть, что пришел в себя.

— Долго?

— Пару дней, — оценила она, проводя светящейся желтым ладонью над лицом Кейтана. — Или неделю, если бедняге совсем не повезет.

— Идеально! — обрадовалась я.

— Твое воодушевление подозрительно заразно, а мне, как целительнице, нельзя…

— Молчу, молчу! — неискренне пообещала я.

— Думаю, забирать его в лечебницу необязательно. Появится только больше вопросов, — вздохнула Амелия.

— Давай хотя бы на кровать отнесем, — предложила я, чтобы как-то реабилитироваться за свое неуместное веселье.

Знала бы Амелия, что этот самовлюбленный кретин мне только что предлагал, жалела бы его еще меньше!

Разговор с Кейтаном я пока решила оставить при себе. Технически моя брачная церемония так и не завершилась и я была свободна. Практически — ничто в мире не могло бы заставить меня всерьез обсуждать этот вопрос.

Кейтан даже не попытался разобраться во мне и моих мыслях, самонадеянно решив, что я с первого дня растаяла от его взгляда, упоминания каких-то снимков и довольно бесполезной помощи с тренировками. Он рассматривал меня как украшение своего трона, будто ценный и редкий артефакт, какие покупают, чтобы показывать другим.

Весь день я прождала кары. Не покидала лечебницу, словно она могла дать мне защиту, но вздрагивала каждый раз, когда открывалась дверь.

Другой народ, другие законы и другие нравы. Они должны быть ближе мне, ведь я принадлежала им. Но воспитание в соседней стране давало о себе знать. С трудом удавалось напоминать себе, что вырубить соперника на пару дней — для меня не преступление, а умный ход.

В общем, к концу дня я разнервничалась настолько, что Амелия предложила поискать Шейна и привести ко мне.

Это слегка привело меня в чувства. Если дошло до таких методов, значит, выгляжу я и в самом деле неважно.

К двенадцати часам вместо жреца ко мне явился Наместник. На ночь в лечебнице не оставалось пациентов, Амелию я выпроводила домой, она и так провела здесь большую часть прошлой ночи и явно не успевала отдыхать. Единственная знахарка, что задержалась обсудить день, тут же поспешила сбежать, бросив меня с Армином наедине.

Вид у него сегодня был особенно недовольный. В полутьме комнаты даже показалось, что демон увеличился в размерах. Давило неприятное ощущение, что он нависает надо мной, хотя нас и разделял десяток метров.

— Зашел вас поздравить, — криво усмехнулся он. Даже это вышло особенно зловеще. — Ваш второй тренировочный поединок тоже отменен.

— Какая жалость? — уточнила я, ожидая, что он подскажет, какой ответ хочет услышать.

— Ничуть, — отозвался Армин.

— Так и подумала.

— С вами нельзя расслабляться, — будто пожаловался он. Напряжение между нами спадало.

— Не люблю слишком расслабленных мужчин, — пожала плечами