Стихийная практика - Юлия Викторовна Журавлева

— На самом деле он у нас ручной и послушный, — вступился за волкодава Ян. — Просто молодой, веселый и активный.

— А еще энергичный, неугомонный и шебутной, — со смешком добавил Арчи, снимая перчатки.

— Вот-вот, — страдальчески поморщился целитель. — Я и так ноги еле передвигаю, а еще с ним бегать…

— Ладно, мы с Дел его выгуляем, не переживай, — успокоил его управляющий. — Да, Дел?

И если минуту назад уставшая Адель не горела желанием бегать с волкодавом, то теперь ответила незамедлительным согласием.

Все-таки кое-что хорошее в ее ошибках имелось: сегодня она целый день провела с Яном! Правда, пообщаться толком не получилось. Да и, кроме Яна, с ними был ворчащий Фред, Арчи, которому управляющий уделял куда больше внимания, чем ей, и примерно сотня грызунов. Столько мышей и крыс Дел никогда в руках не держала. Она их раньше вообще не держала, а сегодня выполнила норму на всю оставшуюся жизнь.

Но, несмотря на усталость, готова была гулять и с волкодавом, и с василиском, и с мантикорой, и с кем угодно еще, если при этом с ней будет Ян.

Ведь, не считая волкодава, они будут вдвоем. И это уже почти свидание.

4. Вызвать восхищение

О том, как проходят свидания, Адель имела весьма смутные представления. В пансионе были только девочки и наставницы, там при всем желании на свидания не побегаешь. В Академии, напротив, разнообразия хватало и вниманием противоположного пола Дел была не обделена. Но на свидания ни с кем идти не хотелось.

От более подкованных в этом плане подруг Дел слышала, что свидания обычно проходят в романтичной обстановке где-нибудь в кафе, в театре или на выставке. В целом размеренная прогулка по городу тоже засчитывалась.

А вот бег с препятствиями за волкодавом (хорошо, что не «от»!) назвать свиданием не получалось даже с большой натяжкой.

Страж — так звали последнего непристроенного щенка, ростом почти с Дел, — был невероятно активным и обожал гулять, играть, бегать за разными предметами, прыгать на людей, валять их и облизывать. Ян, отбиваясь от очередного облизывания, со смехом рассказал, что команда сотрудников зоопарка сделала все, чтобы волкодавы выросли максимально дружелюбными. И, кажется, немного переусердствовали.

— Стража теперь никто не хочет брать, — пояснил он, гладя пса, так радостно виляющего хвостом, что все его поджарое тело ходуном ходило. — Какой из него охранник? Он разве что залижет вора до смерти.

Дел отбиваться от ласкового и любвеобильного волкодава было еще сложнее — его морда находилась почти на уровне ее лица. Страж, принося палочки, напрыгивал на Яна, ставя лапы ему на плечи и возвышаясь над ним на всю свою немалую голову. Если не знать, что это самый добродушный в мире арнаудский волкодав, то выглядело жутко.

А когда волкодав входил в раж, глаза у него начинали полыхать алым, шерсть вставала дыбом, выпуская из загривка острые шипы. И пусть агрессии он все равно не проявлял, справиться с ним становилось все труднее.

Увлекшись, Страж напрыгнул и на Дел, повалив девушку в траву и радостно гавкнув.

— Так! Отошел! — Ян тут же взял совсем уж разыгравшегося пса на поводок и оттащил подальше. — Дел, ты как?

— Нормально, — отозвалась Адель, вставая и потирая спину и ниже.

Синяки точно останутся. Правда, кто их там увидит?

— Все, разбойник! В вольер к маме с папой! — объявил управляющий и потащил волкодава обратно.

Вольер у них был немаленький, там поместился небольшой лесок и прудик. Но псу все равно требовался дополнительный выгул, а также игры и взаимодействие с людьми, чтобы не одичать и не забыть команды.

Дел собрала все пожеванные и погрызенные игрушки в мешок и пошла вслед за Яном и Стражем. Набегавшаяся, растрепанная и повалявшаяся на траве, она вряд ли выглядела пристойно. Хорошо хоть одежда сегодня на ней удобная и немаркая. Самое то ловить крыс и гулять с волкодавом.

Правда, вряд ли в таком виде реально кого-то очаровать…

Завтра нужно прийти в красивом платье. И главное — точно больше не ошибаться! Вообще!

— Ты какая-то грустная, — заметил вернувшийся в кабинет Ян. — Тебе не понравилось гулять со Стражем?

Сам Ян выглядел так, будто совершил марш-бросок через лес и болото. Именно он принял на себя основной удар: волкодав от души извалял его в земле и траве, заставил носиться за собой через неглубокий декоративный пруд и обнимал грязными лапами.

Но Яна собственный вид совершенно не смущал. И, надо отдать ему должное, даже такой, чумазый и растрепанный, он все равно оставался красавчиком. Дел с трудом отводила от него взгляд.

— Нет, мне все понравилось! Было весело!

Правда весело.

Но отчего-то все равно грустно. Такой близкий Ян оставался для нее по-прежнему очень далеким.

— А завтра будет еще веселее — как засядем за бумаги! Ух, развлечемся! — рассмеялся управляющий, пятерней убирая с лица упавшие на глаза пряди.

Дел кивнула.

— Тогда до завтра!

— Пока!

Ян остался переодеваться, а Адель ушла из зоопарка ловить экипаж — возвращаться пешком в таком виде было совсем недопустимо.

Ничего, завтра она явится во всеоружии! И не сделает ни одной ошибки!

Во всяком случае — очень постарается…

Утром Дел в очередной раз встала в несусветную рань — она так рано даже на учебу не вставала, но красота требовала жертв и времени. Красивое платье, укладка, дневной макияж — Адель была готова к покорению вершины по имени Ян Вируа.

Но на всякий случай вчерашнюю тренировочную форму тоже взяла, мало ли, опять придется ползать в кустах и валяться в траве. Платье этого точно не переживет.

Кабинет встретил ее тишиной — Ян еще не пришел — и горой документов на столе. Ну что ж, для начала покорит гору документов, а там и до Яна дело дойдет.

Зато у нее имелась помощница — химера Тори сегодня спала в кресле и с радостным мявом побежала встречать потенциальную кормилицу. Зная, что полосатая не отстанет, Дел нашла ее миски с кормом и под громкое чавканье села разбирать корреспонденцию.

Ян появился как раз к окончанию разбора, когда письма, прошения, накладные и счета лежали по разным стопкам.

— Привет! — бодро поздоровался управляющий, который не вставал с рассветом, чтобы навести марафет. — Отлично выглядишь.

Дел зарделась: ее старания не остались