Наследие Судьбы. Книга вторая - Дарья Владимировна Зубкова

то я не пойду в подобное заведение. А если хочешь меня унизить, то давай сходим куда ты решишь, но я буду сидеть и пить только воду.

— Не начинай. Терпеть не могу, когда ты так делаешь, — Влад громко вздохнул. — «Сицилия» так «Сицилия». Скоро буду на месте.

Я сидела на лавочке в центре города. Солнце уже скрывалось за горизонтом, но его лучи все еще ярко слепили глаза. Внезапно я увидела, как ко мне приближается высокая мужская фигура, отбрасывая на землю тень, заслонявшую лучи заходящего солнца.

— Могу полноценно поприветствовать тебя и сказать привет лично, а не по телефону.

Я отвлеклась от чтения недавно купленной книги и взглянула на подошедшего парня. Влад, как всегда, выглядел безупречно. На нём были его любимые черные очки, а в руках он держал букет белых роз. Невооруженным взглядом можно было заметить, как он устал и изможден.

В последний раз я видела Влада на Новый год. С тех пор он заметно изменился: стал более усталым и осунувшимся. Его должность главы клана светлых посланников Судьбы, несомненно, сказывалась на его физическом состоянии. Владу пришлось быстро адаптироваться и взять все дела в свои руки. На него легла огромная ответственность, ведь он был самым молодым Старейшиной за всю историю посланников Судьбы.

Каждый день Владу приходилось доказывать, что он достоин своего места и не уступает своим великим предкам. Влад не раз говорил мне, что если бы я осталась в числе посланников Судьбы, ему было бы намного проще справляться с обязанностями Старейшины. Но я всегда категорически отказывалась от подобных предложений, говоря, что об этом не может быть и речи.

Все эти могущественные люди, обладающие сверхъестественными способностями, напоминали мне о моих близких, которых я потеряла: о матери, об отце и о Славике. Боль от их утраты не позволяла мне спокойно находиться в стенах клана. Год назад я отошла от этих дел и полностью оборвала все связи с Судьбой.

Глядя на Влада, мне всё ещё сложно было поверить, что ему около тысячи лет. Сейчас передо мной стоит обычный парень, уставший от забот и мечтающий провести вечер в компании старого друга. Влад снял очки и протянул мне букет цветов.

— Это тебе. Не знал, какой у тебя любимый цветок, поэтому выбрал на свой вкус.

— Спасибо, — неуверенно ответила я, принимая букет из рук парня. — Но какой повод для цветов? И почему именно мне?

— А почему нет? Мы давно не виделись. Я хотел загладить свою вину за то, что так долго молчал.

— Ты мне ничем не обязан, чтобы извиняться. Да и кто я такая, чтобы требовать от тебя внимания? Особенно учитывая, что на тебе лежит ответственность за весь существующий мир и само мироздание, — я не смогла сдержать улыбки и посмотрела на Влада максимально дружелюбным взглядом. Влад наконец-то снял очки и позволил себе улыбнуться. — Не стоит оправдываться передо мной.

— Это не оправдание, а констатация факта. И я хотел извиниться за то, что из меня вышел хреновый друг.

— Не хуже остальных. Кроме тебя у меня нет других друзей, кто бы понял меня и знал всё, что я испытываю и что пережила. У тебя в этом вопросе явное преимущество.

— Твоя правда. Но лучше бы этого преимущества вовсе не было.

Мы оба замолчали, растерявшись от подобной темы разговора. Влад встал со своего места и протянул свою ладонь в мою сторону. Я заколебалась, но спустя несколько секунд взялась за протянутую ладонь.

— Спасибо. Ты сегодня сам не свой. Чтобы сам Старейшина Владислав Вальтерович проявлял задатки джентльмена. Это что-то новое для меня.

— Я впервые об этом говорю, но за этот год я устал от такой деятельности. Не знаю, как мой дядя справлялся с этим тысячу лет. Я всего год на этой должности, а уже чувствую себя словно выжатый до последней капли лимон.

— Может быть, это дело привычки. Кстати, как чувствует себя твой дядя? Ему лучше?

— Дяде лучше, но он всё так же сидит у себя дома и ни с кем не общается. Иногда он выходит на улицу и часами сидит на садовых качелях в одиночестве.

— Он… Он так и не смог смириться с потерей своего сына?

— Как и ты, дядя не может принять потерю только что обретенного сына. И, как и ты, он отказывается от любого проявления силы и отрицает пути судьбы. Все его представления о жизни, об устоях мира и о справедливости рухнули. Но я не понимаю, как он может быть таким слабым и ведомым. Дядя учил меня принимать все события и никогда не проявлять эмоции, как бы тяжело ни было. Но сам он не смог справиться со своей болью.

— Мне сложно его судить. Как видишь, я и сама стараюсь жить без всего этого, не признавая ваши правила и устои.

— Я помню твои установки. И я больше не осуждаю тебя за твои решения. Судьба наказала мне оставить тебя в покое и не пытаться вернуть в наши ряды.

— Так ты нарушаешь запрет Судьбы? Ты же глава клана и Старейшина всех посланников Судьбы! Какой пример ты подаешь остальным?

— Ты не поняла. Судьба сказала, что я не должен пытаться вернуть тебя к нам. Но общаться с тобой как с человеком мне никто не запрещал. Поэтому я не нарушаю её запретов.

— А если бы запретили? Ты бы прекратил наше общение?

Влад замолчал и отвел взгляд в сторону. Я с нетерпением ждала ответа на свой вопрос, но он так и не ответил. Влад развернулся на своём месте, взял меня за руку и остановил.

— Ты уверена, что хочешь в «Сицилию»? Давай поедем в другое место. Обещаю, никаких ресторанов и дорогих заведений.

— Куда мы поедем?

— Пусть это будет сюрпризом.

— Удивил и напугал одновременно, — Я задумалась, не представляя, что задумал Влад и куда мы собираемся. — Давай рискнем. Но за все последствия отвечаешь ты.

— Нам надо будет немного проехаться. Вернёмся на парковку. Я оставил машину внизу по улице.

Влад, держа меня за рукав плаща, повёл нас в сторону парковки. По дороге к его машине я шутила и смеялась, подшучивая над парнем всеми возможными способами. Когда мы пришли на парковку, Влад достал ключи из кармана плаща и, нажав на пульт сигнализации, открыл свой автомобиль. Он был новее и значительно дороже предыдущего.

— У тебя каждый год новая машина? — спросила я, с удивлением осматривая автомобиль.

— А почему нет? Разве я, имея безграничные возможности, буду ездить на чём попало? Как же.