Король пепла - Мелани Лейн

помахала рукой у меня перед лицом. – Земля вызывает Эверли!

– Мелоди, дай сестре спокойно поесть. – Мама многозначительно покосилась на мою тарелку.

До этой секунды мне удавалось успешно абстрагироваться от Мелоди. От нее и от мамы. Папы не было.

– Я просто хочу знать, пойдешь ли ты со мной сегодня вечером.

– Куда?

Она закатила глаза и сдула со лба прядь золотистых волос. На семь лет младше меня, в свои восемнадцать она, к сожалению, все еще находилась в той фазе, когда многие вещи, а иногда все и вся, казались ей некрутыми. В том числе и я. По крайней мере, на данный момент. Но в глубине своего подросткового сердца она меня любила.

– Сегодня Ночь призраков, – взволнованно прошептала она.

Ах, вот что имел в виду Крейг. Я посмотрела на маму:

– Что, сегодня четверг?

Она кивнула:

– Твой папа уже там. – Потом нахмурилась. – Это если вы, девочки, вообще заметили, что его нет.

Ночь призраков объясняла его отсутствие. Наверняка в этот момент он носился по храму, раздавая указания и болтая с охотниками.

– Прости, мам, – с тихим вздохом ответила я. – У меня сейчас голова другим забита.

И черт возьми, нужно взять себя в руки, иначе я себя выдам. Так или иначе.

– Колледж?

Мелоди подавилась картофельным пюре, и я с сестринской заботой похлопала ее по спине. Посильнее. Потому что она единственная в семье знала, что я бросила колледж несколько месяцев назад. Я собиралась сказать родителям, правда собиралась, но мне двадцать пять лет, и я в состоянии самостоятельно принимать решения. Кроме того, мне не хотелось выслушивать их отповеди. Я расскажу им, как только пойму, чем хочу заниматься в жизни.

Очень по-взрослому, Эверли…

Впрочем, возможно, завтра все закончится.

Не думай об этом, не думай об этом…

Я повторила эту мантру еще несколько раз, но это все равно что попросить кого-то не думать о розовом слоне. Данте – мой розовый слон, и не думать о нем невозможно.

– Итак, сегодня Ночь призраков… – вернулась я к предмету разговора.

Меня устроит любая тема, лишь бы она не имела отношения к моему будущему. Ради этого я даже готова пойти с Мелоди на еженедельное собрание ковена. В Ночь призраков зимние ведьмы собирались вместе. Такой день был у каждого ковена. Летние ведьмы называли его Дыханием вечера. Весенние ведьмы встречались не вечером, а утром, и их собрание носило название Колокольный звон, а осенние ведьмы, которые в данный момент владели своей магией во всей полноте, именовали этот день Дождем листопада. Ночь призраков была главным светским мероприятием ковена. Для детей там подавали какао, а для взрослых – пунш. Все обменивались историями, радовались, что врата в Инфернас стабильны и что на нашей стороне давно не видели даймонов. Крейг, может, и рассказывал всем, как они гнались за даймоном, но мне с трудом верилось, что лакей Данте вел себя настолько беспечно. Или что он два дня бродил по лесу, прежде чем нашел меня. Данте знал, где я живу, а значит, и его подданные тоже. Крейг с остальными, скорее всего, погнались за каким-нибудь вепрем. Или за оленем.

Каждая Ночь призраков начиналась и заканчивалась одинаково. Колдуньи напоминали нам о Пакте, о нашем проклятии и о нашей судьбе. В зимние месяцы года именно мы отвечали за то, чтобы никто не прошел через врата в Инфернас и чтобы ничто не попало оттуда в наш мир. Причем последнее имело первостепенное значение. Потому что кто по собственной воле захочет отправиться в Инфернас? Ответ прост: никто. В том числе и я. Так как же выбраться из этой ловушки, в которую я сама себя загнала?

В то время как мама убирала со стола, а Мелоди рассказывала мне, как Сара Джин говорила ей, что Томас, старший сын колдуна летних ведьм, обжимался с Джоанной, весенней ведьмой, я тонула в собственной драме. Мне было абсолютно наплевать, кто с кем обжимается. Пусть каждый развлекается как хочет. В конечном итоге они все равно вернутся в свои ковены. Таковы правила. Если нарушишь их, поплатишься своими способностями. Их у тебя отнимут, а вместе с ними ты потеряешь и право жить в одной из деревень вокруг врат. Тебя изгонят. И этого боялась каждая ведьма, независимо от того, к какому ковену она принадлежала.

– Тебе стоит пойти, – прервала болтовню Мелоди мама. – И Крейг там будет.

Я поборола желание удариться головой об стол. Крейг? Серьезно, мам? Конечно, в том, что члены ковена пытались свести вместе своих детей, нет ничего необычного. Я бы не назвала это браком по расчету, но в основном все заканчивалось именно этим. Мы имели право голоса, но вместе с тем осознавали ответственность ковена перед человечеством. Кровные линии должны сохраняться, чтобы ведьминская кровь, которая течет в наших жилах, передавалась из поколения в поколение. Как и знания о нашей силе. Если ковены времен года исчезнут, не останется никого, кто встанет между даймонами и этим миром.

За прошедшие годы родители познакомили меня с множеством потенциальных претендентов-ведьмаков. Большинство из них я знала, мы вместе ходили в школу и тренировались. Но и мама, и папа, похоже, были без ума от Крейга Маунта. А то, что Крейг не скрывал желания познакомиться со мной поближе, не улучшало ситуацию. Как и то, что год назад я – случайно – очутилась с ним в постели.

По крайней мере, колледж давал мне возможность отдохнуть от внутренней политики ковена.

Колледж, в который ты больше не ходишь…

– Давай, Эв! Будет весело.

Голос Мелоди вырвал меня из раздумий. Мысленно вздохнув, я, пока мама, чего доброго, не убила меня взглядом, запихнула в рот кусочек брокколи и две вилки картофельного пюре.

– Ты же просто хочешь увидеться с подружками и выпить пунша.

Мелоди просияла, а я посмотрела на маму, которая разливала чай, пряча ухмылку. Моей сестре исполнилось восемнадцать всего пару недель назад. С тех пор она старалась посещать каждое светское мероприятие ковена. Дни рождения, свадьбы, рождения детей, вечеринки охотников… Тем более если там обещали пунш.

– Ну так что, Эв? Ты идешь?

– Ладно, я с тобой.

Может, встреча отвлечет меня от мыслей. Или, наоборот, поможет разобраться в них.

Мелоди издала победный вопль:

– Пойду переоденусь!

– Там будут присутствовать дети! – крикнула я ей вслед. Затем, нахмурившись, посмотрела на маму: – Скажи, что я не была такой.

– Не была, – подтвердила она сквозь смех. – Ты была еще хуже.

– Эй!

– Настоящее дьявольское отродье.

Ауч. Не лучший выбор слов в нынешней ситуации.

Мама внезапно посерьезнела:

– До твоего восемнадцатого дня рождения.

Только не это. Еще немного, и я не выдержу. Я поспешно встала:

– Пойду тоже переоденусь.

– Эверли?

Дойдя до лестницы,