Отбор не приговор (СИ) - Самсонова Наталья

— Еще бы, — фыркнула Лимаатрис. — Там вообще не должно быть цензурных слов. У тебя талант рассказывать истории.

— Больше всего на свете я люблю читать и узнавать новое, — чуть смутилась Эйтин. — А дома у нас огромная библиотека — правда, отец больше любил покупать книги, чем читать. Но мне никто не запрещал проводить там столько времени, сколько мне захочется.

Лимаатрис привстала из кресла и свернула карту. Затем выбила на крышке стола замысловатую дробь и пояснила подругам:

— Я еще в прошлые разы заметила, как остальные так всякие вкусняшки получают.

Над крышкой появилось голубоватое облачко, и приятный женский голос произнес:

— Кухня, дежурная Авье Лорсар. Что желаете?

— Мне, пожалуйста, черный чай с лимоном и дольку горького шоколада, — промурлыкала Лимаатрис.

— А я не откажусь от чашки молока и сдобной булочки, — подхватила Тин.

— А мне вкусный и необычный чай, — попросила Лотанари.

— Ваши пожелания услышаны, время ожидания составит не более десяти минут, — произнесла дежурная Авье Лорсар, и облачко растаяло.

— Надо убрать все со стола, иначе поднос перекосит и придется экстренно спасать книги и карты, — обеспокоенно произнесла Лимаатрис. — Люблю библиотеки. В Нерисе превосходный читальный зал и забитое до отказа хранилище. Но здесь — уютней.

— Это работа леди Роники Ллинос. Той самой, ради которой был изменен закон, — пояснила Тин. — Ей довелось пережить возлюбленного на пятьдесят лет. И она очень любила и ценила уединение. И книги. Так и был спроектирован читальный зал, в котором может одновременно находиться до ста эльфов. И при этом, благодаря колдовским ширмам и шумопоглощающим щитам, мы можем чувствовать себя в уединении.

Прошло минут пять, и над столиком вновь появилось голубое облачко.

— Будьте осторожны, ваш заказ в пути. До перемещения остается пять, четыре, три, две, од…

Дежурная недоговорила, а облачко исчезло, оставив вместо себя поднос.

— Говорят, что заклятье для столов тоже леди Роника разработала, — вздохнула Эйтин. — Удивительная женщина была. Кстати, может, вы мне что-нибудь расскажете об Академии? А то приеду вся такая наивная…

Лима и Лота наперебой принялись рассказывать о том, что можно и нельзя делать в академии. Они прошлись по всем учителям и посоветовали заранее подумать о том, хочет ли Эйтин дарить что-либо музею.

— Я задала высокую планку, — чуть самодовольно пропела Лотанари.

— Планку? — удивилась Эйтин.

И Лимаатрис, посмеиваясь, пересказала эльфийке историю об отпевании. И о том, как Лоту несли в гробу через весь замок.

— Ничего себе, — покачала головой Тин. — А я и думаю, ты назвала себя «отпетой», но мне этот термин был совершенно непонятен.

— А почему не спросила? — удивилась Лимаатрис и закинула в рот кусочек шоколадки.

— Да как же? Это пока отбор, мы как бы все равны, — смутилась эльфийка. — А потом Лотанари вновь станет принцессой, а я… А я стану сестрой преступницы и дочерью опального рода.

— Вот уж глупости, — возмутилась Лотанари. — Мы подружились, а значит, останемся теми, кто мы есть сейчас — Лота, Лима и Тин.

И лисица согласно кивнула, после чего плавно перевела разговор на ректора Академии.

— Он склочный, как худшая из базарных баб, — ворчала Лимаатрис. — С ним либо соглашаться, либо сразу же настраиваться на полноценную войну на все время обучения. Одно хорошо: отчислениями не злоупотребляет.

Они бы так и остались в библиотеке — припоминать свои проказы, но Лотанари умудрилась пролить на себя чай. А очищающее заклинание оставило после себя горелый след.

— Это как это? — оторопела Лимаатрис.

Эйтин отпила из чашки леди Шан Нейрин, покатала чай на языке и пояснила:

— В нем лепестки колдовской вишни. Такой напиток превосходно поднимает настроение и придает сил, почти как зелье, но, увы, магию на этот чай направлять нельзя. Ты же попросила "что-нибудь вкусное и необычное", вот на кухне и расстарались.

— Значит, согласно традиции Нериса, мы пойдем переодеваться к обеду, — хмыкнула Лима.

— В Эльфхиире тоже была такая традиция, — улыбнулась Эйтин. — И многие ею пользуются. Чтобы показать многочисленные наряды.

Путь до телепортационного круга запомнился Лоте чередой недоуменных и насмешливых взглядов — скрыть пятно не удалось ничем. Лимаатрис, правда, старательно заслоняла собой свою вер-диир, но у эльфов очень острое зрение.

"Какая глупая и неловкая ситуация, — сердилась принцесса. — А главное, сама виновата!"

А вишенкой на тортике стал телепорт: когда подруги встали в центр, он отказался работать.

— Опять отключили?! — взвыла Лимаатрис. — Не пойду пешком!

— Дай-ка я попробую переместить нас ко мне, — предложила Эйтин. — Вы балкон не закрывали?

Подруги переглянулись, и Лима задумчиво произнесла:

— Мы его точно открывали. А вот закрывали ли…

— Если что, через дверь выйдем на лестницу и с нее уже в наши покои, — предложила Лота.

Обидно, но на силу Эйтин телепорт сразу же откликнулся, и подруги оказались в ее уютной гостиной.

— Надо будет сказать леди Дьердре, что с телепортационным кругом что-то не так, — обеспокоилась леди Рлис. — Иди, переодевайся, а я подожду здесь — не стоит пользоваться вашей проекцией телепорта.

— Спасибо, — улыбнулась Лота.

— Я с тобой, — встряхнулась Лима. — Мало ли что.

Эйтин только пожала плечами и села в кресло. У нее на столике находилась наполовину пустая вазочка с конфетами и потрепанный томик исторического романа. Так что скучать леди Рлис явно не придется.

— Думаешь, там может быть что-то опасное? — нахмурилась Лотанари.

— Думаю, что лучше проверить, чем потом могилу копать, — фыркнула Лимаатрис. — Тем более что лопаты мне уже надоели.

Балкон был открыт, и загадка не сработавшего телепорта разрешилась очень просто: в центре проекции стояла корзинка, содержимое которой прикрывали сочные зеленые лопухи.

— Подарок от Повелителя? — удивилась лисица.

— Кажется, да. — Лота не смогла сдержать улыбки и, пройдя в комнату, легко подхватила корзинку. Внутри оказалась спелая сочная земляника и кулек очищенных орехов. Лартных орехов, того единственного сорта, что вызревает в это время года.

Лимаатрис вопрошающе посмотрела на сияющую подругу, и та поспешила призвать листок и карандаш:

"Повелитель точно Идрис. Именно это мы ели, когда шли к хижине".

Лимаатрис отобрала у подруги карандаш и написала:

"Кажется, кто-то теряет терпение. Или паникует".

— Это так мило. Ой, смотри, здесь что-то еще. — Лота чуть подвинула землянику, и Лима вытащила из-под ягод твердый прямоугольник, завернутый в бумагу.

Принюхавшись, лисица с восторгом произнесла:

— Горький шоколад и сушеная малина! Наш любимый! Ох, Повелитель так щедр.

А Лота подумала о том, что в одном подарке Идрис объединил то, что мог знать только Идрис-сопровождающий и Идрис-Повелитель. Кажется, он решил открыть карты? Что ж, иногда нерисские принцессы могут быть очень, очень непонятливыми.

"Кажется, я немного глуповата и не понимаю столь откровенных намеков", — написала Лотанари, и лисица поперхнулась смешком.

"Не перестараешься?" — накарябала лесная красавица.

"Еще один-два раза — и все", — ответила ей Лота, а вслух произнесла:

— Интересно, что бы это могло значить? Мог ли Идрис попросить Повелителя передать нам с тобой землянику и орехи? Я ведь говорила, как мы лакомились спелыми ягодами на лесной полянке?

"Очень глупая принцесса", — написала Лима и глумливо ухмыльнулась, понимая, что парировать Лоте нечем. Но принцесса Нериса нашла выход — она просто показала подруге язык и, накрыв корзинку лопухами, направилась в спальню. Все-таки пятно на одежде никуда не делось.

— Мне вот интересно, — Лимаатрис встала в дверях, — этот вой лематры — это вот что было?

— А ты не слышала? — удивилась Лотанари. — Мне казалось, мы с Идрисом громко говорили.