Пособница чёрного мага - Анна Романова

убить любого, если попадет в самое сердце. Если такая стрела попадет в другую часть тела, то восстановление будет очень продолжительным. Поэтому именно важно не промахнуться, а попасть четко в цель этим оружием. Ты понимаешь, о чем я?

— Понимаю. Но почему именно я? — Николас поднял взгляд полный отчаяния и усталости на Оракула.

— Потому, что твоя мама отыскала одну единственную стрелу и связала ее с твоей магической силой. Это значительно увеличило мощность оружия, но и сделало тебя единственным пользователем. Она знала, что Деймон вырвется на свободу и после его пленения, долго искала способ уничтожить колдуна навсегда. Чтобы эта стрела могла использоваться только против Деймона, Агнесс сделала тебя ключевым звеном. Только ты убьешь колдуна, своего отца. — Жизель вздохнула и поджала губы. — К тому же, всё-таки это вы с Кассандрой заварили эту кашу и выпустили Деймона, значит вам и расхлебывать.

— Ясно. — усмехнулся Николас.

Он достал стрелу из футляра и осторожно повертел ее в руках, внимательно рассматривая. От оружия распространялась странная энергия. Она не была похожа ни на что другое. Она была не такая, как там, у портала Деймона. Но тоже сильная.

— Она излучает энергию… такую странную… — произнес мужчина, поднимая взгляд на Жизель.

— Дай мне ее. — девушка протянула руку к оружию.

Ник держал за тот конец стрелы, где блестел острый наконечник, протягивая оружие ее оперением. Жизель приподнялась, ей было неудобно тянуться через стол, в этот же момент маг тоже встал со своего места. Оракул случайно столкнулась ладонью с концом стрелы, оттолкнув ее от себя. Острый наконечник оцарапал кожу на ладони мужчины. Николас болезненно зашипел, и положил стрелу на стол, чтобы больше никто о нее не поранился.

— О Боги, прости меня. Я не хотела. — испуганно воскликнула Жизель.

— Ничего. — сквозь сжатые зубы прошипел Ник от боли. Царапина была небольшой, но тем не менее очень ощутимой. Словно на рану брызнули ядом. — Надеюсь я не умру от такой царапины. А то боюсь, некому будет убивать Деймона. — пытаясь сгладить ситуацию, чтобы девушка не чувствовала себя неловко, пошутил маг.

— От этого ты не умрешь. — приподняв уголок губ, произнесла Оракул. — Убери ее назад, в футляр, чтобы больше ничего не случилось.

— Скажи, а таких стрел действительно больше нет? — поинтересовался Николас.

— К сожалению, нет. Со времён прародителей осталась только эта одна. — с сожалением в голосе ответила девушка, опустив глаза на оружие, что лежало на гладкой поверхности стола.

— И не жаль использовать ее? Если я попаду прямо в сердце и убью Деймона, она же тоже исчезнет?

— Да исчезнет, но это единственный правильный путь. Запечатать колдуна снова, плохой вариант — когда-нибудь кто-то похожий на вас опять попытается освободить его. Поэтому его необходимо именно убить. — девушка пожала плечами.

— Я понял. — сухо ответил маг.

Ник стал странно себя чувствовал. Словно в груди, что-то неприятно зудело и это чувство расползалось по всему телу. Ему это не нравилось от слова совсем. Между ним и Оракулом повисла тишина. Девушка лишь смотрела на него внимательным и пронзительным взглядом, словно ожидала от него чего-то. И чем дольше ее голубые глаза впивались в него, мужчина понимал, что странное чувство усиливается и явно это неспроста.

Неожиданно внутри вспыхнула боль, словно что-то острое пронзило его. Ник рухнул в кресло, приложив ладонь к середине груди, туда, где находилось сердце. Нестерпимое жжение от сердца потекло по всем венам и артериям, распространяясь по телу и медленно угасая, будто огонек у спички. Жизель не могла скрыть довольной улыбки. Как она и предполагала, укол стрелой и был катализатором для снятия блока с его силы.

— Что это было? — маг хмурил брови, понимая, что все это было спланировано. Похоже, та царапина на его ладони была оставлена специально.

— Теперь, ты полноценный белый маг. — девушка все также улыбалась, хитро взглянув на мужчину.

Николас, когда неприятные ощущения прошли, поднялся на ноги и склонился над столом, уперев ладони в твердую поверхность.

— Ты все подстроила! — маг снова нахмурил брови. — Вот только зачем? Могла бы сразу сказать все, а не устраивать спектакль.

— Был риск, что ты не поверишь или откажешься. Или, что это не сработает! — Оракул лукаво усмехнулась, скрестив руки на груди

— Теперь, моя сила открыта, и я могу ею пользоваться?

— Да. Правда в первое время тебе будет непривычно. Белая магия имеет другую природу и структуру. — предупредила его девушка.

— Ладно, я понял.

— Отлично. Теперь, можешь идти. Забирай стрелу и подумай над планом, как победить Деймона и что или кто тебе для этого нужен. — лицо девушки приняло серьёзный вид и все ее лукавство испарилось. — Скоро будет бой и только от тебя зависит, кто выйдет из него победителем, а кто проигравшим. Удачи тебе, Николас. И всем нам тоже!

— Спасибо. — вздохнул мужчина и вышел из комнаты.

Жизель поджала губы и перевела взгляд на небольшое окно. Она сделала все возможное, ей оставалось только ждать.

У Николаса начались сложные дни. Сначала с ним провели обряд инициации. Вручили ему символ власти, перстень похожий как у Аластора, только белый. На время стрелу он оставил у Жизель на хранение, сейчас ему некогда было ее сторожить, но и оставлять ее без присмотра нельзя. Ведь стрела была самой важной вещью в будущем бою с Деймоном и его приспешниками. Потому, он вернулся футляр Оракулу. Самому Николасу было необходимо потренироваться в управлении новой силой. Он попросил Аластора тренировать его в управлении магией. Тот, нехотя, согласился. Николасу повезло, что он до этого уже имел дело с черной магией, поэтому дело с белой магией быстро продвигалось. Зато ник понял, как тяжело было Кассандре тренировать то, о чем она понятия не имела. Николас еще сильнее стал восхищаться девушкой за такую силу воли.

Аластор и Ник сражались и одновременно проникались взаимным уважением. Они знали, что ни в чем не уступали друг другу.

— Николас, я хочу, чтобы ты знал, что я решил освободить Кассандру самостоятельно. Поэтому даже не смей соваться к Деймону в замок! Я считаю, что ей лучше пока сидеть там. А после битвы, я её спасу. — сказал Аластор, делая выпад во время атаки в сторону Ника.

— Не думай, что можешь приказывать мне! — ответил Ник, он умело отразил удар. — Ты хочешь, чтобы девчонка сидела там ещё неизвестно сколько времени?! Аластор, а ты сам сидел в тюрьме хоть раз? Знаешь ли ты, какого это быть в плену? И с чего ты решил, что мы победим? А если мы проиграем? Кассандра так и останется у Деймона навсегда.