Пара для саламандра. Академия драконьего пламени (СИ) - Вельская Мария

— Значит, считаешь, что скоро всё закончится? — пирожное во рту просто таяло — ягодное, с воздушным кремом и невероятно богатым вкусом.

— И даже раньше, чем вы можете себе представить. Но ни тебя, ни твоих одногруппников это ни коим образом не касается. Хватит, навоевались, — жёстко припечатывает мужчина, вновь напоминая того Аэрона, которого я помнила по Грани.

— Не горю желанием, — отвечаю серьёзно, — но также напоминаю, что ещё не готова к роли твоей императрицы.

Пристальный, внимательный взгляд. Как будто он видит меня насквозь. Тонкие губы трогает улыбка.

— Время есть. Будет помолвка, а свадьба — после окончания Академии. Так устроит, моя леди?

И снова эта обезоруживающая коварная усмешка.

— Думаю, да, — мы замираем, глядя друг другу в глаза, и на мгновение время застывает, приближая нас друг к другу, заставляя не отводить глаз, вчитываясь в чужую душу. Но это лишь на миг.

Мы тянемся — и секунда близости рассеивается, как ни бывало.

Кайсар отворачивается.

— На днях я представлю тебя своему ближайшему окружению. Будь готова, Ная, — просит мягко.

Я ценю то, как он это делает. Как не давит, не пытается угрожать или запугать.

И, когда я уже готова вернуться в Академию, — да-да, в том самом невероятно воздушном светлом платье — горячая ладонь ложится на спину.

— Мы скоро встретимся, свет мой.

Его губы касаются моих легко — как пёрышко.

"Мой!"

"Моя!"

Искренняя драконья жадность.

Просто я люблю его. Осталось лишь набраться храбрости наконец-то признаться в этом вслух. Или трусливо дождаться, пока признаются мне. Если он… всё-таки признается. Мне очень повезло, что воля божества связала меня с таким существом. С тем, кто превосходит других во много раз. Я дорога и нужна ему, но со всей страстью дракона хочу, чтобы этот саламандр был моим целиком и полностью. От кончика хвоста до кончика клыка.

И я верю, что мы справимся со всем.

Именно эта вера даёт мне возможность спокойно вернуться в Академию. Спокойно ходить на занятия. Сидеть вечерами с друзьями в академической кафешке. Сдавать первую сессию. И не пытаться, я сказала, узнать, что происходит за границами этого круга интересов!

Потому что больше мне попадаться нельзя.

Лучше сесть и почитать вот этот интересный сборник о жречестве — пригодится.

— Сарган, к тебе там родня пришла, в приёмной ждут!

Родня? Вот так новость. Правда, из тех, что вызывает только раздражение и настороженность. Признаться, даже не сразу поняла, о какой именно родне идёт речь. Про опекунов забыла давно и прочно, как только решила проблему с проклятой подвеской — с неё-то мои неприятности здесь и начались! Они не должны были иметь надо мной больше никакой власти — маги, у которых нет родственников-магов, официально признаются совершеннолетними. А мои драгоценные родственники дар Вальи Надири не афишировали совершенно точно.

Да и защищена я теперь так, что сокровищница любая позавидует. Именно поэтому я спокойно спустилась в кабине местного лифта вниз, в единственный приёмный зал, куда могли попасть те, кто не работал и не учился в Академии.

— Ная, девочка моя, как ты выросла и похорошела! Родерик, — пихнула гарпия локтем меланхоличного мужа, скажи?

— Да, дорогая.

Он другие слова знает — или дама Надири и его довела до ручки?

Опекунша попыталась облобызаться, но это в мои планы не входило. Спасибо, ещё одна проклятая вещица в моём арсенале совершенно лишняя!

— Леди Валья. Лорд Родерик, — привычная форма сидела ровно по фигуре, и в её мужском варианте я чувствовала себя куда более уверенной.

Сейчас я была не той глупой девчонкой, которая испугалась вопящей ведьмы. И акулья улыбочка мачехи меня тоже не обманула.

Она знала, что на мне нет её удавки. Зачем пришла? Связано ли это с заговором?

— Доченька, — тонкий манёвр. Нежный взгляд любящей матери. Едва не всхлип. Руки тянутся снова обнять.

— Моя госпожа, вы мне заменили матушку, а лорд Родерик был бы прекрасным отцом!

— прижимаю руку к груди, едва не кланяясь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Буду косить под "солдафона".

— Буду счастлива, когда вы порадуете меня сестренкой! И наследником вашей семьи, конечно же!

Родерик багровеет едва уловимо. Укол достиг цели. Рода у них нет, не вышли происхождением. Только дворянские личные титулы, семья как семья. Но им-то хочется власти!

— Конечно, моя дорогая, — нежно щебечет Валья. Она одета в платье по последней моде, вся в цветах и драпировке — прозрачной, но весьма… весьма…

Хороша, стервочка. Вон даже охрана оглядывается.

Что же тебе надо?

— У нас с Родериком скоро юбилей. Приходи обязательно, милая, ты приглашена!

— Да, тебе понравится, — а вот этот откровенный неприятный блеск в глазах обычно флегматичного опекуна.

— Вот как? — отхожу ближе к посту охраны. Зал пуст, сегодня неприёмный день.

— И для тебя будет подарок, — мужчина говорит, как отрезает. Рубит слова — весомо, мерно, — ты нам не чужая, Ная. Родители хорошо о тебе позаботились. На днях законник сообщил нам о ещё одной части их завещания, — сердце неприятно екает. Вот мягким местом чую неприятность!

— Касаемо чего именно? — уточняю вежливо и ни словом не упоминаю приём. Вот ещё, больно надо.

— Условие сохранение Фамилии, насколько мы поняли, — неприятный оскал замаскирован под добродушную улыбку, — ничего страшного, милая, не пугайся так, сама понимаешь, девушке всё же не к лицу одной быть и собой распоряжаться.

Хочется хлестнуть по наглой самодовольной ро. лицу. Наотмашь.

Гадюки. Вот же пламя драконье, какая подлянка!

Меня едва хватает на то, чтобы вежливо с ними распрощаться и вернуться в свою комнату.

Спокойно, Ная. Ты найдёшь ещё миллион способов с ними поквитаться. Или с тем, кто их надоумил сюда прийти.

Глава 2

Хорошо, что я ничего не стала брать у них из рук — получила бы такую "повестку", и от явки к законнику точно бы не отвертелась. Что же там родители Наи накрутили? И зачем так сложно, едва не лишая дочь самой жизни, обрекая при невыполнении условий всю жизнь оставаться старой девой, лишенкой? Иначе о Фамилии бы речь не зашла.

Остановилась, когда поняла, что уже шиплю, хлеща хвостом по бокам. Благо, от бывших опекунов я его спрятала.

Драконица ярилась, порываясь откусить голову каждому, кто попытается надеть на нас поводок.

А я, уже отослав весточки друзьям, как-то разом успокоилась. Всё это могло бы иметь серьёзные последствия, если я бы оставалась человеком. Но я дракон. Я лишь ношу старое имя…

К тому моменту, как друзья собрались на импровизированный совет, кое-какой план был уже готов.

— Значит, подключили вторую часть завещания родителей? — Краяр задумчиво прицокнул языком.

— Если это вообще их завещание, а не подделка, — резонно заметил Раймир.

Дайлар разлёгся на ковре на полу — ковёр не так давно мне передали в качестве очередного подарка. Красивый, мягкий, уютный. как тот, который был в спальне во дворце.

Усилием воли отогнала приятные воспоминания.

— С подделкой они бы связываться не рискнули, — заметили мы с Дайларом почти хором.

— В принципе, верно, — Мир согласно усмехнулся, лениво махнув хвостом. К слову, вот такая вот расслабленность — когда при тебе ослабевает чужой контроль, срывается маска

— очень многого стоит. Бесценное доверие друга.

— Тогда что будем делать? — уточняю.

При друзьях я свою “одраконенную” сущность не прячу, но в Академии стараюсь особенно не афишировать. Кому надо — те и так всё знают.

— Давай начистоту, родственнички явно неспроста явились. По сути никаких прав на тебя Надири уже не имеют, — Мир оскалился, — поэтому давайте-ка сразу решим, какую цель они преследуют? Потрепать нервы? Устроить реальную тяжбу по завещанию? Допустим, попытавшись выдать тебя за кого-то удобного замуж, если таково одно из условий родителей?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})