Поцелуй убийцы - Хелен Харпер

— Он не был сверхом, — Колкахун пододвинула ко мне очередное фото. — Питер Пиковер, сорок два года.

Я посмотрела на фотографию. Пиковер сидел за столом, держа в руке шариковую ручку и серьёзно нахмурившись для камеры. На нём был костюм и галстук, бородка аккуратно подстрижена, безупречно уложенные волосы лишь немного поредели. Должно быть, полиция Хакни взяла это фото с сайта его компании или с LinkedIn.

(LinkedIn — социальная сеть для поиска и установления деловых контактов, — прим).

— Юрист? — предположила я.

— Госслужащий. Работал в Министерстве транспорта. Не курил, почти не пил, имел менее 50 друзей на фейсбуке и ни одного очевидного хобби. Разведён, детей нет. Похоже, Питер Пиковер ходил на работу, возвращался домой, ложился спать, а потом повторял ту же рутину снова и снова. Как будто и жизни у него не было.

Я подняла взгляд на Колкахун.

— Да, — сказала она. — Я тоже не купилась. Славная квартирка для зарплаты госслужащего. И никакой жизни вне работы? — она покачала головой. — Он что-то скрывал. Но связано это с его убийством или нет, это уже другой вопрос.

Она махнула в сторону своих коллег, которые склонились на экранами компьютеров.

— Они этим занимаются. Если по Пиковеру можно что-то найти, они это найдут.

— Можно мне увидеть фото места преступления до того, как его тело увезли? — спросила я.

— Да пожалуйста, — Колкахун передала мне папку. Я открыла её и начала просматривать различные снимки. Пиковера нашли в кресле, голым, если не считать трусов. Его голова завалилась вперёд, и лысина стала более заметной теперь, когда волосы не были уложены для профессиональной фотосессии. Я обратила внимание на отметины на его руках и ногах; они выглядели как следы инъекций. Либо он был активным наркоманом, либо диабетиком, либо эти уколы связаны с тем, как изъяли его кровь.

— Пожалуй, вы захотите увидеть и это, — Колкахун достала фото лица Пиковера.

Я втянула вдох. Оно было аккуратно покрашено, как и пол. Меня передёрнуло.

— Что это на щеке? — спросила я.

— Ничего.

Я хмуро покосилась на неё. На левой щеке Пиковера виднелось место, которое не было покрыто кровью.

— На этом месте нет крови — там вообще ничего нет. Судя по остальному его лицу, похоже, это место намеренно оставили чистым.

Я отвела фото от себя, чтобы посмотреть под другим углом, и склонила голову набок.

— Это поцелуй, — сказала я внезапно. — Как след помады, только без самой помады.

Колкахун встала позади меня и снова посмотрела на фото.

— Нее. Я не убеждена.

Я проследила очертания пальцем.

— Это определённо поцелуй.

Она поморщилась.

— Ну, это пи**ец как странно.

С этим я спорить не могла.

— Может, вам стоит присмотреться к его бывшей жене, — предложила я.

Уголки рта Колкахун опустились.

— Я работала над многими жуткими делами и повидала много дерьма, но тут у меня реально плохое предчувствие. Очень плохое.

Она выглядела так, будто нуждалась в объятии, но я знала, что не стоит его предлагать.

— Тот, кто это сделал — больной ублюдок, — согласилась я. — Но ничто не указывает на сверхъестественную природу.

Колкахун не казалась удивлённой.

— Я бы всё равно была благодарна за письменный отчёт. Надо расставить точки над Ё.

Я слегка улыбнулась.

— Как же не любить письменные отчёты.

Мы обменялись взглядами взаимного отчаяния, и я встала. Я заняла достаточно её времени и не могла предложить в ответ ничего полезного.

— Я пришлю вам по электронной почте, как только вернусь в Отряд Сверхов.

— Спасибо.

Я помедлила.

— Но один момент не складывается.

— Продолжайте.

— Тот, кто убил Пиковера, собрал осколки стекла на месте проникновения. Старательно не разбрызгал кровь нигде, кроме пола. Забрал все иглы и другое оборудование, использованное при убийстве, не оставил после себя ни следа.

— Ага.

— За исключением ведра, — сказала я. — Единственное, что было выброшено — это ведро. Ничего больше.

— Мы проверили камеры видеонаблюдения, — сказала Колкахун. — Мы прочесали всю улицу, отыскивая частные камеры, муниципальные камеры, любые чёртовы камеры. Ничего. Абсолютно слепая зона, вероятно, одна из очень немногих в городе. Как будто убийца знал, что там его не заснимут.

— Может, и правда знал, — тихо сказала я.

***

Я припарковала Таллулу перед зданием Отряда Сверхов и позвонила Лукасу.

— Привет, — поздоровалась я.

— Д'Артаньян, — промурлыкал он. — Твой день проходит хорошо? — когда я не ответила сразу же, его голос сделался резче. — Ты в порядке?

— Да, да, я в норме. Просто… сегодня было немного мрачно. И кроваво.

Беспокойство Лукаса усилилось.

— В буквальном смысле кроваво? Сверхи замешаны?

— Нет, похоже, это чисто человеческое. Но было отнюдь не приятно. Сегодня немного задержусь, потому что мне нужно написать отчёт.

— Я буду в клубе. Приезжай и найди меня, когда освободишься.

— Непременно, — просто услышав его голос, я почувствовала себя лучше. Затем я заметила крупную фигуру, шагавшую по улице в мою сторону, и тепло внутри меня испарилось.

— Ты же знаешь, что я всегда могу послать кого-нибудь помочь с вопросами крови, — говорил Лукас в трубке. — Сдаётся мне, я до сих пор могу удивить тебя тем, что вампир способен узнать по гемоглобину.

— Я это ценю, — фигура приближалась. — Мне пора идти. Увидимся позже.

— Я люблю тебя.

Я мягко улыбнулась.

— И я тебя люблю.

Я повесила трубку, затем потянулась к арбалету, прежде чем выйти из машины. Я сняла с предохранителя и прицелилась.

Роберт Салливан остановился и поднял руки.

— Я не стану вновь нападать на вас, детектив Беллами.

— Оставайтесь на месте.

Швейцар Макс выглянул из-за двери отеля по соседству.

— Вам нужна помощь? — встревоженно спросил он. — Мне позвонить кому-нибудь?

Я не сводила глаз с Роберта.

— Нет, у меня всё под контролем. Спасибо, Макс, — я