Мария Снайдер - Испытание ядом

– Да, господин.

– Очень хорошо. Встреча генералов назначена на завтрашний вечер. Каждый из них явится с бутылкой своего лучшего бренди, чтобы обсудить проблемы Иксии. И тебе придется дегустировать все, что будет пить командор. – Валекс поднял с пола коробку с восьмью бутылками, и они музыкально звякнули, когда он ставил ее на стол.

– Я хочу, чтобы ты попробовала все напитки сегодня и еще дважды завтра, чтобы знать, каковы они на вкус без примеси яда, – промолвил он, доставая маленький стаканчик. – На всех бутылках есть наклейки, на которых обозначены тип бренди и имя генерала, который привез его.

Я взяла первую попавшуюся. Это была бутылка с шерри-бренди генерала Динно, изготовленная в Восьмом военном округе. Я плеснула его в стаканчик, отхлебнула и покатала жидкость на языке, чтобы запомнить ее вкус. Крепкий напиток обжег мне горло и наполнил грудь жарким огнем. Лицо мое вспыхнуло.

– Я предлагаю тебе пробовать и выплевывать, чтобы не опьянеть, – сказал Валекс.

– Хорошее предложение. – Я нашла еще один стакан, куда можно было выплевывать жидкость, и продолжила дегустацию.

На следующий день я еще дважды продегустировала бренди в покоях Валекса, а потом сделала это еще раз самостоятельно и успокоилась лишь после того, как научилась отличать все марки бренди и запомнила, кто из генералов привез какое.

Вечером я вышла в гостиную и стала ждать, когда Валекс проводит меня в оружейный зал. Он спустился вниз облаченным в полную униформу. С плеча нисходили красные аксельбанты, грудь у сердца украшали полученные медали. Он просто источал достоинство и величие. И возможно, это произвело бы на меня впечатление, если бы не его робкий, полный неловкости взгляд. Он походил на смущенного ребенка, которого заставили надеть нарядный костюмчик. Я прикрыла рот рукой, но даже это не помогло мне удержаться от смеха.

– Довольно. Я вынужден надевать это раз в год. – Валекс дернул себя за воротник. – Ты готова?

Я поспешила за ним. Униформа лишь подчеркивала его атлетическое телосложение, и я подумала о том, насколько великолепно он может смотреться, так сказать, в естественном виде.

– Ты потрясающе выглядишь, – пробормотала я и покраснела, ощутив, как меня заливает волна жара. Видимо, я выпила больше бренди, чем предполагала.

– Правда? – Валекс окинул себя взглядом, распрямился и перестал дергать себя за воротник. А стесненное выражение на его лице сменилось задумчивой улыбкой.

– Да, – подтвердила я.

Мы вошли в оружейный зал командора как раз в тот момент, когда там начали собираться генералы. Длинные, узкие витражные окна мерцали в лучах заходящего солнца. Сновавшие по круглому залу слуги зажигали светильники, расставляли блюда с угощениями и графины. Военные были облачены в мундиры с начищенными до блеска пуговицами и медалями. Визуально я была знакома лишь с тремя генералами, остальных могла отличить только по цвету их униформ. Однако я принялась внимательно рассматривать их лица на случай, если Валекс решит подвергнуть меня очередному испытанию.

Когда я случайно встретилась глазами с Брэзеллом, он вспыхнул от ярости. Рядом с ним стоял советник Могкан, и я вздрогнула, когда он окинул меня оценивающим взглядом. Когда Брэзелл и Рейяд проводили на мне свои эксперименты, он всегда маячил поблизости. Его невидимое присутствие было источником моих самых страшных кошмаров. Остальные советники Брэзелла отсутствовали, и я задумалась, почему он привез с собой именно Могкана.

Командор сидел во главе овального стола. Кресло Валекса располагалось справа от него, а для меня была поставлена табуретка, находившаяся за их спинами рядом с каменной стеной. Я знала, что беседа продлится всю ночь, и была рада тому, что мне будет к чему прислониться. Еще одно преимущество этого местоположения заключалась в том, что я находилась вне видимости Брэзелла. Впрочем, от острых взглядов Могкана я не могла уклониться.

Командор стукнул по столу деревянным молотком, и в зале воцарилась тишина.

– Прежде чем мы перейдем к обсуждению вопросов, обозначенных в повестке дня, – промолвил он, указывая на листки с подробным расписанием, которые были розданы генералам заблаговременно, – я хочу сделать важное заявление. Я назначил нового преемника.

Ропот пробежал по залу, а командор встал и двинулся вокруг стола, раздавая генералам заклеенные конверты, в которых находились восемь частей зашифрованной головоломки, разгадать которую можно было лишь с помощью ключа, находившегося у Валекса.

В зале повисла тревожная тишина. Напряжение ее было настолько сильным, словно я оказалась в переполненном бурдюке, который вот-вот грозил взорваться. Целая гамма чувств отразилась на лицах высших офицеров – изумление, возмущение, тревога и задумчивость. Генерал Расмуссен из Седьмого округа, раскрасневшись, начал что-то нашептывать на ухо своему советнику. Я наклонилась вперед и увидела, как Брэзелл старается скрыть свое удовольствие и придать себе невозмутимый вид.

Напряжение не привело к взрыву, вместо этого оно начало ослабевать и окончательно растворилось, когда командор, как ни в чем не бывало, открыл собрание. Вначале были рассмотрены проблемы, связанные с Первым округом, а затем со всеми остальными по порядку. Когда по кругу пошла бутылка особого белого бренди генерала Китвайвена, совет перешел к обсуждению снежных барсов и лицензий на развитие горнодобывающей промышленности.

– Ладно, Кит, довольно о кошках. Просто корми их паковым льдом, как это делаем мы, и они перестанут тебя тревожить, – энергично заявил генерал Ченцо из Второго округа, проводя мясистой рукой по своим белоснежным волосам, которые ярко выделялись на фоне его загорелого лица.

– Ты предлагаешь их кормить, чтобы они растолстели и начали размножаться, как кролики? Боюсь, нам не хватит на них мяса, – огрызнулся Китвайвен.

Я слушала беседу с разной степенью внимательности – в зависимости от обсуждавшейся темы. И по прошествии некоторого времени вдруг почувствовала необыкновенную легкость и тепло, разлившееся по всему моему телу, ибо в соответствии с протоколом я должна была проглатывать бренди, которое дегустировала для командора.

Генералы голосовали по разным вопросам, но решающий голос оставался за командором. По большей части он придерживался мнения большинства. А когда высказывался против него, никто не осмеливался его в этом упрекнуть.

Командор Амброз был выходцем из Третьего военного округа, где в молодости он влачил жалкое существование со своей семьей у подножия гор Духа. Его дом, зажатый между горами и ледником, находился непосредственно над бриллиантовыми копями. Когда они были обнаружены, король заявил о своем праве собственности на них и позволил семье командора заниматься их разработкой. В результате многие родственники командора погибли в завалах или умерли от царившей вокруг сырости и грязи.