Не суетись под клиентом - Мстислава Черная

комнату, я увидела, что шкура неведомого зверя сдвинута в сторону, а на полу красуются непонятные знаки и рисуночки. Ясно, значит, уже приступил к изучению проблемы.

– Вот, – протянула я ему горшок.

– Что это? – он недоверчиво покосился на угощение.

– Как что? Ужин.

Инспектор сунул камешки в карман и принюхался.

– Это ужин? Значит, так вас здесь кормят?

– Ага, – охотно подтвердила я.

Вдаваться в детали не стала. Зачем ему знать, что это вроде как временное явление, связанное с обидой скатерти на выходку кота.

Инспектор покачала головой и сказал:

– Проходи. Только ничего тут не трогай и не сшиби по неосторожности.

Я только фыркнула. Больно мне надо трогать и сшибать!

Вообще-то заходить в его комнату я не собиралась, да и необходимости такой не было. Можно было просто всучить ему горшок с ложкой и уйти. Но любопытно же посмотреть, что там лавка намагичила ради дорогого гостя.

Я приблизилась к столу. К синему, резному. Не хочешь – а залюбуешься. И застыла. Ставить горшок на эту красоту казалось кощунством. Но мне и не пришлось. Тут же рядом нарисовался инспектор и накрыл стол скатертью. Не потрепанной и похожей на тряпочку, как моя, а очень даже красивой, расшитой шелком. И как только он ее постелил, на столе сами собой стали появляться яства. Таким меня здесь точно не кормили!

Начать с того, что скатерть предложила ассорти из закусок на любой вкус: ломтики нежнейшей рыбы с маринованными огурчиками, тарталетки с печеночным паштетом, украшенные розочками из сливочного масла, мясные кубики в медовой глазури, даже цветок из заячьей капусты на подушке из картофельного пюре. Как ни странно, супов не было. Зато были пиалки с разномастными салатами. В качестве основного блюда – каре ягненка с баклажанами. Скатерть не забыла про сырную тарелку с медом, грецкими орехами, хлебными палочками и клюквенным соусом. В центре стола высилась трехъярусная конфектура с фруктами, пирожными и шариками мороженого на ледяных пластинах.

Мишленовский ресторан, не меньше. Обидно, знаете ли.

Я вздохнула:

– Ясно, значит, суп вам не нужен… – развернулась и направилась к двери. Сделать это было не так уж и просто. Ароматные запахи щекотали ноздри, изысканные яства, словно шептали: “Съешь меня”, но я держалась твердо. В конце концов, не напрашиваться же на угощение!

– Эй, ты куда? – остановил меня инспектор.

– В свою комнату, – пожала плечами я. – Куда же еще.

– Ну уж нет, изволь садиться за стол и поужинать вместе со мной.

Я вскинула взгляд на инспектора. Надо же, а он умеет быть галантным, когда хочет.

– Спасибо.

Мне вдруг пришло в голову, что от явления инспектора может быть даже какая-то польза, и даже не одна. Полакомиться разносолами – само по себе дело хорошее. А вот если я какое-то время не буду обращаться к скатерти, может и она, соскучившись по работе, решит улучшить мой рацион.

Ну или наоборот, перестанет кормить меня вовсе. Зная ее характер, я понимала: следует подготовиться и к такому.

Ладно разборки со скатертью где-то там, в будущем, а стол с вкусностями – здесь, в настоящем. Так что тут и думать не о чем.

Я не заставляла себя упрашивать. Уселась за стол и стала выбирать, чего же повкуснее и поскорее цапнуть. Инспектор сел напротив и, недолго думая, придвинул одну из тарелок. Я последовала его примеру. Очевидно же, что здесь все вкусное.

Инспектор смотрел на меня со странной смесью жалости и заботы, как обычно смотрят на заболевшего приятеля. И вдруг спросил:

– А как вообще дела? Тяжело тут приходится?

Я сначала удивилась: с чего бы вдруг такие вопросы. Никогда еще он не интересовался обстоятельствами моей жизни в лавке. А потом поняла: суп в горшочке произвел на графа неизгладимое впечатление.

– Нормально, привыкла… – вздохнула я. – Только очень однообразно все. Дни похожи один на другой: весь день в лавке, покупатели, товары… Да и вечера не лучше. Знакомых мало, пойти некуда… Да и не хочется. После целого дня на ногах.

– Скучно и однообразно, – инспектор словно сделал для себя отметку.

– Не всегда, конечно. Бывают и развлечения… Вот ограбить недавно пытались. Только это не совсем то, чего хотелось бы.

Я хотела сказать это саркастичным тоном, а получилось почему-то совсем грустно.

– И вообще торговля – далеко не то, чем я мечтала заниматься.

– А чем ты занималась там, у себя? И вообще, как жила?

Снова удивил. Откуда такой интерес?

И все же, неожиданно даже для самой себя, я начала рассказывать о работе логиста – о непростых задачках, с которыми я справлялась. О прохладном офисе со стильным ремонтом, картинами и кофемашиной, которая стоит в двух шагах от моего рабочего места. А заодно и о прочих радостях, которые там доступны. О телефонах, о фильмах и сериалах, которые можно смотреть прямо на этом самом телефоне, ну или вывести на большой телевизор. О вечеринках в баре, о подружках, о совместных походах в квест-комнаты и на стендап…

В общем, обо всем том, что оставила в своем прошлом мире, когда провалилась сюда.

Инспектор слушал внимательно, удивлялся, задавал дополнительные вопросы. Особенно его интересовали автомобили, самолеты и корабли… Ну то есть как интересовали…

– А не проще ли перемещаться с помощью порталов?

– Проще, наверное, но у нас их нет.

– А магия? – спросил граф. – Ну, амулеты, заклинания и все такое…

Я покачала головой:

– Магии тоже нет. Хотя многие мечтают: как было бы здорово: взмахнул волшебной палочкой – и жизнь тут же наладилась, деньги посыпались, а заодно любовь и счастье…

Инспектор рассмеялся:

– Ну, такой магии и у нас нет. Думаю, вообще нигде нет.

Я рассмеялась тоже:

– Скорее всего…

И зевнула. Посмотрела в окно – уже хорошенько стемнело, снаружи была непроницаемая ночь. Надо же, как быстро пролетело время за ужином! Пора спать. Привыкнув жить по лавкиному распорядку, я стала ложиться совсем рано.

Уходить совсем не хотелось. Но и провести завтрашний день в состоянии сонной мухи не хотелось тоже.

– Спасибо за ужин, – улыбнулась я, вставая. – Было очень вкусно.

– А тебе спасибо за беседу, было очень познавательно, – не остался в долгу инспектор.

На том и распрощались.

Я вернулась в свою комнату, сбросила тапочки… Ох, какая это была ошибка! Едва обретя способность говорить, они запричитали:

– Что это за манера сидеть ночами в комнате у мужчины? Безобразие!

На это мне было что возразить:

– В той комнате гораздо симпатичнее, чем у меня. И не я это устроила!

– А душевно как поговорили… – задумчиво произнесла левая тапочка. – Вот бы не подумала, что он такой… – Она запнулась, подбирая нужное слово: – Нормальный.