Ученица Темного Лорда (СИ) - Силаева Ольга

А потом он обнял её.

На нём совершенно не было одежды, как и на ней, и для неё, ослепшей, оглохшей и скованной, эти объятья были откровением. У неё закружилась голова от наплыва ощущений. Его руки, обнимающие её, его губы, ласкающие раковину её уха, его тело, тёплое, сильное и такое приятно тяжёлое… Кира выгнулась и беззвучно застонала в его руках — и почувствовала, как его палец накрывает её губы.

Она блаженно вздохнула. Страх. Скованность. Стеснение. Они рассеивались, словно их не было никогда. Тонкая чувственность заняла их место, и Кира почувствовала, как летит. Как поднимаются её ноги, согнутые в коленях, и…

Кира ахнула, почувствовав, как он держит её колени. А в следующий миг кровать скрипнула, и он безо всяких предисловий очутился между ними. Поцеловал её, немую, нагую и беспомощную. А потом она почувствовала, как перещёлкиваются наручники, скользя вверх по резному стеблю, как её поднимают в воздух, поворачивая на живот — и она оказывается лежащей на нём лицом к лицу.

Не раздумывая, Кира поцеловала его. Она не могла его обнять, провести пальцами по лицу, но это было и не нужно — он обнял её сам, гладя и лаская, и скованная, лишённая всякой опоры, она приникла к нему всем телом, чувствуя его возбуждение и его твёрдость, и ощущая, как хочет его каждой клеткой своего существа.

Она обхватила коленями его бёдра, приподнялась, глубоко вздохнула — и медленно-медленно опустилась, насаживая себя на него.

И услышала короткий резкий вдох.

Звуки вернулись.

— Мой маг, — прошептала она, касаясь его лба скованными руками. — Мой.

Темнота не рассеялась: Кира по-прежнему ничего не видела. Но это было неважно. Она двигалась на нём медленно, не торопясь, наслаждаясь своей временной властью. Его руки двигались по её телу, он целовал её запястья, пальцы, и она едва сдержала стон, когда его рука оказалась у неё между ног.

— Я сейчас… — задыхаясь, прошептала она. — Я…

Жаркое тёмное удовольствие сделалось невыносимым, и она застонала, обрушиваясь на него всем телом. Но даже лёжа на нём, продолжала двигаться, уже быстрее.

— Посмотрите на меня, — услышала она шёпот.

Кира подняла голову, и их губы снова слились. Они целовались с открытыми глазами, не отрываясь друг от друга — и Кира не сразу поняла, что снова может видеть его лицо. Что темнота рассеялась, сменившись естественной ночной тьмой, что она глядит на него и он смотрит на неё, и им хорошо вместе. И его медленные движения в ней, набирающие силу, рождают в ней новую тёмную волну.

— Не останавливайтесь, — прошептала она.

Он протянул руку, и наручники слетели с её руки двумя полукружьями смятого железа. Кира ахнула. В следующий миг он прижал её к себе и перевернул, нависая над ней. Кира вскинула голову, глядя ему в глаза.

— Я уже не могу остановиться, — выдохнул он. — Когда вы рядом — не могу.

Он сильным движением вторгся в неё на всю глубину, и Кира застонала, раздвигая ноги шире.

Сейчас, вдвоём в постели, они были обычной парой. Парой, которая вполне может пробыть вместе всю жизнь.

— Как вам больше нравится, — прошептала Кира, — с наручниками или без?

Он закрыл ей рот поцелуем. Ещё одно касание губ, ещё — и его прикосновения перестали быть бережными. Он брал её быстро, горячо, страстно, и они двигались всё быстрее в едином ритме, не сдерживая общих стонов.

Наконец Кира хрипло вздохнула, и почти в ту же секунду он упал рядом с ней на кровать.

И раздался стук в дверь.

Кира не выдержала и расхохоталась. Поймала ответную улыбку.

— Я открою, — сказала она. — Только наброшу халат.

— Открывайте хоть голой. За всё заплачено заранее, и они предупреждены, что тревожить нас нельзя. — Профессор насмешливо улыбался. — Неплохо было бы завести такой же порядок в Академии, хм?

Когда Кира закатила внутрь тележку и сняла серебряные крышки с блюд, она могла только молча согласиться.

— Лобстер, — прошептала она. — Настоящий.

— И вы сами его выбрали, — подтвердил профессор. — Что ж, мучайтесь теперь. А я посмотрю.

— Это жестоко!

— Вы забыли, с кем имеете дело?

Кира только тяжело вздохнула, наклонившись над блюдом.

Послышались приглушённые шаги, и мужские руки обняли её за плечи. Он тоже был в мягком халате, и вдвоём, подумала Кира, сейчас они походили на семейную пару. С лобстером на тележке вместо колыбельки.

— Я покажу вам, как его разделывать и есть, — проговорил профессор. — И все чудовищные блюда, что вы заказали — тоже. Но учтите, я дорого беру за свои услуги. Вам придётся сделать не одну ставку в казино, чтобы скопить хотя бы на первичный гонорар. Научить вас покеру, мисс Риаз? Или сводить за игорный стол?

Кира повернулась к нему и обвила руками его шею.

— Я иду ва-банк, — прошептала она.

После ужина и долгой расслабляющей ванны Кира с изумлением поняла, что хочет только спать. И, уткнувшись в плечо профессора в постели и мимоходом заметив, что тот так и не позаботился ничего надеть, поняла, что он хочет того же.

Всё было забыто. Ледяные слова в темноте, грозовые тучи на горизонте, мерцающая руна на экране телефона, лорд Хили — их не существовало за этими стенами. Лишь Кира и её профессор. Лишь бесконечное воскресенье.

— Не хочу, чтобы выходные кончались, — прошептала она.

— Завтра будет куда скучнее, мисс Риаз, — последовал сонный ответ. — Всего лишь невинный отдых и невинные разговоры.

— Невинные?

Тихий смех.

— Примерно на три четверти. Не собираетесь же вы предаваться страсти восемь часов подряд?

— Но нам будет хорошо, — уверенно сказала Кира.

Он обнял её за плечи, прижимая её голову к груди.

— Великолепно.

— Мы даже немного стали похожи на семью, — вдруг призналась Кира. — Здесь с вами мне так спокойно и уютно. Я забыла про всё. И ваши тайны, и ваше прошлое.

— В постели с вами я на минуту захотел стать человеком, — тихо ответил он. — Обычным мужчиной, целующим свою женщину. Кажется, это заколдованное место.

Они вместе засмеялись.

— Нужно быть осторожнее, — серьёзно сказала Кира. — Иначе мы заполним все ваши дни безоблачным счастьем, и что тогда с вами станется?

— Вы, — вздохнул профессор. — Вы уже со мной стались, мисс Риаз. Куда серьёзнее, чем я когда-то предполагал. Как жаль, что…

— Что?

Он поцеловал её в макушку.

— Спите. Завтрак в постель будет вас ждать.

Глава 53

Ей снова снилось проклятие.

Сухая колкая трава стелилась под ноги, и живая серебряная нить струилась, звала, манила за собой. Голова кружилась, будто во время ритуала: но ведь Кира, кажется, не была в ритуале… правда?

Что-то творилось с её памятью. Впрочем, она ведь была во сне; совершенно естественно немного теряться, верно?

Кира опустилась на одно колено, перебирая в пальцах серебристую нить. Так странно: словно она и впрямь заблудилась. Словно с тех самых пор, когда лорд Хили заставил её лечь в круг, часть её оказалась внутри проклятия и не могла выйти.

Но сейчас всё было иначе. Ярче, чётче. Не смутный сон, а полноценное видение.

Почему? Потому что ритуал, который ждал её, должен был свершиться совсем скоро? Или потому, что проклятие работало именно так, подстерегая и заманивая его участников в зловещие ловушки? Снились ли Райли и Тёмному Лорду подобные сны? И вспоминали ли они их, когда просыпались? Или, как Кира, не могли припомнить ничего, кроме обрывистой тьмы и серебристой нити?

Она вздохнула, поднимаясь. Что ж, раз просыпаться она не собиралась, нужно было идти вперёд.

А потом Кира изумлённо замерла.

Из сгустившейся тьмы перед ней совершенно внезапно выросли очертания дверей Серого Дома. И серебристая нить словно в насмешку описала вокруг Киры круг — и скользнула в приоткрытую створку.

Что ж, мрачно подумала Кира, выбор был очевиден, правда?

Она протянула руки к дверям, намереваясь толкнуть их. И вскрикнула, когда серебристые нити обвились вокруг её рук.