Нежеланная для принца драконов - Надежда Игоревна Соколова

другой комнате. Когда экономка со служанками прибежали на шум, они вряд ли ожидали застать меня в живых. И потому, гм, удивились. Сильно удивились. Аж посерели от удивления. Кокон к тому времени исчез. Так что я могла спокойно командовать.

— Завтра пригнать крестьян и все тут починить, — приказала я. — Мебель можете не покупать. Этим займемся позже. Найдите спальню, которая не затронута психами моего мужа. И отведите меня туда. Эй! Прием! Меня слышно? Да? Ну тогда выполняйте, не стойте столбами.

Прислуга предпочла побыстрей сбежать. Правда, мне удалось отловить одну излишне резвую служанку, буквально за подол. Она-то и провела меня в другую спальню, подальше от моей, разрушенной.

Там-то я и рухнула в постель, в чем была, да. Ну а что делать, если один идиот сжег все мои вещи вместе с мебелью? В общем, пришлось спать в домашнем платье.

Правда, предварительно я от всей своей щедрой души пожелала этому гаду икать. Долго. Часто. Да так, чтобы ни говорить, ни есть, ни пить — ничего делать не мог.

Пусть помучается, псих нелеченый.

Уснула я быстро. Практически сразу же вырубилась. Снились мне икающе-орущие драконы, которые меня свою форму, как желе, перетекая из одного существа в другое.

Собственно, под икающий ор я и проснулась. Сначала не поняла, в чем дело, что за аккомпанемент. Затем открыла глаза. И захотела сразу же их закрыть.

По спальне метался муж. Угу, тот самый, который ночью превращался в огромную тушу. И, в отличие от меня, он был элегантно одет. Впрочем, как и всегда.

— Убе-ик-ри! Ик! Лин-ик-да! Ик! Убе-ик! — ри!

Дошло до меня далеко не с первого раза. А уж когда дошло…

— И вам доброе утро, — я зевнула. — То есть вы знаете, как меня зовут, да? Внезапно. Хоть и не скажу, что приятно. А убрать что? Икоту? Так это вам наказание за сожженные вещи. Мои вещи, между прочим, не ваши. И в чем мне теперь ходить? В одном платье и одном нательном белье, ну спасибо, приласкали. Ну вот не надо, не надо рычать. Иначе к икоте добавлю чихание. Такое же частое. Уверяю, вам понравится.

Рычание, внезапно начавшееся, так же внезапно прекратилось.

Меня боятся? Ой, как приятно.

— Стер-ик-ва! — выдал раздраженно муж.

— Да, представьте себе, — кивнула я. — Поживешь с вами — не только стервой станешь. Вы вообще когда-нибудь о ком-нибудь думаете, коме себя красивого? Впрочем, можете не отвечать. Это был риторический вопрос. И так видно, что вам на всех начхать.

Я поднялась, потянулась, поймала на себе жадный взгляд мужа, качнула головой.

— Вы и правда думаете, что я мечтают лечь с вами в постель? Боги, какое же все-таки у никоторых мужчин завышенное самомнение. Кстати… Вы представиться не хотите? А то я понятия не имею, как вас зовут.

Алое пламя в глазах на меня впечатления не произвело. Попсихует и успокоится.

— Ар-ик-чи-ик-бальд!

— Арчибальд… — задумчиво протянула я. — Арчи, значит. Ну, и как вам, Арчи, спится по ночам? Совесть не мучает после всего сотворенного?

— С…

— Стерва, я помню. А у вас сколько постоянных любовниц? Две? Три? А временных? С которыми вы развлекаетесь, не думая о жене?

Муж внезапно щелкнул пальцами. И меня затянуло в портал. Да, именно затянуло. Я куда-то летела, визжала и желала. Очень многое желала своему ненаглядному муженьку.

Вылетела я в непонятном месте, больше всего похожем на взбесившийся салон красоты, по незнанию смешанный с ателье. Всякие стойки, сиденья, в том числе и разложенные горизонтально, манекены с платьями и без, две перепуганных, как и я, администраторши за стойкой…

И злобный муж, отчаянно пытавшийся материться, но при этом не только икавший, но и постоянно чихавший.

Он выскочил из портала следом за мной и теперь буквально расщеплял на молекулы взглядом все, что попадалось ему под руку. Включая администраторш, угу.

— Лин-ик-чхи-да-ик-чхи! У-чхи-бью-ик!

Да что ж он так ревет? Словно не выспавшийся медведь!

Об оре подумала не только я — из соседней комнаты вышла в наше многострадальное помещение высокая худощавая красавица с длинными зелеными волосами, раскосыми глазами и улыбкой во все существующие во рту зубы.

— Что за?.. — начала было она, не удостоив меня и взглядом. И правильно, кто я ей? Так, букашка. Еще и плохо одетая, к тому же. Но вот моего муженька она увидела и сразу вся преобразилась. — Ваше высочество! Какая приятная встреча! Что прикажете?..

— Чхи! Ик! У-ик-бью! — и орет, не переставая.

Глава 8

Зеленовласка, видимо, поняла, что такое заикание — это надолго, и потому достала буквально из воздуха вполне земные блокнот и карандаш и с поклоном протянула их моему орущему мужу.

Тот даже не взглянул на «подношения». Продолжая чихать и икать, щелкнул пальцами — перед ним появилась доска вместе куском чего-то, похожего на уголь.

Размашистым почерком муж вывел:

«Мою жену одеть, обуть, накрасить. Волосы уложить. Срочно! Если ей что-то не понравится, я вас на каторге сгною!»

На каторгу местным дамам не хотелось. Они все дружно побелели и с ужасом в глазах обернулись в мою сторону. Я подавила совершенно идиотское желание ухмыльнуться и помахать им рукой. Обойдутся. И так как в водевиле[1] живем.

— Ваше высочество, — кинулась ко мне зеленовласка, умудряясь каким-то волшебным образом кланяться на ходу, — что желаете? Какой фасон предпочитаете? Насколько ярко вас накрасить? Обувь должна быть с каблуком или без?

И тут я поняла мужа. Не оправдала, нет, но поняла. Пока эта трещотка пыталась меня задобрить, я только и думала о том, как хорошо было бы оказаться в тишине.

Зеленовласка, наконец, замолчала. И я спросила:

— У вас есть каталог моделей?

— Конечно, ваше высочество, — снова закивала зеленовласка. И мне в какой-то момент показалось, что голова у нее все-таки отвалится.

Через пару-тройку секунд меня снабдили довольно толстым каталогом. И я углубилась в просмотр моделей и фасонов. Под аккомпанемент чихания и икания мужа. Он сам сидел в кресле у окна и выглядел, как тот цепной пес, у которого внезапно отобрали любимую кость.

Остальные продавщицы столпились поодаль, не решаясь без приказа приблизиться ни к одной из венценосных особ. А вдруг укусим?

Мне понадобилось минут сорок, чтобы выбрать фасон, донести нужные мысли до зеленовласки и «на выходе» получить элегантное, но слегка переработанное и улучшенное платье.

Темно-синее платье, сшитое из какой-то местной модной ткани, плотно облегало мое тело, прекрасно скрывая все недостатки и выгодно подчеркивая достоинства. Оно отличалось изысканным сочетанием простоты и стиля: рукава-воланы плавно ниспадали вдоль рук, придавая образу легкость