Отверженная жена дракона - Кира Иствуд

забавную шутку на свете. Обнимает меня за талию. А в следующий миг пол уходит из-под ног.

Мы с Клоинфарном проваливаемся во тьму портала.

Глава 3

Миг черноты и нас переносит во внутренний двор мрачного замка. Мы уходили отсюда, когда ласково светило солнце, а сейчас здесь царит угрюмая ночь. Острый полумесяц выглядывает из-за туч. Зловеще светится начертанная на земле пентаграмма.

Обернувшись, я с тоской смотрю в мерцающий портал. В нём виднеется разрушенный зал дворца и мелькают бледные лица аштарийцев…

Но вот дракон щёлкает пальцами, и магия портала развеивается. Налетевший ветер кусает холодом мои плечи и шею.

“Это конец”, – отстранённо думаю я, обнимая себя руками.

Дорога домой закрыта.

Я снова в Эльвитарионе.

И, похоже, навсегда.

– Эль-Тиар! Приветствую! Как вы… – к нам бежит Тис, но, приглядевшись, он спотыкается на полуслове. – Бездна смилуйся! Что случилось?! – глаза фамильяра испуганно расширяются.

Ещё бы! Мы с Клоинфарном выглядим так, будто побывали в кровавой мясорубке. Одежда изорвана, вся в пятнах крови… Но внутри нам ещё хуже, наши души – истерзаны, измучены… И то и другое проще выбросить, чем починить.

– Приготовь ванну, – приказывает дракон.

Обхватив за талию, он бесцеремонно забрасывает меня на своё плечо. Пока я пытаюсь решить – возмутиться или стерпеть, Клоинфарн проносит меня через двор и заходит в замок. Магические лампы вспыхивают, стоит ему перешагнуть порог.

– Клоин… – начинаю я.

– Молчи! – рычит он.

Сделав три широких шага, дракон сбрасывает меня на диван, будто куль с песком. И замирает, впиваясь взглядом.

Он рассматривает меня так напряжённо и тяжело, будто сам удивлён, что принёс предательницу в дом. Удивлён, что я всё ещё жива и здорова! Не кричу и не плачу, после того, что сделала.

Воздух делается густым, он едва протискивается в лёгкие. Неизвестность будущего давит, но я стараюсь не сжиматься от страха.

“Перед дикими животными страх показывать нельзя”, – проносится в мыслях.

Дракон мрачно дёргает уголком рта.

– Приведи себя в порядок и жди в спальне, – тихо приказывает он. Но лучше бы кричал. Лучше бы требовал объяснений! А так… он будто уже всё для себя решил.

Развернувшись, Клоинфарн взбегает по лестнице, оставляя меня одну.

Прикрыв глаза, я откидываю голову на спинку.

Тело ломит. Я чувствую себя, как выжатая тряпка.

Клоинфарн сказал, ждать его в спальне. Неужели он хочет… продолжить тот поцелуй?

Или причина в другом?

Надеюсь, что в другом.

Мне бы не хотелось… чтобы мой первый раз случился так. Из злости. Из мести. Через боль и унижение. Просто, чтобы показать, где моё место.

Дракон уверен – я предала его! Уверен – я знала о ловушке! И как убедить его в обратном?!

Я судорожно вздыхаю, закрыв лицо руками.

Во рту солоно, на сердце – горько.

– Главное – мои родные спасены! – шепчу, будто мантру. – Аштария в безопасности.

Но сердце колет совсем другая правда. Замок разрушен. Солдаты погибли. Всё из-за меня… Я могла бы догадаться о ловушке! Могла бы… но эмоции сделали меня глупой и слепой. А прежде всего не стоило верить бабушке.

Она ведь не просто так заперта в зеркале! Это её тюрьма за былые грехи, о которых я мало что знаю. Очевидно, для неё важнее было даже не спасти меня – а самой выбраться наружу. Она собиралась использовать силу запертого Клоинфарна в своих корыстных целях! И возможно, именно она настроила отца так категорично.

Впредь я должна быть умнее…

Никто больше не пострадает из-за моей глупости!

С этой секунды я буду действовать, полагаясь только на себя. Не стану втягивать семью! Не буду лгать Клоинфарну! Постараюсь объяснить ему, что хоть я и совершила ошибку, но понятия не имела о ловушке! А моё прошлое поведение не было притворством! О своих чувствах я ему не лгала.

И если ему нужна помощь с чем угодно – я помогу! Что там за план, в котором он собирается меня использовать? Пусть скажет! Разве не лучше, если помогу добровольно?!

А ещё бабушка упоминала, будто бы я принесла с собой сердце дракона… Непонятно, что значили её слова, но наверняка – это важно! Стоит рассказать об этом Клоинфарну.

Решив так, я поднимаюсь с дивана и иду в свои покои.

Тис уже набрал воды, оставил закуски, подготовил одежду. Быстро перекусив, я принимаю ванну, привожу в порядок волосы. Накидываю сорочку, а сверху надеваю лёгкое голубое платье. Подумав, застёгиваю его на все пуговицы до самого горла. На всякий случай…

Ну всё, я готова к разговору!

Готова, даже если дракон придёт взвинченный до небес.

Кивнув сама себе, я выхожу из ванной в сумрачную спальню. И несмотря на свою внутреннюю готовность, всё равно вздрагиваю, увидев Клоинфарна.

Прикрыв глаза, тот сидит на краю моей постели. Он скрыл рога, серебристые волосы убраны в хвост, свежая тёмно-синяя рубашка тесно обхватывает широкую спину, рукава подвёрнуты до локтя. Мой взгляд невольно цепляется за мерцающую золотую метку на запястье мужчины.

О недавней битве напоминают только посиневшие следы на шее и несколько порезов на лице, в остальном, Клоинфарн будто прежний. Но тут дракон открывает глаза… и я понимаю – нет, ошиблась. Оболочка та же, но внутри всё сожжено дотла.

Свет луны падает из окна и отражается в глазах мужчины, будто в чёрных озёрах, на дне которых живут чудовища.

И сейчас они очень голодны и злы, а я – та добыча, что они мечтают растерзать.

– Клоинфарн… – я ёжусь под пристальным взглядом, но продолжаю говорить, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Мне жаль, что в Аштарии на тебя напали… Но я правда не знала о ловушке! А если бы знала, никогда бы не привела тебя в неё!

– Не привела бы… – с мрачной усмешкой повторяет дракон поднимаясь. – И почему же? Это ведь был удачный шанс, чтобы избавиться от меня. И стране принесла бы пользу. Разве роль принцессы не в том, чтобы заботиться о подданных?

Тень от его фигуры падает на стену позади. Мне мерещится, что тень эта становится больше и больше, заполняя комнату густым мраком.

– Потому что… – я нервно одёргиваю рукава, – я не желаю тебе зла!

– Какое громкое заявление, – он наклоняет голову, глядя на меня как на редкую зверюшку. – Может, я тебе ещё и нравлюсь?

– Н-нравишься… иногда.

– Иногда, – скалится он. – Забавно.

Я сцепляю пальцы. Меня нервирует то, как он на меня смотрит – будто уже давно всё про меня решил и теперь лишь ищет доказательства своей правоты. Ищет…