Кузницы драконов - Олла Дез

Золтон хмыкнул и поднялся.

— День был сложный. Мы спать.

И взяв меня за руку, потянул с кухни. Я спиной ощущала взгляды друзей. Ох и перемоют нам сейчас косточки.

В мои покои мы поднимались по лестнице, постоянно останавливаясь и целуясь. Такой подъем отнимает гораздо больше времени, но зато он и не соизмеримо приятнее.

В покоях мы почти сразу завалились в ванну. Вдвоем. Благо ее размеры позволяли. Было много воды, пены и поцелуев.

До кровати мы добрались довольные этим миром и нами.

Я лежала на Золтоне, когда он нежно провел пальцами по моему обнаженному плечу и заговорил о том, что его беспокоило. Меня вот нет. Потому что я все для себя решила еще до этого Янтарного безумия. Я забираю его себе. Снова.

Но любимого необходимо просветить. А то перепугается.

— Вай, ты же понимаешь, что этого бы не случилось, если бы не…

— Нет. Прости. Но это бы случилось. Я решила, что буду с тобой до того как мы подхватили этот янтарный ветер. Кстати, что это было? — и я подняла голову, заглядывая ему в лицо.

— Они уже очень давно женаты, и очень давно хотят ребенка. Это был обряд соединения магии. Не думаю, что это было необходимо. После равновесия Мельницы само бы все получилось. Но Илектр решил перестраховаться.

— А они прям что? В форме дракона? Будут делать дракончиков?

— Нет. Это же магия? И хм… В общем они бы соединили и переплели магические сущности и крепко их спаяли. Это древний обряд. Я если честно не вникал в его суть. Но вот после него, да. Я думаю прямо там, около Мельницы. Не дошли бы они после него до кровати как мы.

— Фух. Хорошо, что мы вовремя сбежали.

— Нас зацепило.

— Не сильно. Я все прекрасно понимала и осознавала. Не преувеличивай. Мы оба этого хотели, это нас немного подтолкнуло, не более. Но если бы я не хотела сама, то уверяю, ничего бы не произошло, — постаралась я еще раз донести до этого рыцаря мысль что все было добровольно.

— Нужно объявить о помолвке.

— Нет. Не нужно.

— Что?!

Он приподнялся и навис надо мной. На его лице промелькнуло так много эмоций. Шок, неверие, а потом все заполонила обида.

— Золтон, мы объявим о помолвке, как только стабилизируем последнюю аметистовую Мельницу. Ну не могу я раньше. Мне тут объяснили, что все возможно. Вплоть до того, что я могу стать Золотой драконицей. А вдруг после этого я не смогу открыть Мельницу?

— Я об этом не подумал. Причина же только в этом? — ему полегчало от моих слов, он снова откинулся на подушки.

И чего это он? Тоже мне сокровище нашел. Это я должна переживать, что его у меня уведут.

— Да. Как только Аметистовый Дом нас примет и согласится на стабилизацию Мельницы, мы сразу же объявим о помолвке.

— Договорились. А свадьбу тогда сразу как все доделаем, — кивнул он.

— Свадьбу? Постой. Но там же сроки? Может подождем? Месяц там? — заволновалась я.

— Нет. Это много. Стабилизируем Аметистовый Дом и свадьба. Торжество можно и после устроить.

— Золтон, а…

— Нет! — категорично заявил он.

Правда потом меня утешили, старым как сам мир способом.

Глава 18. Слегка поваренная драконом книга

— Дорогая, время материально, а материя — есть иллюзия разума.

— Дорогой, еще раз в четыре утра разбудишь, и я побью твою иллюзию разума своим магическим драконом.

Золтон решительно настроился сломить сопротивление Аметистового Дома. Его глава не был настроен на общение. Он всячески уклонялся и сопротивлялся нашему приходу.

Золтон был недоволен. Уж не знаю почему ему так не терпелось объявить о нашей помолвке, но он завалил Аметистовый Дом просьбами, а потом и требованиями о встрече.

Золтон больше не уезжал из Белого Замка. Как остался ночевать в самый первый раз, так больше и не выезжал. Он каждое утро уходил по делам в Золотой дворец, но вечером неизменно возвращался в наши теперь уже покои.

От этого Белый Замок еще больше стал напоминать проходной двор. Так как Золтона теперь постоянно кто-то у нас искал. Все драконы как сговорились и он им всем срочно понадобился. Проблемы сыпались как из рога изобилия, а решать они их приходили почему-то в Белый Замок.

Зато Деревня внизу нарадоваться не могла наплыву гостей. Ведь каждый дракон прилетал не один, а с охраной. Которая пила, ела и оставалась на постой.

Я не возражала. В конце концов выше первого этажа они все равно не могли подняться без приглашения, поэтому все было спокойно.

Но Золтону это все равно не нравилось и он был рад даже больше чем я, когда Аметистовый Глава подтвердил, что ждет нас у себя в особняке уже завтра.

Антозонит Винчит встретил нас в гордом одиночестве. Он не был женат и детей у него тоже не было. Это никак не сказалось на общем числе драконов Дома. Аметистовый Дом был большим. У Антозонита было много племянников всех мастей. И племянниц тоже хватало. Их мы и встретили в холле особняка и они все как по команде расплылись в широких улыбках, адресованных явно не мне.

А вот Золтона при виде этой стайки в одеждах от ярко-фиолетового, до приятного лилового заметно перекосило.

— Ты чего? — шепотом спросила я.

— Они на меня уже засады устаивают. Надоели, сил нету, — трагично ответили мне.

Я бы посочувствовала, но хотелось хихикать. Ну и в самом деле. Большой же мальчик. Отобьется.

Мне никогда не нравились аметисты. И это складывалось не только из-за фиолетово-лиловой окраски. Не самый мой любимый цвет. Но и за то, что он ужасно переменчив. В зависимости от освещения может выдавать разный оттенок.

Радовало то, что мои любимые уральские аметисты при искусственном освещении приобретают фиолетово-красный цвет. А вот их собратья бразильские аметисты наоборот сереют.

А еще он меняет цвет при нагревании. От этого многие пострадали. Если его нагреть, то он может принять совершенно другой оттенок. Может стать желтым — и тогда его можно запросто перепутать с цитрином. При нагревании и облучении аметист становится зеленым и его можно выдать за редкий минерал празиолит. А цена, разумеется, уже другая.

А еще широкое распространение получили искусственные аметисты. Их можно вырастить большими по форме и при огранке их вставляют в украшения. Так вот очень много нечистых на руку ювелиров считали своим долгом выдать их за натуральные, которые, разумеется, намного дороже.

Все это вместе взятое