Хранители мечей - Lita Wolf

у меня, и правда, сводило желудок. Мне не хотелось выглядеть в глазах парня патологическим жмотом, я рассказал ему, на что мне нужна вся вырученная сумма.

Илзи подозвал хозяина и заказал второй ужин.

«Нет-нет, не нужно!..» — запротестовал я, едва Илзи открыл рот.

Но он всё же сделал заказ, попросту проигнорировав мои протесты. Хозяина ситуация явно удивила, однако платежеспособность постояльца в дорогой одежде и с изобилием драгоценных украшений сомнений у него не вызывала, поэтому он слушал Илзи, а не меня.

«Не беспокойся, я не стеснён в средствах, — сказал мне Илзи, когда хозяин ушёл. — И уж точно не собираюсь смотреть, как тебя выставят под ледяной ливень».

«Я оборотень. До смерти не вымокну», — снова стал возражать я, понимая, что он намерен оплатить ещё и мой ночлег.

«Вижу, что оборотень. Только погода такая, что хороший хозяин собаку на улицу не выгонит».

«Но мы даже не знакомы...»

«Так давай познакомимся», — улыбнулся Илзи.

Мы представились друг другу. Дальше, в основном, говорил я. Рассказывал о своей жизни, о девушке, которую безумно любил. Илзи только иногда подогревал мою словоохотливость какими-то вопросами.

Был лишь один момент, когда он заговорил о себе.

«А мне, как тебе, не повезло... — произнёс Илзи с явственной болью в голосе. — Я был уверен, мы созданы друг для друга. Но когда долг призвал меня отправиться... в дальние края, она даже ждать не пожелала, не то что поехать со мной. И перед самым моим отъездом повторила, что раз я всё-таки уезжаю – между нами всё кончено. У меня тогда в глазах потемнело. До сих пор звенят в ушах её последние слова: «Будь проклято твое желание выпендриться!» Она ничего не поняла! НИЧЕГО!» — Илзи умолк, сдавив виски руками.

Соджив тоже сделал паузу в повествовании. Он оказался превосходным рассказчиком и умел передать чужую боль как свою собственную. В зале повисла гнетущая тишина – все были подавлены услышанным, личная трагедия, которую пережил Илзи, нашла отклик в сердце каждого.

— Неужели он это о моей матери? — оторопело вопросил Вайлд спустя какое-то время.

— Нет, конечно, — бросил Инри, почему-то зло.

И только тут Вайлд заметил, что по щекам одной из девушек-драконов, с густо-лиловыми волосами, текут слёзы.

— Я сука! Тупая сука! — в отчаянии произнесла она, почувствовав, что к ней обращены взгляды уже всех присутствующих. — Он бы не погиб, если бы я пошла с ним! — Девушка перешла на крик: — Это я должна была сдохнуть за своё предательство!

Вскочив из-за стола, она кинулась к дверям.

— Зэ́лла, стой! — Инри тоже вскочил с места. Но девушка исчезла за дверью. — Как бы глупостей не натворила...

Инри рванул за ней следом.

— Про глупости – это он о чём? — испуганно спросила Эльджета. — Думает, Зэлла может попытаться покончить с собой?

— Боюсь, да, — ответил Лодо. — Но Инри не позволит ей этого сделать.

— Если только ей не вздумается полететь в лес – в лапы к тварям, — поделился «оптимистичными» мыслями Дальгондер.

Спустя пару мгновений в зале не осталось ни одного дракона – все как один ринулись спасать уже не только Зэллу, но и Инри, который, конечно же, последует за Зэллой, невзирая на смертельную опасность. Что ледяные монстры не в состоянии повредить чешую дракона, ни у кого не было уверенности. Тень знает, какая сила заложена в этих кхулфов!..

Остальные тоже побежали за драконами. Поднялись на крышу. Но дальше им оставалась лишь роль зрителей. Совладать с драконом в его звериной ипостаси – никаких шансов.

По-видимому, Инри всё-таки удалось задержать Зэллу на минуту-две, но потом она вырвалась, перекинулась и полетела навстречу гибели в лес. По счастью, благодаря выигранному Инри времени, другие драконы успели нагнать их обоих и преградить Зэлле путь. По крайней мере, так предполагали собравшиеся на крыше – доподлинно разобрать что-либо в водовороте мелькавших разноцветных тел было попросту невозможно.

Драконы кружили у леса, оглашая всю округу многоголосым яростным рёвом. Кое-кто даже выпускал струи пламени. Да уж, оказаться в центре драконьей свары – вернейшая смерть. Вампиры похвалили себя за благоразумие, что не сунулись туда в порыве образумить девушку. В отличие от драконов, они могли говорить и в полёте – однако за громогласным рёвом всё равно не были бы услышаны.

Наконец стая повернула к замку. Лиловая летела впереди вместе с белым под конвоем других драконов.Её жесородичи заставили опуститься на крышу первой. Дабы не передавить столпившихся там нелюдей, Зэлла перекинулась ещё в процессе приземления. Естественно, так же поступили и остальные.

Вновь зарыдав, девушка уткнулась в грудь Инри.

— Успокойся, — тот сжал её в объятиях. — Ты не могла знать, что так случится.

— Я не должна была бросать его! Даже спустя десять лет его не оставляла боль от моего предательства!

— Теперь казнить себя за это нет никакого смысла.

— Инри, за эти двадцать лет не было ни одного дня, когда бы я не проклинала свой тогдашний эгоизм. Я не просто отпустила его одного, а вовсе разорвала нашу помолвку! Если бы я только знала, что вижу его в последний раз!.. Без него моя жизнь не имеет никакого смысла! Я лишь влачу никому не нужное существование.

— Зэлла, прекрати. Сейчас же прекрати, — дракон встряхнул её за плечи. — Илзи не вернуть. Но ты должна жить! Илзи хотел бы этого, уж поверь. И не нужно хоронить себя заживо. Попытайся найти утешение в ком-то другом. Сόнти давно заглядывается на тебя...

— Нет! Я никогда не забуду Илзи! НИКОГДА! — Зэлла опять разрыдалась.

Инри вновь хорошенько встряхнул её за плечи:

— Как минимум, ты должна, просто обязана отыскать меч Илзи. И его убийцу.

Зэлла прекратила рыдать, в её глазах вспыхнул огонь неугасимой решимости, вмиг осушив слёзы:

— Да, должна. — Посмотрев в глаза несостоявшемуся деверю, она повернулась к остальным: — Идёмте. Мы не дослушали рассказ Соджива.

Компания двинулась к выходу с крыши.

Что ж, по крайней мере, на какое-то время Инри дал Зэлле причину жить – уже хорошо. А там, глядишь, и кто-нибудь другой, например, тот же Сонти, сумеет помочь ей обрести смысл жизни уже до скончания дней.

Вернувшись в Малый зал, общество вновь расположилось за столом, хотя ни еды, ни выпивки на нём давно не осталось.

— Покончив с ужином, мы разошлись по своим комнатам, —