Доступ запрещен (СИ) - Серебрянская Виктория

Чувствуя, как дурацкая, совершенно непрошенная улыбка растягивает мои губы, я мечтательно посмотрела на яоху:

— Лучше!

Аими помолчала, оценивающе поглядывая на меня, а потом выдала:

— Если бы мы не стояли на пороге деканата, я бы сказала, что ты или влюбилась, или назначила свидание… Место меня смущает. И быстрота: когда бы ты успела?

Я не выдержала и прыснула в ответ:

— А мы, землянки, вообще шустрые! Чего кота тянуть за хвост? У нас нет вечности на раздумья! Пошли отсюда, — схватив Аими за рукав, я потянула ее прочь от деканата.

Пока я невольно занималась устройством своего будущего, все земляки Аими уже разбрелись кто куда. Кто-то пошел смотреть, в каких условиях завтра будет проходить первый экзамен по физической подготовке, кто-то решил отдохнуть и набраться сил. У кого-то нашлись другие дела. Так что в итоге под дверью меня дожидалась только соседка по койке. И то только потому, что хотела завершить опрос меня.

До самого вечера я была очень рассеянной. Предстоящая встреча занимала все мои мысли. Пришлось даже Аими признаться в том, что не пошутила по поводу свидания. А все потому, что я оказалась не в состоянии сосредоточится и нормально отвечать на вопросы яоху.

Аими, узнав с кем я встречаюсь, округлила глаза настолько, что даже ее узкий вертикальный зрачок стал почти человеческой формы:

— Ну ты даешь, Маргарита, — задумчиво и, как мне показалось, восхищенно протянула она, — аспирант с Альдебарана! Я слышала о них, и сама хотела бы познакомиться. У нас с жителями Альдебарана общие корни и они точно так же, как и мы, яоху, обожают науку, ценят ее превыше всего. Ты счастливица! В первый же день, и такое знакомство!

Слова Аими так прозвучали, что у меня невольно вырвалось:

— Хочешь пойти вечером со мной?

Аими радостно вскинулась. Но потом глаза ее, немного померцав от оживления, угасли, приобретя обычное, флегматичное выражение:

— Спасибо. Но не стоит.

Я ощутила облегчение, что Аими не воспользовалась моим опрометчивым приглашением. Но все же осторожно поинтересовалась:

— Почему? Наверняка же у Айминя есть друзья, мы могли бы погулять вчетвером…

Яоху снисходительно усмехнулась:

— Если мы с альдебаранцем начнем что-то обсуждать, то не только прогулки, но и тестирования у тебя не будет. Пойми, мы очень увлекающиеся натуры, а я не хочу, чтобы ты почувствовала себя лишней на собственном свидании и обижалась на меня. Ты мне нравишься, Маргарита, я не хочу причинять тебе боль.

Странно было слышать эти слова, сказанные спокойным, я бы даже сказала равнодушным тоном. Несколько секунд я пристально смотрела на Аими в попытке понять, не шутит ли она. Но потом решила, что лучше всего замять тему и не дразнить судьбу.

Ужин в академии начинался ровно в девятнадцать часов по местному времени, и я его еле дождалась. А потом мне пришлось прилагать серьезные усилия, чтобы спокойно сидеть под насмешливыми взглядами соплеменников Аими и размеренно жевать вкуснейшие, по словам все той же Аими, блинчики из саргановой муки. Саргана – травянистое однолетнее растение с очень толстыми стеблями, из сердцевины которых и делали муку, росла на родной планете яоху. И я впервые пробовала это блюдо. Но, признаться, нервничала уже так, что спокойно могла сжевать лист капусты или кусок картона — результат был бы один. Вкуса я все равно бы не поняла.

После ужина Аими, посмеиваясь, выгнала меня принимать душ, приговаривая, что каким бы ни был формальный повод для встречи, а вонючкой приходить на нее моветон. Так что я быстренько ополоснулась, вымыла голову и под брезгливыми взглядами компании килл сменила футболку.

К назначенному месту я примчалась без двух минут восемь. Но Айминь, красивый, как ледяная скульптура, уже меня ждал. Радостно улыбнулся мне, внимательно изучил морду оскаленной пантеры у меня на груди и, протягивая мне веточку, усеянную пушистыми лиловыми шариками цветов, с любопытством поинтересовался:

— А написано что?

Я невольно порозовела. Надпись на ткани была сделана на моем родном языке и гласила: «Я не кусаюсь!»

Взяв цветы из рук Айминя, я спрятала пылающее от смущения лицо, притворившись, что наслаждаюсь ароматом. Альдебаранец беззлобно хмыкнул:

— Ясно. Переводить надпись мне никто не будет. И что же там такое написано? Маргарита, ты учти, у меня фотографическая память! Я уже запомнил, как выглядит надпись, и как только найду кого-то из землян…

Я чуть не ляпнула: когда ты кого-то найдешь, меня рядом явно не будет, а значит, и краснеть от стыда не придется. Почему-то раньше мне нравилась надпись, а теперь смущала сама мысль перевести ее инопланетнику.

Под любопытными взглядами снующих туда и сюда арлинтов, киллов, фарнов, шурфов и представителей других рас мы с Айминем не спеша побрели по дорожке в парк. Альдебаранец оказался очень легким в общении, с хорошим чувством юмора и очень чутким. Порой мне казалось, что Айминь будто бы видит меня насквозь, чутко реагирует на малейшие изменения моего настроения: стоило мне только хоть немного начать тяготиться темой для разговора или заскучать, как он мгновенно начинал говорить о чем-то другом. Так что рядом с инопланетником мне было очень легко и уютно.

Против ожидания, гуляли мы довольно долго. Почти до самых сумерек. Я жадно и с удовольствием слушала рассказы Айминя про его обучение и прохождение практики. Честно говоря, даже позабыла причину, по которой встретилась с альдебаранецем, настолько комфортно я себя чувствовала рядом с ним. Айминь первый заговорил о тестировании:

— Уже близится ночь и холодает. Может, пойдем уже в лабораторию? Ты не подумай, — торопливо добавил он, — я тебя не тороплю! Мне с тобой хорошо и интересно. Просто волнуюсь, что ты слишком легко одета для местных ночей, не хочу, чтобы ты простудилась перед испытаниями.

Забота Айминя льстила, я благодарно улыбнулась инопланетнику:

— Я не замерзла. Но ты прав, рисковать глупо. К тому же, у меня завтра первый экзамен. А у тебя твоя работа. Нам обоим нужно еще отдохнуть. Так что пойдем, приступим ко второй части нашей программы – тестированию.

Айминь заговорщицки мне улыбнулся, крепко сжал мои пальцы прохладной рукой и увлек за собой в сторону, противоположную учебному корпусу.

Оказалось, что лаборатория. В которой мне предстояло пройти испытание, находится на территории новейшей Академии, там, где даже не учились, а проходили практику старшие курсы и занимались научными изысканиями. Дрожа от нетерпения, я наблюдала, как Айминь вводит на крохотной клавиатуре в стене код, открывающий двери, и, чуть не повизгивая от восторга, проскользнула на закрытую для абитуриентов территорию.

Едва дыша, я разглядывала ухоженные дорожки безлюдного парка, где уже зажглось ночное освещение, темные корпуса, ожидающие курсантов с каникул и выездных практик, и высокие ограды полигонов. Айминь, заметив мой восторженный взгляд, по-доброму хмыкнул:

— Ты словно сокровище увидала!

Я пожала плечами в ответ:

— Так и есть. Академия для меня — сокровище, моя розовая мечта. Очень хочу учиться именно здесь!

— У тебя хороший вкус, — он улыбнулся. — Первая Звездная Академия – лучшее учебное заведение Альянса. Отсюда выпустилось очень много знаменитых военных и политиков. Качество местного образования… — Айминь вдруг осекся и тихо засмеялся: — Впрочем, ты и сама все увидишь. А мы уже пришли.

Альдебаранец за руку подвел меня к очень маленькому одноэтажному домику, который я даже и не сразу заметила, имеющему по фасаду, кроме двери, всего два окна:

— Шестая закрытая лаборатория! — объявил он и снова ввел код на панели доступа. — Уровень секретности два. Сюда даже обычные преподаватели не заходят. Только начальник Академии и те, у кого имеется допуск. Проходи! — Айминь гостеприимно распахнул передо мной самые обычные двери.

На пороге я невольно оробела:

— А у тебя не будет неприятностей из-за меня?

Айминь удивленно поднял брови, одновременно открывая еще одну дверь, на этот раз очень толстую, будто в бронированном сейфе: