Как ведьма дракона украла - Надежда Цыбанова

Обратно в избушку мы вернулись, когда верхушки вековых сосен щекотали солнцу брюхо. Мы, потому что дракон увязался за мной. Нет, с одной стороны, ему спасибо, роды прошли гладко и быстро, только от одного вида немаленького ящера, с деловой мордой вылизывавшим вместительный котел, некогда до краев наполненным мясной ароматной похлебкой. А с другой — огромная туча с крыльями, которая нависала надо мной в небе всю дорогу, откровенно бесила. Особенно осознание того, что мне на голову может прилететь мстя. Вонючая и унизительная.

Дракон сделал круг над поляной.

— Хватит ворон пугать, — недовольно проворчала я.

Домовой за время нашего отсутствия постарался: грядки и туалет были на месте. А сам Вальдемар гремел посудой в избе. Рот тут же наполнился слюной. Пироги печет мой домовитый.

— Руки мой, — меня хлестнули полотенцем по вороватым конечностям, которые пытались незаметно умыкнуть один пирожок. — Зеркало в твое отсутствие разрывалось. Подруженция с перекошенной физиономией названивала.

Я аж духом воспряла. Никак бывший донес, что дракон-то у меня самый что ни на есть настоящий!

Я на радостях высунулась в окно:

— Эй, крылатый, пирожки будешь? С малиной. Вальдемар, знаешь, какие вкусные делает.

Ну а что? Я ведьма воспитанная. Иногда. Гостя, хоть и самоупертого, угостить все же надо.

Дракон удивленно моргнул. А домовой уже вышел с подносом. Отказываться от угощения ящер не стал. Раз — языком и слезал все. Прожевал, подумал и кивнул.

Ужин я умяла чуть ли не быстрее его. Ведь когда много приходится пользоваться силой, аппетит просыпается зверский. Да и нервы вредны для фигуры. В плане того, что стресс заесть — милое дело.

А вместе с пищей пришла и мысль дельная.

Зеркало отзывчиво моргнуло, посылая вызов.

— Чего тебе? — ласково и нежно приветствовал меня подпольный торгаш запрещенными и не очень ингредиентами для зелий Косой Торш. Прозвище он получил вовсе не из-за дефекта зрения, а потому что, когда первый раз удирал от законников, в столб врезался и в придорожную канаву свалился. А утром оклемался и вылез. — Крылья розовых мотыльков кончились. Вытяжка из жабьих желудков стухла, надо новую делать. Бобровые жилы только завтра привезут.

Я тихонько впечатлилась набором для афродизиака и спросила:

— А пыльца черной розы есть?

— Тю, за таким тебе не ко мне, Миладка. Загулять решила на природе-то?

В этот момент, привлеченный мужским голосом, в окно, с которого предусмотрительный домовой уже снял шторки, пролезла драконья морда.

— Ик, — выдал Косой Торш. Но торгаш в нем не дремал. — Я достану тебе целую тонну пыльцы, — с жаром пообещал он.

Я представила огромную гору, которая скроет избушку вместе с крышей, и хрюкнула.

— А взамен…? — То, что он попросит какую-то часть дракона, это понятно. Вопрос, как добыть?

— Слюна, — обрадовал меня Косой Торш. — Мне много не надо.

— Мне тоже, — аккуратно намекнула я на размер благодарности. — Держи ящик наготове.

Незаконный делец радостно заблестел глазами, но честность в его теневой торговле — это залог жизнедеятельности.

— Давай завтра в обед, — явно борясь со своей жаждой наживы, проскрипел он сквозь зубы. — Я как раз пыльцу достану.

Дракон слушал нас внимательно, а под конец и ухмыляться начал. Я зябко поежилась, как-то слишком чутко я на него реагирую. Непорядок.

Занырнув в сундук по пояс, я долго гремела банками, выбирая самую вместительную. Неожиданно в попу ткнулось что-то горячее. Я подпрыгнула, вредный сундук охотно опустил крышку, прихлопнув меня, как муху.

— Милушка! — взволнованно крикнул Вальдемар, бросаясь на помощь.

Но ящер успел раньше. Прихватив зубами за мягкое место, меня выдернули из капкана, чудом оставив кожу на теле.

— Хам! — объявила я дракону. Придумал тоже, спасать за попу! А ведь наверняка носом ткнул, чтобы напугать!

На меня обиделись. А как еще интерпретировать, что мной плюнули? Для ведьмы это, бесспорно, достижение, апофеоз карьеры, можно сказать, а вот как человеку — не очень приятно. Я даже подулась. Целых две минуты.

Мое явление с банкой в обнимку дракон предпочел игнорировать, демонстративно повернувшись задом. Но когда ведьму останавливали несущественные мелочи? Обойду, мне несложно.

Водрузив на землю тару, я приказала ящеру:

— Плюй.

Дракон наклонил голову и рыкнул. Извинений требует, наглец!

— Плюй для общего дела, — я ткнула пальцем в направлении банки и ногой топнула. — Хочешь, чтобы я Слово вспомнила? Вот и плюй.

Я никогда не задумывалась, почему драконья слюна такой дефицитный ингредиент. Но, глядя на лопнувшую от огня банку, стала понимать. Ящер тоже озадачился. Стоим мы над черным выгоревшим кругом и думаем.

— Ты вообще плеваться умеешь? — с тоской и обреченностью спросила я.

Ящер мотнул головой.

— Беда, — рука сама потянулась к затылку, хотя я целый год отучалась от этой дурной привычки. — Слюна нужна позарез. Может, ты откроешь рот, а я тряпкой или скребком соберу?

Предложение не нашло отклика в суровой драконьей душе. Но ящер у меня с фантазией.

Стою я, закрыв глаза, смертельные проклятия про себя повторяю — успокаиваюсь как могу. Помогает не очень.

— Вальдемар, — прошипела я, не разжимая губ, — банку срочно. Собирай с меня слюну!

Да-да, этот паршивец облизал с ног до головы скромную и воспитанную ведьму. Тщательно. Языком своим длинным.

Стою я и ощущаю себя новым видом — ведьма оплеванная. И не придерешься, сама попросила!

— Так, — заявила я после экзекуции, — баню топить времени нет, я пойду топиться.

Вальдемар прижал к груди банку с ценным ингредиентом и по-доброму посоветовал:

— Полотенчико прихвати. Да и от гнуса защиту не забудь.

До местного озера, которое именуется непонятно за какие заслуги, Великое, я добралась под напряженное сопение топающей тушки дракона сзади. Того мое заявление о самоликвидации посредством откровенно воняющей тиной воды взволновало, и отпускать одну ведьму он отказался наотрез.

Луна кокетливо выглядывала из-за облаков. Светлячки охотно впархивали, освещая тропинку. Гнус настойчиво жужжал. Со стороны может показаться, что ведьма дракона на какой-то запрещенный обряд ведет.

Пологий берег, заросший густым кустарником — это мое место. Деревенские предпочитают другую сторону с мостками. Но там и ила больше, и пиявок. А я не люблю конкуренток, пусть даже это кровососущие черви. Мы их в школе столько резали, что, мне кажется, тут уже личные счеты начались — стоит зайти в воду, как на меня набрасывается сразу толпа.

Одежда с влажным «чпок» упала