Влюбить генерала, или Купидоновы трудности - Ева Финова

«ты», все равно умирать. Так вот, я в здешней вашей культуре не сильна. Да, язык знаю, но не более.

Секунда на раздумье, и Шан-и-Дан кивнул.

– Так это и был выбор? – спросила она вдруг.

Розовая припухлость на щеке спала и синяк под глазом почти затянулся.

– Нет.

– А что тогда? – Виталина не отставала.

– Расскажи, почему ты меня ненавидишь?

Девушка замолчала, поджав губы. Как вдруг легкое замешательство отразилось в ее взгляде. Приподняв голову, она посмотрела ему прямо в глаза.

– С чего ты так решил?

– Ты сказала, что все мы мерзкие твари.

– Я говорила это о мужчинах.

– Почему?

– Потому что! – вскликнула Вита. – Мне больно вспоминать об этом и я не хочу! Ты же все равно не поймешь. И в своей напыщенной манере переведешь тему.

Настала очередь и-Дана поджимать губы.

– Тебе сделали что-то?

– Да. Да. Да! Черт возьми! Когда я была подростком, меня домогались в гараже у друга. Двое его друзей воспользовались, что Олега нет, и…

– Что они сделали?

– Они меня ударили, затем порвали майку! Хотели… Они хотели… – Голос Виты осип. Она будто задыхалась от накативших воспоминаний. Схватилась рукой за горло, выдавливая из себя: – Но мне повезло. У-у-у них не вышло! Олег вернулся и растолкал друзей. А я уехала через неделю в другой город. Не смогла видеть гаражи даже с балкона!

Шан-и-Дан вдруг обнял девушку. И она почувствовала бешенное биение его сердца.

– Прости, я допустил такое. Тебя снова ударили.

– Ты не виноват, – Вита сжалилась, не стала упрекать. – Это все твои военные. Они тут все верх дном перевернули. Что-то громко орали. А потом ко мне подлетел стражник и обвинил меня и у’Лин. Мы типа задержаны. Она в слезы, я только и обернулась к ней, а этот имбецил съездил мне по лицу.

Секунда, две, три. И генерал громко выдохнул, справляясь с недовольством от услышанного. Промолчал, наслаждаясь близостью желанной лаовайки.

– По законам Торакса я должен тебя или в лучшем случае наказать, или доказать твою невиновность, – нехотя признался он минуту спустя.

А Вита испугалась. Спокойствие, пришедшее в объятьях Шана, вдруг улетучилось.

– У'Лин? Ты хочешь свалить всю вину на нее?!

– Я бы мог, но…

– Нет! – оттолкнув генерала, Вита обиженно насупилась. – Нет! Только не ее! Вы все тут, что ли, сдурели?

– Придержи язык, – предостерег ее Шан-и-Дан, кивая в сторону Яо, который стоял за столбом, хоть и не видел происходящее, однако все прекрасно слышал. – Но, как я и сказал, у тебя есть выбор.

– Какой!

– Стань моей женой. Иначе тебя ждет публичная порка…

Из уст девушки послышался дикий хохот, который, впрочем, длился недолго. Уже несколько секунду спустя она с ехидством уточнила:

– А почему не любовницей, или же наложницей? Почему это сразу женой?

Генерал горько усмехнулся:

– И ты бы согласилась на меньшее?

– Нет, конечно!

– Но тогда, значит, ты согласна стать моей женой?

– Тоже нет!

Вита вознегодовала.

– Так мне позвать мою свиту? – спокойно переспросил генерал, держась из последних сил. А глядя на убийственный взгляд девушки, переспросил со вздохом: – Дай угадаю, тоже нет?

Вита запальчиво кивнула. Она позволила себе поверить ему, открылась, чего не делала ни с кем! А он? Он…

Обычно собранная и готовая ко всему, сейчас она чувствовала, что вот-вот сорвется. Как вдруг мысль притвориться жертвой, как это делали многие из ее подчиненных еще в бытность Виталины Ломакиной промелькнула в уме. Она попыталась выжать из себя слезы, думая о бедных умирающих котиках, о страдающих от страшных недугов людях…

Шмыгнув носом, она все-таки прослезилась. Ей это удалось без всякого труда. А Шан-и-Дан цыкнул от досады. И только.

– Яо, встань у двери и не поворачивайся, – приказал он сухо. – Вита, ты тоже повернись ко мне спиной.

Досада заполонила все ее сознание, но она согласилась, не понимая, что же он хочет сделать?

«Уж не устроит ли он порку, хоть и непубличную?» – бредовая мысль промелькнула в ее голове, которая оказалась недалека от правды.

– Валяй, – прошипела она с ненавистью, стиснув зубы. – Делай что хочешь!

Шан сильно дернул за ее платье сзади и оголил спину.

– Будет немного больно, – предупредил он.

– Да ладно, правда? Немного?

Генерал промолчал. Вита напряглась и вздрогнула, чувствуя неприятное касание его ногтя, которое, впрочем, боли не доставляло. Однако же на спине девушки все-таки появился красный след, один, второй, третий.

Казалось бы, этим можно было и ограничиться. Но Шан-и-Дан рявкнул.

– Яо, подай кинжал.

Слуга поспешил исполнить приказание генерала. Вынул узкий клинок из кожаной кобуры, висящей на поясе, спрятанном под верхней рубашкой, и подал своему господину, не поднимая глаз.

– Вернись на место.

Начальник Незримых в очередной раз подчинился, став под дверью в генеральскую спальню.

Шан-и-Дан одним быстрым и выверенным движением неглубоко поранил себе ладонь. Кровь заструилась по его пальцам тоненькими ручейками, чем он и воспользовался, аккуратно проводя рукой по красным отметинам на спине Виталины.

– Ты… ты… – изумленно выдохнула девушка, когда до нее наконец дошло, что же произошло на самом деле.

Раздался громкий вздох, после чего правитель Торакса глухо признался:

– Приняв мое покровительство… Точнее, даже не так. Только став моей супругой, ты бы приобрела статус жены небесного генерала, и твое новое положение позволило бы избежать подобной участи. Но в данном случае это все, что я могу сделать. Позор останется с тобой навечно, Вита. Ты выбор свой сделала. Видимо, я настолько тебе противен, что ты выбрала клеймо воровки.

А немного помолчав, он склонился и прошептал ее на ушко.

– Но не переживай. Твоя спина не пострадала, и если ты покинешь Торакс и сменишь имя, то сможешь начать жизнь заново. О клейме никто не будет знать. Я прикажу стражам и Яо не болтать об этом под страхом смертной казни.

– Как