Его невыносимая невеста - Натали Палей

— Они погибли. Много лет назад, — сдержанно ответила, мысленно обозвав Честона бесцеремонным чурбаном. — Моим опекуном стал дядя — лорд Мейсон. Он приютил меня с бабушкой, матерью отца. Но и бабуля покинула меня три года назад.

— Значит, лорд Мейсон — твой опекун до того момента, как выйдешь замуж.

— Или до того, как получу диплом и жетон мага, — зло фыркнула я. В нашем обществе у женщины всегда должен быть опекун. И только магичкам они не нужны.

— Кем он тебе приходится?

— Двоюродный брат моего отца.

— Тогда не будем терять время. Пойдем уговаривать твоего опекуна согласиться на нашу помолвку. А позже, по дороге в столицу, немного расскажем друг другу о себе.

Ричард Честон будет уговаривать? По-моему, он умел только приказывать. Или это он так пошутил? Видела я низкие поклоны дяди, который находился в ужасе от того положения, в котором оказался из-за интриг жены.

Парень поднял саквояж и открыл дверь, пропуская меня вперед. Я вышла и резко остановилась — в коридоре нас дожидался лакей.

— Я провожу вас, ваша светлость, — низко поклонился мужчина. — Лорд Мейсон ожидает вас в кабинете для беседы.

— Веди, — холодно проронил Честон, и от его тона я поежилась. Мой саквояж он уверенно передал лакею.

Тот пошел вперед. Мы за ним.

Я шла по коридорам роскошного дворца Мейсонов и размышляла над тем, что за много лет он так и не стал мне домом. Наверное, с самого начала я воспринимала его, как временное пристанище, в котором проводила летние и зимние каникулы.

Моя комната находилась далеко от господских комнат. В крыле прислуги. Поэтому к дядиному кабинету лакей вел нас минут десять.

Когда дошли, слуга постучал, дождался разрешения войти, широко распахнул дверь и снова поклонился Ричарду.

Мой будущий жених пропустил меня вперед, а после зашел сам. Кроме лорда Мейсона внутри кабинета оказалась леди Мейсон. Злые глаза на бледном и спокойном лице выдавали её. Если бы взглядом можно было убивать, я первой упала бы замертво. Честон — вторым.

3.2

— Ваша светлость, — дядя поднялся со своего кресла, приветствуя Честона и игнорируя меня.

Высокий, стройный и элегантный, с темными до плеч волосами, он всегда выглядел представительно и внушительно. И мало кто знал, что жена и дочь вьют из него веревки, а последнее слово всегда остается за леди Мейсон.

— Милорд, — Честон на приветствие дяди едва кивнул, явно показывая свое неудовольствие.

— Кимберли, куда ты собралась? — ледяным тоном процедила леди Джулия.

Недовольным взглядом она мазнула по моему саквояжу, который лакей аккуратно поставил у стены, по университетской форме и вопросительно уставилась на меня.

— В университет, — сдержанно отозвалась я, не отрывая глаз от мгновенно застывшего ледяной маской лица.

Леди Мейсон выглядела, как и всегда, безупречно. Элегантное платье из бордового тонкого атласа очень шло ей, изысканные украшения дополняли образ. Светлые волосы были уложены в любимую ею высокую, пышную прическу.

— Думаю, в университете тебе больше не стоит появляться, — вкрадчивым голосом проговорила тетя. — О твоем позоре скоро станет известно, и ректор не потерпит гулящую девицу в стенах своего детища. Твое отчисление — дело времени.

— О каком позоре вы говорите, миледи? — с невозмутимым выражением лица вмешался Честон, не давая мне ответить.

— Ну как же, ваша светлость? — Леди Мейсон перевела на него взгляд. — Кимберли заманила вас в свою комнату в надежде заставить жениться на ней. Но не сомневайтесь, она поплатится за свое бесстыдное поведение…

— Хватит. Замолчите.

Голос Честона прозвучал тихо, но с такой властной интонацией, что моя тетя, которой никто и никогда не перечил, даже её супруг, резко осеклась.

— Что за нелепицу вы сейчас несете? — выделяя каждое слово, тихо проронил Ричард.

— Но… Кимберли… соблазнила вас…

— Нет. Все было совсем не так. — Честон покачал головой и мягко взглянул на меня. — Ким, милая, присядь, пожалуйста. Похоже, нас ждет долгий и непростой разговор с твоими родственниками.

Ричард отодвинул для меня один из стульев с высокими спинками, приглашая сесть. И я села, с трудом сохраняя спокойное выражение лица. Внутри меня бурлили эмоции и требовали выхода, но Ричард вдруг присел рядом и положил ладонь на мои сцепленные в замок пальцы.

Я совсем не ожидала от него подобного участия, поэтому резко напряглась. Но уже в следующее мгновение заставила себя расслабиться и подняла голову. И сразу натолкнулась на потрясенный взгляд тети Джулии. Серые глаза женщины будто увеличились в несколько раз.

Дядино же лицо чуть вытянулось и побледнело.

— Буду краток и информативен, поскольку тороплюсь в университет на встречу с ректором. Когда утром вы так бесцеремонно заявились в комнату, в которой я ночевал, я успел прочитать ваши мысли. Никто не ожидал меня увидеть и не закрылся. Поэтому я знаю, что Кимберли невиновна. Впрочем, как и я.

В первую секунду после услышанного тетю будто перекосило — то ли от злости, то ли от растерянности.

— Однако, как джентльмен, я готов жениться и дать девушке, которую по вашей вине опозорил, свое имя. И прошу ее руки. Кимберли согласна.

— Согласна⁈ Вы спятили⁈ — прошипела тетя, не владея собой. — Собрались жениться на этой… девке⁈

— Держите себя в руках, леди! А свой язык — за зубами! — рыкнул Честон, и я вздрогнула вместе с испуганными родственниками. — Вы говорите о моей невесте. О будущей герцогине Вирской!

Ричард холодно уставился на лорда Мейсона и ледяным тоном процедил:

— Угомоните супругу, сэр. Иначе это сделаю я.

На некоторое время в кабинете воцарилось тяжелое и гнетущее молчание.

— Миледи, полагаю, нет причин отказывать его светлости… — лорд Мейсон выглядел подавленным и сбитым с толку.

— Наш ответ «нет», ваша светлость, — твердым голосом отчеканила леди Джулия, прерывая мужа, а её супруг от неожиданности слегка вздрогнул.

— Дорогая! — глухо пробормотал дядя. Уже зная его много лет, я поняла, что он растерян и шокирован поведением жены.

Некоторое время Честон смотрел в серые глаза тети Джулии, и та не отводила своих; злости и решительности в них появлялось все больше и больше.

— Это неправильный ответ, миледи, — спокойным голосом возразил Честон. — Он меня не устраивает.

— Мы имеем право вам отказать, — сквозь зубы процедила женщина.