Карина Хелле - Погасший маяк

Воздух наполнял плеск волн, птицы, пролетавшие над моей головой и редкое мычание коров вдали. Позади меня были склоны в соснах, поднимавшихся к утесам волнами. Передо мной – решетка от скота, не мешавшая мне, а за ней – дюны и немного листвы.

Я взобралась на вершину маленькой насыпи и посмотрела налево. Там я заметила маяк, его круглую верхушку, потрескавшуюся краску и проржавевшую красную крышу. Маяк не уходил ввысь ровным столбом. Он был в виде двухэтажного здания, больше напоминавшего колокольню (похожую я видела в «Головокружении» Хичкока). Здание было заколочено, свет на маяке не работал, но он все еще казался живым, словно он лишь спал.

Я смотрела на маяк, поднялся ветер. Он пролетел над берегом, брызнул мне на руки водой и солью. Я поежилась и принялась надевать свитер. И пока я делала это, я заметила дыры в передней части маяка. И увидела движение к двери, словно кто-то ходил перед ней.

Я застыла. Быстро опустила свитер и посмотрела снова.

Там никого не было.

Дрожь пробежала по спине, и я собиралась пойти к маяку, но услышала, как меня зовет мама, ее голос было едва слышно из-за растущего ветра. Я замешкалась на миг, но решила, что лучше быть в доме с весельем, семьей и бокалом вина. Я несколько минут наблюдала за маяком, но движений не было, и любопытство унялось. Я пошла к дому.

* * *

Было почти десять часов, когда родители разошлись по комнатам. Мы с Адой смотрели фильм 50-х «Никто из них не знал, что они роботы», но как только они пожелали спокойной ночи, мы взяли пачку вина и пошли на пляж.

Мэтт и Тони уже были там, как и несколько их друзей. Ограда не защищала пляж, и было легко приехать по песку от шоссе на внедорожнике.

К ночи поднялся ветер, и я была рада, что взяла с собой куртку и шарф. Ночное небо было ясным, испещренным миллионами звезд, мерцающими над головой, а вдали было видно мутный туман. Он не приближался, просто нависал. Ждал.

Костер горел ярко и сильно ценой бензина Тони, канистру я тут же забрала и оставила подальше от нас за песчаной насыпью.

Было уютно. Я сидела на длинном деревянном обломке рядом с близнецами и их друзьями. На бревне напротив были еще парни и Ада.

Я следила за ней. Она едва заметно пробовала вино и пиво весь вечер. Не мне ей запрещать – я в ее возрасте творила дела куда хуже – но я сомневалась, что Ада умела пить. Я ни разу не видела ее пьяной раньше, но теперь она явно была такой. Она пила пиво «Олд Инглиш», бутылка пряталась в бумажном пакете (она думала, что так круто?), а в перерывах она обнималась и целовалась со слащавым парнем по имени Уиз. Это меня тревожило.

Уиз был наименее подходящим из друзей Мэтта и Тони. Я знала, например, что у него уже была девушка. Он говорил о ней раньше, но, представьте себе, не скупился на выражения. Более того, я слышала, как Ал сказал как-то раз, что проблемы у близнецов начались, когда они повстречали Уиза. Его имя я постоянно забывала. Да и мозгов у него было, как у кого-то с побережья Джерси.

Ада, как и всегда, развлекалась, унижая этим меня. В этот раз тем, что мне было не с кем целоваться. И хотя я ни за что не коснулась бы Уиза или кого-то из друзей Мэтта и Тони… хотя не совсем так. По другую сторону от костра сидел милый парень, и я могла бы попытаться, но с парнями мне всегда не везло. А он был моего типажа: высокий, широкоплечий, со светлыми глазами и волнистыми каштановыми волосами, что поблескивали красиво в свете костра.

Но хотя мы заигрывали взглядами, сидя по разные стороны, (я точно заигрывала, а его взгляд мешал понять дым), заходить дальше я не спешила. Годами с моей внешности смеялись, и теперь у меня не было никакой уверенности с противоположным полом.

Я вздохнула и посмотрела на темные волны, разбивающиеся о берег. Я знала, что была немного пьяна от вина из пачки, но посиделки у костра и выпивка с группой подростков начинали душить меня. Я хотела идти и исследовать. Я хотела проверить маяк.

Я подумывала спросить у близнецов, Ады и ее новой игрушки, не хотят ли они прогуляться, но одного взгляда на них хватило, чтобы понять, что им лучше оставаться ближе к дому. Дяде Аллу не хватало еще горстки пьяных у маяка посреди ночи. Они могут и сжечь там все.

Я поднялась с бревна и отряхнула штаны. Я склонилась к Мэтту, стараясь не привлекать к себе внимания, и сказала ему, что пойду прогуляться, а позже вернусь к ним.

- Только без глупостей, - предупредил он. Мне бы хотелось спросить, что он считает глупостями, но я не стала. Я попросила его присмотреть за Адой. К счастью, это он сделать мог.

Я отошла от костра к океану, пока свет огня не перестал виднеться. Я вытащила айфон и включила на нем фонарик. Белый луч света был тусклым, но помогал мне пробираться по пляжу мимо обломков, выброшенных на берег. Маяк стоял в лунном свете и ждал меня.

Глава 3

Дорога оказалась сложнее, чем я думала. Дело в том, что маяк находился на вершине небольшого утеса, и пришлось забираться почти вертикально, цепляясь руками и коленями. Я пыталась держать айфон ртом, пока не решила, что лучше дать глазам привыкнуть к темноте, чтобы включилось ночное зрение.

Руки скользили по траве, мокрой от брызг моря, по шероховатой грязи, и я медленно взбиралась на вершине. На другой стороне утес сужался, спускаясь к холмистому песку, а за маяком поросшая сорняками земля вела в темный лес. Здесь ветер был сильнее, шум волн был громче, они разбивались о камни и булыжники. Ветер периодически подхватывал брызги и обрушивал их мне в лицо.

Темный силуэт здания маяка возвышался передо мной. Этого хватило, чтобы я замерла и задумалась.

Я знала, что порой могу вести себя импульсивно, доходило до того, что я обнаруживала себя делающей то, что мозг вопил не делать. И в этот раз была такая ситуация. Мне было холодно, погода ухудшалась, я выпила пару бокалов вина, было поздно, и никто не знал, где я была, но тревожила меня попытка пробраться в жуткий старый маяк. И хотя безрассудная сторона меня чувствовала, что должна там все исследовать, рациональная сторона знала, что это, наверное, самая глупая идея, какую можно было представить, и потому я ощущала всеобъемлющий страх этого места.

Знаю, я говорила раньше, что мне казалось, что оно ждет меня, и это чувство осталось. Может, за страхом пряталась судьба, не знаю, но я хотела бы, чтобы маленькая ответственная (осмелюсь назвать ее «взрослой») часть меня пересилила и отправила меня в дом дядюшки Ала.

Но вместо этого я решила достать камеру. Я повесила лямку на шею и включила камеру. Резкий бело-голубой свет озарил землю передо мной. Я глубоко вдохнула и направила камеру на маяк. Я активировала режим съемки, чтобы потом было что показать с моего маленького исследования.