Царевна ужей - Лоя Дорских

Виктора я видела – познакомились, пока я ежедневно в поле создавала невидимых саламандр. Кто такая Катерина – тоже прекрасно помню. А вот знакомство этих двоих как-то упустила из вида.

- Когда Всеволод забрал тебя из общины, - посмеиваясь пояснила мне Анна, - мы же не сразу оттуда ушли. Витя с Катей, скажем так, успели немного разойтись во мнениях.

Пока я хлопала глазами, Владимира кратко изложила то, что я, как оказалось, банально проспала. Виктору Катерина сразу приглянулась, как и он ей, но, стоило девушке узнать, что мужчина был когда-то изгнан из стаи, она тут же сменила милость на брезгливость. Витя переубеждать её не стал, но задела она его сильно. Так, что бесится он и по сей день.

- Ну, Катерину – так Катерину, - хмыкнула я, дослушав Миру и призывая саламандр. – Если получится, вернусь к вам с ней.

Вот только что-то пошло явно не так. Вместо того, чтобы оказаться в горной общине волкодлаков, я перенеслась… кажется, в подземный мир. В спальню своей сестры и её мужа.

- Василиса? – в шоке выдохнула Акулина, осматривая меня и… моё сопровождение.

- Сюрприз, - протянула Владимира, махнув рукой высокому блондину, стоявшему рядом с Линой. – Привет, Лекс! Сейчас с твоей супруги сойдёт морок и тебе придёт хана.

- Мира, - тут же подошёл к волчице Артур, которого я так же сюда переместила.

- Васька? – с другой стороны от меня непонимающе оглядывалась по сторонам Катерина. – Изгой?

- Дочка вожака? – в той же манере ответил ей Виктор, покосившись в мою сторону. – Ты развлекаешься?

- Я случайно, - ответила мужчине, переводя взгляд на Анну. – Я просто подумала, что было бы проще разом оказаться здесь, нежели собирать всех…

- В следующий раз думай осторожней, - философски порекомендовала мне ведьма.

Анна явно ещё что-то хотела добавить, но была перебита откровенным воплем Акулины:

- На меня наложили морок?! НА МЕНЯ?!

Я же просто потеряла дар речи, посмотрев на сестру спонтанно переключившимся зрением.

Кажется, я скоро стану тётей!

32

- У меня просто дежавю какое-то, - бурчала себе под нос Владимира, наблюдая за метаниями Акулины, явно сравнивая сестру с нашей мамой, когда с той слетел морок.

Было действительно очень похоже! Правда, мама больше просто сотрясала воздух, в то время как Лина срывалась на окружающих.

Больше всего от сестрицы получил супруг, правда, неплохо отчитала Лина и саму волчицу, которая решила вступиться за Василеска. Сам же полоз, воспользовавшись переключением своей жены на Миру, внёс предложение переместиться из их спальни в гостиную. Идею все поддержали, но даже во время блуждания по коридорам до места, Акулина продолжала сыпать угрозами в сторону Святослава, Сашки, Василеска, Миры и… Всеволода. Имя царевича в списке неугодных меня удивило, но задавать вопросы сестре я не рискнула. Кто её, под действием гормонов разберёт… пусть выскажется сначала, выдохнет. Хоть немного.

В общем, в уютной чёрной комнате с диванами и горящим камином мы продолжили наблюдать за неиссякаемым потоком Акулининой злости. И пока сестра объясняла, что, как и с кем конкретно сделает, я обратила внимание на Анну. Ведьма начала вести себя очень странно, глупо хихикая, смотря на нас каким-то подозрительно расфокусированным взглядом.

«Магия!» - прошипел мне змей Всеволода, присоединившийся к нашей процессии по пути в комнату.

- Что с магией? – уточнила у него, переключая зрение.

Оно у меня и так скакало, периодически выдавая окружающую действительность через призму первородного огня, но посмотрев на Анну сквозь него осознанно, ничего нового или не обычного вокруг ведьмы не заметила.

«Пьянит!» - пояснил уж.

- Магия подземного мира? – вновь обратилась к змею, заметив, что вокруг стало как-то слишком тихо.

Акулина, оказывается замолчала, с удивлением наблюдая за моим диалогом с ужом. Впрочем, как и остальные.

- Как же здесь хорошо… - протянула Анна, посмеиваясь и переводя взгляд на Катерину. – А ты такая миленькая! Будешь Витюшиной парой?

- Да я лучше хвост свой сожру, чем буду с изгоем! – тут же насупилась Катя, поморщившись.

- А ты что-то имеешь против изгоев, девочка? – оскалилась на неё Владимира, закатывая рукава, ненавязчиво демонстрируя шрамы на обоих запястьях.

- Ничего себе… - поперхнулась Катя, нахмурившись. – Что у вас за стая такая, где каждый второй был с позором изгнан?!

- А я тебе сейчас покажу, какая у нас стая…

- Мирёныш, не надо, - остановил Владимиру Виктор, одновременно с Артуром, который просто обнял разозлившуюся жену. – Дочь вожака просто маленькая ещё, вот и не следит за языком. Да и не думает, что говорит. Да и… что она вообще из-за отцовской спины в своей жизни видела? Вот именно, что ничего…

- Да как ты смеешь?! – моментально вскинулась на него Катерина.

«Уйдём?» - привлёк моё внимание змей Всеволода.

- Заманчиво, но… - видя приближение Акулины ко мне, нервно выдохнула. – Но не стоит.

- У тебя есть уж? – тихо уточнила сестра, оценивающим взглядом пробежав по змею. – Но…

«Её не признали!» - прошипел маленький ужик, крутящийся под ногами сестры.

- Он прав, - на автомате кивнула, передёрнув плечами. – Ужа у меня собственного нет. Этот… в аренду взят.

- А…

- Как же здесь красиво! – перебила Анна своим восхищённым вскриком Лину. – И вы все – такие красивые!

- Василиса, - обратился ко мне Артур, - ты не могла бы…?

- Да, конечно, - тут же закивала в ответ, соображая, как лучше вернуть ведьму обратно.

Призвав саламандр, приказала вернуть Анну в общину, одновременно отсылая с ней и Виктора. Ну их, с этими разборками, только негатив вносят! Изгнанные, не изгнанные…

- Василиса, - наблюдая за моими манипуляциями, с обманчивой улыбкой обратилась ко мне Акулина. – Ответь мне, пожалуйста, на несколько вопросов. Первый – с какого… волшебного перепуга ты понимаешь ужей? Даже я слышу только своего, а ты… - встряхнув головой, Лина продолжила. – Второй – каким образом ты перемещаешь людей между мирами, и, наконец, третий – я просто жажду услышать историю про осенний лес и царевича.

- Какого царевича? – картинка упорно не складывалась в моей голове с последним вопросом сестры.

- Всеволода, - ехидно протянула Акулина. – С которым ты в лесу познакомилась.

Разговор получился долгим.

Сначала меня радовал лишь тот