Тролльхол - Полина Луговцова

которая вот-вот закачается. Обе створки дверей с тихим щелчком притворяются за ее спиной. «Паруса» сразу оседают и льнут к окнам. Рин решительно раздвигает их в стороны и восхищенно прищуривается на густо-синий простор, открывшийся перед ней. Лишь спустя пару секунд оборачивается, чтобы оглядеться. Сразу бросается в глаза то, что комната явно «мужская», хотя ей и пытались придать немного женственности с помощью кружевного покрывала на кровати и букета белых роз в простой прозрачной вазе на столе. Вся мебель — и этот стол, и шкаф, и кровать — выглядит так, словно ее сколотили из таких же досок, что и стены, а потом выкрасили одинаковой белой краской. Даже пол белый и совсем голый, за исключением пестрого крошечного коврика у кровати.

Просто маниакальное пристрастие к белому цвету!

Маниакальное… Это слово уже не впервые за сегодняшнее утро приходит ей на ум. Рин нервно стискивает кулаки и вдруг обнаруживает, что до сих пор держит свой чемодан за длинную выдвижную ручку, словно еще сомневается, что готова здесь остаться.

Прохладный воздух с моря тонкой струйкой вливается в приоткрытое окно, слегка колышет шторы и листву на стеблях роз, скользит дальше, кружит по комнате и окутывает Рин, уже пропитанный розовым ароматом. Она смотрит на цветы. Не может быть, чтобы мистер Айсберг распорядился принести их сюда. Скорее всего, это Фроя позаботилась. На душе теплеет от мыслей о том, что завтра она вновь увидится с улыбчивой домработницей, и ее сердце, озябшее в обществе мистера Айсберга, отогреется. Не так уж все и плохо, думает Рин, подкатывает чемодан к шкафу и наконец решается выпустить его из рук.

В кармане ветровки неожиданно оживает телефон. Рин вынимает его и, увидев на экране улыбающееся лицо Киры, отвечает на ее видеовызов.

— Ну, как ты? Вижу, уже добралась! — радостно кричит подруга, глядя куда-то за спину Рин. — Покажи-ка мне хоромы своего шведа! О, неплохо, неплохо. Обожаю такой стиль, изысканный минимализм. Что это там у тебя? Цветочки? Интересный поворот. А говорила, он предпочитает мужчин!

— Кира, тише! — Рин прикрывает динамик пальцами, опасаясь, что Юхан может услышать эти слова, и поспешно убавляет громкость.

— А он что, где-то рядом? — Кира стреляет глазами из стороны в сторону. — Вы будете жить в одной комнате?

— Да нет же!

— Вечно ты скрытничаешь! А еще подруга.

— Перестань.

— Запомни, не будет тебе с этим шведом счастья. Поматросит и бросит. Нарисуешь свою картину, и дуй домой, иначе я сама приеду и вытащу тебя оттуда.

— Кира!..

— Признавайся, вы уже?.. — Она многозначительно вскидывает брови несколько раз подряд.

— Да я его увидела всего лишь полчаса назад! Он приехал домой позже меня.

— А-а-а… Не встретил даже?

— Кира, хватит выдумывать! Он заказал мне картину, и на этом точка.

— Точка, не точка, а в вазе — цветочки! — Подруга подмигивает и продолжает изучать попадающее в камеру пространство вокруг Рин. — А вид из окна какой? На море? Покажи-ка. Ух, отпад просто! Красотища… Хотя, ну а толку-то, если это север, не поплавать, не позагорать.

— Мне и не надо. Я жару терпеть не могу, ты же знаешь.

— Тем более тогда не стоит там задерживаться. Зря ты вообще поехала. Вдруг он не заплатит?

— Заплатит. Мы подписали договор.

— А-а, да, помню, ты говорила. Европейцы, они такие, любят все оформлять документально. Для того и брачный договор придумали, чтобы добром с женами не делиться. Так что, даже не помышляй за него замуж выходить!

— Мне надоела эта тема, Кира. Расскажи лучше про свое замужество. Назначили дату свадьбы?

— Еще нет. Ему пока не до этого, он в творческом запое, весь ушел в свою картину, с головой. Там тако-ое… Он не показывает, но мне удалось подглядеть. Талантище, одним словом!

— Верю. А мои работы он показывал кому-нибудь? Их возьмут на ту выставку? — Рин наконец решается задать этот вопрос, волнующий ее уже давно.

Кира мнется, явно не хочет говорить правду и пытается придумать для нее что-нибудь щадящее. Конечно же, понимает Рин, картины не возьмут, зря спросила.

— Он говорит, что вопрос пока не решен. Позже уточню. Времени еще полно, выставка только через месяц.

— Ага… Ну, ладно. — Рин кивает.

Кира расплывается в жалостливой улыбке. А вот этого не надо. Рин не любит, когда ее жалеют. Бездарь, так бездарь! Не калека же. Странно, что Юхан так высоко оценил ее творчество и доверил запечатлеть на холсте свое родовое гнездо. Наверное, у него не самый изысканный вкус.

Кира неожиданно выпаливает:

— Знаешь, ты меня извини за шутки насчет шведа. Просто я знаю, что буду скучать по тебе. А вообще я могу тебя понять. Это ведь твой первый заказ, хоть какая-то востребованность, а то ведь уже сколько лет рисуешь для пыльных углов. Но молодец, что не бросаешь! Я уверена, что однажды ты напишешь свой шедевр.

— Наверное. — Рин становится как-то нехорошо. Кажется, что пол и впрямь, будто корабельная палуба, вдруг начинает покачиваться под ногами. Она прислоняется спиной к подоконнику, продолжая держать телефон перед собой.

В глазах резко темнеет. Рин думает, что у нее проблемы с давлением, но тут Кира меняется в лице, вскрикивает в ужасе и, тыча рукой в камеру, таращится в окно, находящееся позади Рин.

Темнота продолжает быстро сгущаться, однако становится ясно, что это происходит не в ее глазах, а в комнате. Рин резко оборачивается.

Все окно покрыто не то грязью, не то глиной, и чья-то рука продолжает с противным скрипом елозить по стеклам, размазывая жидкую липкую массу.

Телефон выскальзывает из пальцев Рин, падает на подоконник, отскакивает и летит на дощатый пол. Громкий стук и хруст разбитого экрана не привлекают ее внимания, она смотрит на оконное стекло, туда, где между чужих пальцев виднеется чей-то глаз.

4. Эбба

— Да что вы, никакой опасности нет! — для убедительности Фроя машет на Рин обеими руками. — Откуда здесь взяться хулиганам и маньякам? На острове живут одни старики, ну а среди них есть парочка чудаков, только они абсолютно безобидны, поверьте!

Рин смотрит на нее и с удивлением замечает, что шведка гораздо красивее и моложе, чем показалась ей вчера. Ее внешность очень портит красноватая обветренная кожа, вот в чем дело. Наверное, Фроя проводит много времени на свежем воздухе, и даже тогда, когда погода этому совсем не благоприятствует. Зато у нее прекрасные глаза. Сначала они показались Рин невзрачными, тусклыми, будто вода в застоявшейся луже, но теперь лучатся теплым светом, а в глубине видны серо-голубые крапинки, похожие на камушки в горном ручье.