Хозяйка заброшенной винодельни - Таня Тайлер

чтобы проветрить дом. Следом в огород вытащила прохудившиеся кресла, занавески, матрац.

Полотенце из шкафа порвала на тряпки и начала смахивать пыль с мебели. До куда не доставала, нацепила тряпку на метелку и прошлась ей по поверхностям шкафа, серванта, оконным рамам. Смахнула с углов пыль и паутинки.

В какой-то момент в воздухе летало так много пыли, что я начала чихать. И, кажется, не я одна. Стены и пол начали дрожать. Причём так сильно, что от вибрации я повалилась на пол, подняв новый ворох пыли. Затем дом сильно тряхнуло, и входная дверь с грохотом закрылась. Стекла задрожали.

Здесь что, рядом аэродром? Или железная дорога? Откуда такая сильная вибрация?

Аккуратно поднялась с пола. Все платье было в пыли. Надо было все же сначала переодеться перед тем, как затевать генеральную уборку. Проблема была в том, что даже мое самое скромное платье выглядело шикарным для этой обстановки. Я все-таки ехала в родовое поместье, а не на забытый клочок земли.

Вымела всю пыль, и пришло время отмывать дом. Однако радость от водопровода испарилась быстро. Воды не было. Точнее, возможно, она и была, но ни одного крана, вентиля или ручки я не нашла.

- Блинский, как включить воду?

- Просто встань в поддон.

Голос звучал громко, будто кто-то говорил прямо над моим ухом.

Оглянулась. Никого нет. Обошла все комнаты - никого. В огороде также не было ни души.

- Кто говорит?

Я снова зашла в ванную комнату и задала вопрос, чувствуя себя спятившей с ума.

- Я Фрипс, хранитель вишневого сада.

- А я Ангелина Монс, новая хозяйка вишневого сада.

Голос молчал. Может со мной говорит сам дом? Я думала спросить что-то еще, но не смогла сформулировать ни одного вопроса.

Значит, встать в поддон. Передо мной был обычный деревянный пол. Однако на потолке я обнаружила несколько маленьких отверстий. Как у душевой лейки. Неужели здесь автоматизированный душ с нажимным механизмом? Чтобы это проверить, я встала прямо под эти отверстия. И тут же меня из них окатило водой. И продолжало поливать, пока я не сделала шаг назад.

По дому снова пошла вибрация. На этот раз я поняла, что это Фрипс смеется надо мной. Ну, я тебе покажу, проказник! Волосы, платье и даже башмаки были сейчас насквозь мокрые. Хорошо, что небо распогодилось, и на улице не было сильного ветра, солнышко приятно пригревало.

Набрала в ведро воды. Как оказалось, нажимной механизм реагировал на малейшее нажатие. На то, чтобы отмыть весь дом, ушел почти весь день. И только к вечеру я осознала, что выкинула матрац, и спать не на чем, да и еды в доме совершенно не было, хотя я осмотрела абсолютно все ящики на кухне. Придется идти в город.

Вишневый сад стоял на отшибе, до ближайших построек идти минут тридцать пешком.

- Фрипс, а ты живешь тут?

- Я хранитель сада, естественно я тут живу.

- А ты дух или типа того?

- Ну... - мой вопрос поставил его в тупик. - Я могу быть невидимым, а могу принимать обличие, ну, как ты.

- А в обличии... Как я... Ты ешь? Здесь нет продуктов, и я думала сходить продуктов купить и приготовить ужин. Может ты чего-то хочешь?

Воздух вокруг заколыхался, и прямо передо мной появился мальчишка лет шести со светлыми волосами. Его светлая рубашка контрастировала с грязью и запустением вокруг.

- Привет, - сказал он тихо, когда я прооралась от испуга. - Извини, что напугал. Меня никогда не спрашивали, чего я хочу.

- А чего ты хочешь?

- Я люблю пасту.

- Отлично, Фрипс, и я люблю пасту!

- Правда?!

Он захлопал в ладоши от радости и побежал к входной двери.

- А можно мне пойти с тобой? Можно? Можно?

Зеленые глаза уставились на меня с мольбой.

- А ты можешь, в смысле ты не привязан к саду?

- Привязан, - Фрипс оживился. - Но я тут уже довольно долго хранитель, так что нашел одну лазейку. Только я должен быть невидимым. Меня никто не должен видеть и обо мне знать. И ты никому не говори!

- Не скажу. Тебе, наверное, здесь одиноко.

- Нет, у меня есть деревья в саду.

- Они тоже разговаривают?

Мои брови ползли наверх. Что за сад купил муженек?!

- Нет, ты глупая что ли? - рассмеялся мальчишка. - Деревья не могут разговаривать. А я могу. Я с ними разговариваю, хотя они и не отвечают.

Это звучало печально. Мне было жаль Фрипса.

- Ладно, пойдем, покажешь мне тут все.

- Ты не хочешь переодеться?

Фрипс с удивлением смотрел на меня. Одежда была все еще мокрой, и, правда, перед знакомством с соседями надо бы выглядеть получше. Я быстро сменила платье, заставив Фрипса остаться в человеческом проявлении в моем поле зрения. Он рассерженно скрестил руки и смотрел в стену.

Дорога в город была песчаной, по обочине росли редкие кусты. Вдаль, насколько было видно глазу, с обеих сторон уходили поля с высокой травой. Кое-где росли одинокие деревья.

Фрипс все время рассказывал про вишневый сад и прежних хозяев. Парень ни с кем давно не говорил и теперь его было не остановить. До меня здесь жила худая, очень молодая и очень впечатлительная девушка, сад перешел ей в наследство. Но как только она приехала и Фрипс проявил себя, завопила что-то о приведениях и сбежала. Фрипс уверял, что ее крики слышал еще долго, даже когда она добежала до города и уезжала. А вот до нервной девушки здесь жила милая старушка. Она с ним общалась, делала из вишен компоты и пироги.

- А ты умеешь делать компоты и пироги?

Его вопрос заставил меня покраснеть. Если шарлотку сделать была не проблема, то компот сварить я не смогла бы. Как-то бабушка порывалась научить меня на даче закатывать банки. Но мне было интереснее загорать на солнышке на заднем дворе и с подружками трещать по телефону. Кто знал, что надо было слушать бабушку и впитывать все, как губка?

В городе мы быстро нашли магазин. Здесь было абсолютно все: яйца, мука, молоко, помидоры, баклажаны, хлеб, и тут же стояли метелки, ведра, висели платья, лежали полотенца и простыни.

Хозяйка Тина, как она представилась, полноватая женщина лет сорока с горбатым носом и добрыми глазами, завидев меня, выскочила из-за прилавка с завидной ловкостью. Узнав,