Житие попаданки. Лес - Дара Хаард

нее прутиком, зацепила за веревочку и подняла ввысь. Морда у кота была такая, словно он сейчас любимый жест внука сделает, рука-лицо. Бабушка иногда не понимала новомодные веяния, типа серьги в ухе, или окрашенный ядреным цветом клок волос, так что внук частенько прикладывал к лицу руку и тянул, «Ну бааа!» Теперь я не бааа, настроение как-то сразу ухудшилось.

Вот говорила себе, не вспоминай родных…шикнула сама на себя. Умерла так умерла, все! Живи тут и радуйся, что у тебя молодое тело и мозги работают.

Я покачала медальку туда-сюда, а кот, следя за мной, настороженно чего-то выжидал. Вот разумная скотинка, по глазам вижу подстава какая-то. Вздохнула и быстро, чтобы не передумать ухватила пальцами медальку думая, что в любой момент смогу ее выкинуть.

Медалька к пальцам прилипла, а потом под мой удивлённый возглас расплавилась прямо там на пальцах, и со вспышкой впиталась в мою руку. Не больно, но страшно.

‒ Мать чесная! ‒ Я больно упала на задницу и даже попыталась отползти подальше от кота, который встал и шел ко мне. ‒ Дурында как есть дурында, ‒ мои мысли текли медленно, ‒ столько лет прожила, а разум не нажила, сейчас съест.

‒ Да не съем я тебя оглашенная. Что за токмо пошли, глупые как котята.

‒ Чего? ‒ В тело вернулась двигательная функция и я быстро отползла подальше от кота. Ростом он был с теленка, а если вспомнить его мамашу в ту темную ночь, то расти ему еще и расти. Вблизи стало лучше видно, что шерсти на нем нет. Небольшие пластинки золотистые, да чешуйки черные, похож он больше на робота, а не живое существо. Кот поморщился, но не буквально, а эмоционально, а я ошарашенно смотрела на него.

‒ Ты кто? Как я тебя слышу? Я ведь тебя слышу?

‒ Тихо! ‒ рявкнул кот, ‒ я и так с тобой столько времени потерял.

‒ Молчу, ‒ я даже рот прикрыла рукой. Все это так выбивало из нормального видения мира, что я постаралась не думать, что разговариваю с животным… мысленно разговариваю.

‒ Ты токмо, вас иногда из…‒ кот запнулся, ‒ сюда перекидывает.

‒ А такие токмо еще есть в лесу, ‒ не стала я переубеждать кота, что я человек. Сама уже с этими лианами сомневаюсь.

‒ Тихо говорю я тебе, сейчас вводную инструкцию выдам, а там сама, в поселение я тебя не поведу, ‒ кот посмотрел на мои лианы и даже немного оскалился, но я поняла, что они ему не нравятся.

‒ Как не поведешь, а как же я жить тут одна буду?

Кот мысленно вздохнул, потом словно выдал.

‒ Когда напал айфар, мама послала зов о помощи и пришла ты, но ты не помогла, ‒ кот фыркнул, ‒ айфар убил главу наир, мне нужно идти в поселение и сказать, чтобы выбирали другого главного.

‒ Так там, что коты живут не люди?!

‒ Я не кот, я наир, ты не люди, ты токмо.

‒ Я совсем запуталась, ‒покачала головой

‒ Скоро все поймешь, ‒ сказал кот. ‒ Это ЛЕС, мы живём в нем испокон веков, наиры и такие, как ты, токмо. Иногда приходят новые токмо, они ничего не понимают и не помнят, мы наиры находим их в Лесу, отводим в поселение. Там их учат и помогают. Так, всегда было — это закон.

‒ Так веди меня в поселение, ‒ я даже вскочила от избытка чувств.

‒ Нет! ‒ кот попятился от меня, ‒ ты неправильная токмо, ‒ его расширенные глаза уставились на лианы, ‒ ты носишь на себе врага.

‒ Что, ‒ я удивилась, ‒ лианы, что ли, так я их сниму.

‒ Нет! — кот опять чуть отодвинулся от меня, ‒ мне нужно будет показать, как я тебя нашел, рассказать все, а потом тебя убьют.

Я села опять на попу и ошарашенно смотрела на наира, а тот продолжал:

‒ Таких неправильных всегда убивают, нельзя трогать стража, они враги всех. А ты… ‒ кот даже не знал, как меня охарактеризовать, ‒ значит ты тоже враг всем.

‒ Я не враг!

‒ Тебя не убивают стражи, ‒ наир покачал лобастой головой, ‒ значит ты их хозяйка, а все из ГОРОДА враги тех, кто живет в ЛЕСУ!

‒ Здрасти тут еще и город! Я наверно больше не хочу ничего знать.

Кот понял мои мысли буквально и поднялся, чтобы технично слинять, но я встрепенулась. Меня не хотят спасать, обвиняя в том, чего я не понимаю, значит, нужно вытянуть из него информацию по полной. Знания дороже теплого местечка в поселении, где тебя будут считать врагом и постараются убить, тут и лианы не помогут. Застрелят из лука и досвидание вторая молодость.

‒ Постой, ‒ я подняла руку, останавливая наира, ‒ ты сказал лес, город, что еще есть в этом мире. Я ничего не знаю, вообще. Не хочешь вести в поселение, хотя бы расскажи, кого мне опасаться.

‒ Я сам мало что знаю, ‒ кот вздохнул, ‒ я не посвященный, совсем мало знаю. Тебе нужно было маму слушать, но она скорей всего тебя бы убила. Еще есть айфары, у них свой лес есть, но им все мало в наш ходят и воруют силу.

‒ Это ушастые такие? ‒ переспросила я.

‒ Да, ты видела его в первый свой день, твои стражи его убили.

‒ Не мои они, ‒ вяло отмахнулась от кота, вспоминая, как лианы связали меня и заставили прикоснуться к блескучей пятерне. ‒ А, кстати, что это все вообще, ‒ показала на домик и собранный в куче скарб, ‒ куда дом делся?

‒ Старый дом, никто не мог войти, враг строил. Ты теперь хозяйка этого места, оно твое. ‒ Кот как-то уныло фыркнул, ‒ Мне надо было тебя сразу убить, пока ты не стала хозяйкой.

‒ Давай с убийствами потом, ‒ перебила я страдальца, ‒ почему он исчез, дом?