Влюбилась в демона? Беги! – 2 (СИ) - Колесникова Валентина Савельевна

― Если ты их убил, то где тела? ― вопрос, как мне казалось, тоже был логичен. К тому же благодаря своему дару я могу попытаться заставить его говорить, но… Но что, если я этим поступком лишь разозлю Рэндона, и он решит сорваться на сестре? Нет, рисковать нельзя…

― Это неважно. В любом случае они лежат так глубоко, что ни тебе, ни Корвину до них не добраться.

Он сказал ― лежат. Он не сказал, что они закопаны… Хотя, какой смысл закапывать трупы? Но тогда тут стояла бы несусветная вонь… Хотя среди такого холода и льда, возможно, закапывать и некуда… Я запуталась!

― Посмотри на этот город, ― голос Рэндона звучал спокойно, тихо. Мужчина был полностью уверен в себе и в том, что он обязательно добьется желаемого. Глядя на него, я могла подумать, что именно так оно и будет. Он умудрился просчитать каждый свой шаг на годы вперед, настроить Корвина против вампиров, отвлечь внимание и шаг за шагом проникать в самое сердце запретного леса. ― Он прекрасен, не так ли? Он чист, совершенно пуст, словно горный хрусталь ― кажется хрупким, но на деле прочнее металла. Этот лед сам по себе ― произведение искусства, его структура отличается от обычной замерзшей воды. Ты ведь знала, что отшельник ― ледяной эльф?

― Знала, ― не было смысла скрывать очевидное.

― Тогда, в школе, тебя должны были доставить прямиком в Кор’ру. Я дал четкие указания, но из-за Корвина с его братом все, как всегда, пошло не так. Это уже своего рода традиция. Я искал отшельника много лет, но поймать его оказалось делом сложным, и вот теперь благодаря тебе он здесь. ― Мастер вывел меня на огромную площадь, в центре которой стоял невероятной красоты фонтан. Вода в нем не текла ― она застыла огромными каплями прямо в воздухе… Словно само время остановилось. ― Катерина, в моем плане был момент приручения тебя, не буду этого скрывать. Я очень хотел и хочу сейчас, чтобы ты была частью команды, но прекрасно понимаю, что Корвин уже пустил свои когти в твой разум, и мои желания неосуществимы. По крайней мере, на тех условиях, на которые я рассчитывал ранее.

Рэндон указал в сторону небольшого дома, чем-то напоминавшего лазарет. Я понятия не имела, что таилось за закрытой дверью, но сквозь окно, покрытое слоем льда и измороси, можно было разглядеть странную человеческую фигуру.

― Открой окно, ― подсказал Мастер, ― оно не закрыто. И то, что ты увидишь ― не иллюзия. Это истина, которая ждет твою семью.

Я медленно, трясущимися руками открыла небольшое окно, толкнув его вовнутрь, и мгновенно заорала.

Кас… Его окровавленное тело было подвешено за крюки и тихо раскачивалось из стороны в сторону.

Ученик уже давно был мертв…

― Но… но он же… он ведь… ― я пыталась отдышаться, прийти в себя, осознать, что это не дурной сон, но все напрасно. Оставалось лишь в истерике размахивать руками и остервенело глотать воздух.

― Я не прощаю предателей, ― Мастер смотрел на бывшего ученика с презрением, ― он не имел права сообщать кому-либо, что ты тренируешься магии. Но завышенное самомнение и осознание своей исключительности свою роль сыграли. Он завидовал, ревновал ко мне, хотел быть единственным в своем роде. Тем, кто как никто другой сможет защитить то, что ему дорого. Но тут внезапно появляешься ты и рушишь все его надежды на светлое будущее. Разве можно конкурировать с ведьмой, освоившей сложнейшие манипуляции с энергией всего-то за пару дней? Даже у меня так не вышло…

― Я не понимаю, ― подступили слезы. То самое состояние, когда нет возможности сопротивляться тому странному тягучему ощущению в горле.― За что ты убил его?

― За то, что он хотел убить тебя, просто не успел добежать, вот и все…

Это я сейчас что, должна ему спасибо за спасение сказать?

Тело бывшего ученика медленно раскачивалось под самым потолком. Из-за сильных и ярких эмоций я не могла понять, иллюзия ли это. Что, если таким образом Рэндон пытается вывести меня из хрупкого равновесия, тонко намекая на то, что будет с моей сестрой после моего неповиновения?

― Тут есть маленький нюанс, ― прохрипела я, наблюдая за самодовольной улыбкой мага, ― если с моей семьей хоть что-то случится…

― Ты меня убьешь? ― Рэндон перебил, не дав закончить фразу, но я спокойно продолжила свою мысль:

― Ты не прав, я убью себя. И если моей семье уготованы мучения ради того, чтобы я приняла твою сторону, значит, мне незачем жить. Они хоть и умрут в муках, но эти страдания не растянутся на десятилетия, и, несмотря на всю твою любовь к садизму, твой интерес к ним угаснет намного раньше, чем если бы я продолжила жить. Моя мысль теперь ясна?

Рэндон на секунду замер, его зрачки невольно расширились, выдавая истинную реакцию.

― Ты не сможешь, ― прошептал маг, подойдя ко мне совсем близко.

― Это можно легко проверить, ― на самом деле я не играла. Эта мысль внезапно пришла ко мне в голову, и хватило лишь мгновения, чтобы понять, что ради семьи я готова на все. Какой смысл сопротивляться, наблюдать за страданиями Насти, если при малейшем моем проколе и недовольстве она будет получать порцию страданий и в конечном итоге умрет? Если конец уже определен, то какой смысл его оттягивать? Рэндон потеряет своего последнего ученика и, если честно, я не понимала, зачем я нужна ему. Он ведь не идиот, прекрасно понимает, что я не подчинюсь, так…

Все дело в управлении… Если я буду жить, значит мной можно управлять через Настю. А Настя сделает все возможное, чтобы защитить меня, и ради Насти Корвин пожертвует всем. Хотя в последнем моменте я начинаю сомневаться. Демон ― разумный, логичный, сильный. Он выбрал любовь, но не думаю, что ради одного человека он подставит под удар весь свой народ. Он защитит своих подданных, и это будет правильно. Я не смогу принять это, не смогу видеть его, но…

Я пойму, почему он сделал такой выбор.

― Мы обязательно проверим, ― Рэндон вздернул бровь, с куда большим интересом рассматривая мое лицо, ― не сомневайся в этом. Но сейчас с тебя хватит впечатлений.

Меня повели обратно в шатер и на этот раз не мучили расспросами.

***

— Ты уверена? — за эту ночь Видар успел прийти в себя, несмотря на то, что примерно каждые три часа в наш шатер приходил гранг. Существо насильно вливало отвар моему отцу прямо в рот, наблюдая за тем, что отшельник действительно проглотил жидкость, ― И как только рецепт узнали… Сколько лет ваш Рэндон сидит в Кор’ру? Хотя не отвечайте, в этом уже не смысла.

― Уверена, ― прошептала я, ― он сказал, что они «лежат», но не говорил, что они закопаны…

― Это не доказательство, ― Всю ночь Корвин совершал непонятные мне ритуалы. Что именно он делал, я не знала. Демон оставался неподвижным, но при этом раны затягивались прямо у всех на глазах. Ожоги покрывались странной коркой, глаза Корвина при этом стали черными, раны кровоточили намного сильнее, но при этом осколки, застрявшие в мышцах, выпадали. Он каким-то магическим способом прочищал свои раны… И почему люди так не могут? ― Рэндон собирал информацию, не забывай об этом. Он будет играть с тобой, манипулировать, создавать ложную надежду.

― Все равно это странно, ― Видар говорил обрывочно, не произносил вслух имен, но намекал о том, что речь идет о его народе, ― столько силы в одном месте, и внезапно тишина вокруг. Даже не тишина, а зловещая пустота без единого кровавого пятнышка. Это необычно…

― Может, есть что-то, что мы не знаем? ― предположил Леонид.

― Конечно, есть! ― Видар этого даже не скрывал. ― Или я, по-твоему, должен вот так просто взять и рассказать, на что способны ледяные эльфы? Не в этой жизни.

― Вот почему я так не могу? ― Леонид не обратил внимания на резкий ответ моего отца, но зато наблюдал за тем, что делает Корвин. ― Раз, два… и нет ран… как же все зудит! Я сейчас просто сдохну… Серен, будь добра… Почеши мне спинку…

― У меня руки связаны… ― прошептала девушка, открыв сонные глаза. Она смотрела на пленных измученным, обреченным взглядом, не выражающим воли к победе, ― знаете что, я, кажется, устала…