Пышка в (с)Аду, или Кажется, Темный Властелин попал - Екатерина Руслановна Кариди

Некоторое время Темный Властелин смотрел на нее, и глаз у него как-то странно подергивался. Потом резким жестом подхватил с земли обезглавленную тушку и ушел в замок.

***

Эт-та фея!..

Герберт ушел, потому что за себя не ручался.

Если бы не ответственность перед оракулом и, черт бы его побрал, Светлым братцем! Это была вопиющая несправедливость, что Анард живет в свое удовольствие, а он должен терпеть эту фею.

Которая уже превратила его жизнь в форменный ад. Герберт мысленно сплюнул, такое раздражение вызывала у него тавтология. Это пусть кто угодно называет невыносимые условия адом, а у него Ад комфортный. Для него.

На всех остальных Герберту было плевать.

Но оракул же должен был вмешаться и все опошлить. Он вспомнил слова жреца: «Подходит в жены для вас обоих», и его аж затрясло. Почему Анард проводит время с готовыми на все красотками, а он…

Хотя нет, Герберт терпеть не мог этих прилипчивых девиц, с какой-то радости решивших, что он, увидев их голышом, должен быть очарован. В отличие от них, фея…

Да, была далека от стандартов красоты, но в ней было что-то… Глаза – напомнил он себе. И она, во всяком случае, не лезла к нему в постель!

Но она же влезала везде!

И умудрялась все опошлить! Что значило это ее заявление: «Я не позволю обижать животных»?! Ему что теперь, и нечисть не трогать? И никого не забить себе на обед?! Что ему тогда есть?!

Мелькнувшую было мысль о борще, которым она кормила зомби, Темный Властелин отмел с ходу. Хотя пахло неплохо. И, вероятно, было съедобно, потому что его подчиненные зомби, когда он явился в столовую, лихо стучали ложками.

Вспомнил о зомби и разозлился еще больше.

Когда ему что-то нужно, не дозовешься этих бездельников. И у них руки-ноги отваливаются, если нужно поработать. А как что-то понадобилось ей, явились все. И все работали, ничего не отваливалось!

И вообще, чем дольше он об этом думал, тем больше у него возникало желание прекратить все это. Сейчас Герберт дошел до своего кабинета, тушку «птички», которую он принес, зашвырнул в камин, пусть жарится на углях.

А сам решил вернуться и прояснить кое-что.

Он уже проговаривал про себя, как скажет:

- Послушай, фея. То, что я терплю тебя здесь, не дает тебе никакого права…

Прокручивая эти мысли, он преодолел несколько пролетов бесконечных лестниц, спустился во двор и уже готовился высказаться. Но феи там не было!

ГДЕ? Неужели ушла?! – стал оглядываться Герберт, испытывая странное двойственное чувство.

И тут он увидел розовый сарафан, мелькнувший вдалеке. Впервый миг, испытал успокоение и внезапное довольство, хотя этому не было никакого разумного объяснения.Он даже выдохнул с облегчением, что фея нашлась. Однако в следующий миг Герберт разглядел рядом с ней целую цепочку зомби и внезапно понял, КУДА эта цепочка движется.

Эти… У него просто не хватало слов. Решили отвести ее в грот?!

Хах! Хотелось бы знать, что собиралась делать фея в гроте?

Он застыл, морщась и уперев руки в бока, потом тоже направился туда. Но из чисто научного интереса.

Глава 4

Подумать только.

Птичку, просто взял и без всякой жалости зарезал на глазах у остальных. Ну и что, что нечисть, они тоже живые, у них нервный стресс. Вон, как сбились за ней в кучку и тряслись от страха, кося вытаращенными глазками Темному Властелину вслед. А Вику до сих пор трясло от возмущения.

Настоящий варвар. Чудовище. Она еще собиралась ему припомнить жестокое обращение с животными.

Потом вспомнила про зомбиков и обернулась.

А те стояли, примолкнув, и косились то на нее, то на удалявшуюся мощную спину хозяина этого дурдома. Вика сделала для себя пометку разобраться, а сама спросила:

- Так где вы моетесь?

Нехорошо отклоняться от темы, надо все доводить до конца, и неважно, чем там Темный Властелин недоволен.

- М-мы? – жалобно проблеял Петя и слегка попятился.

- Ну да, - она уперла руки в бока. – Вы же где-то должны мыться.

Тут зомбики, совсем как та птичья нечисть, сбились в кучку и с ужасом уставились на нее:

- За что? Не надо нас наказывать…

Вика и без того была на взводе, а тут просто закатила глаза и подумала: «Крепись, Персикова». Хорош Темный Властелин. Значит, еще и жестокое обращение с персоналом?!

- Никто вас наказывать не будет, - сказала она твердо. – А теперь показывайте. Где у вас тут моются.

Сначала крайне неохотно, потом ее все-таки отвели в какой-то грот. Такой большой и мрачный, как тут все. Стены в наплывах, с потолка свисали каменные сосульки сталактитов, а пол был усеян странными катышками и жирной пылью. Приходилось пробираться на цыпочках, Вика вообще подобрала сарафан, чтобы не запачкаться.

- Это вот тут у вас моются? – спросила сердито.

Антисанитария же кругом!

В гроте как-то очень подозрительно пахло купоросом и не только. А из-под земли вырывались небольшие вспышки пламени и змейки газов.

Но когда они таки добрались до «воды» стало ясно, в чем дело. В центре грота было булькающее и дымящееся озеро серной кислоты. Все это явно подогревалось снизу и подсвечивалось багровым огоньком.

- Вот… - выдохнул Петя и, трясясь всем телом, показал на озеро.

Это тут он заставляет их мыться? Теперь понятно, почему они в ужасе.

- Так, не бойтесь, - начала было Вика. - Ничего не…

И осеклась.

Потому что в грот вошел Темный Властелин собственной персоной. Смерил их насмешливым взглядом, а потом…

О, у Вики не было слов.

Он стал раздеваться. Неспешно так, по-мужски грациозно, у нее даже отвисла челюсть. А потом нырнул с головой в эту адскую купель. Проплыл до противоположного берега, вынырнул, отфыркиваясь, и уселся по пояс «в воде». Одну руку положил на колено, другой лениво перебирал что-то. Вокруг вился теплый пар, на его гладкой коже блестели отблески огня.

Она так и таращилась на его широкие плечи и кубики на его голом торсе, пока он не взглянул ей в глаза, снисходительно усмехнувшись.

Персикова тут же закрыла рот и отвернулась.

И кстати, неожиданно заметила кое-что.

Справа, как раз в нескольких шагах от кромки этого булькающего и подсвеченного изнутри багровыми огоньками маслянистого озера, белела горка из крупных матовых кристаллов какой-то соли. Из-под которой вытекал тонюсенький ручеек прозрачной, совершенно чистой воды. И все это собиралось в