Гавань - Клэр Кент

две большие комнаты с двухъярусными кроватями. Мы продолжали добавлять кровати, сколько могли, и теперь в каждой по двенадцать коек. У нас также есть старый сарай, куда мы помещаем жильцов, не поместившихся в доме. Там не так уж удобно. Люди спят на раскладушках или кучах сена. Но Хэм прожил там полтора года, прежде чем в доме нашлось для него место, и он явно не жалуется на переезд обратно.

Он так боялся, что Джексон собирается его выгнать.

Честно говоря, я и сама не была уверена.

Джексон кричит ему в спину:

— Если бы ты хоть немного скрыл правду, тебя бы тут уже не было.

Хэм оборачивается, кивает в знак признательности, а затем продолжает путь к дому.

— Придурок, — бормочет Джексон, когда он оказывается вне пределов слышимости.

— Он не придурок. Он хороший парень.

— Он должен стараться лучше.

— Я знаю это, но он придет к этому. Ему всего семнадцать.

— Когда тебе было семнадцать, ты помогла мне расправиться с той бандой, которая напала на ферму, — его глаза не отрываются от моего лица.

Я притворно закатываю глаза, хотя воспоминание о той конкретной ночи — одно из худших в моей жизни. В ту ночь мы потеряли почти половину наших людей.

— Хэм тоже помог бы, если бы был здесь тогда. Мы делаем то, что должны, и когда должны. Хэм научится. Он уже прошел долгий путь. Он не создан для такого рода вещей. Для такого мира. Он не такой, как ты, но он неплохо справляется.

Я иду в сторону дома, усталая, голодная и готовая завершить этот день.

— Если бы он преодолел свою влюбленность в тебя, у него получалось бы лучше, — бормочет Джексон, шагая в ногу со мной. — Это бестолково и позорно.

Я начинаю спорить с его мнением, поскольку, честно говоря, не уверена, что Хэм вообще влюблен в меня. Но, похоже, это не стоит затраченных усилий, и мы все равно уже дошли до дома. Поэтому я оставляю эти слова без ответа и захожу внутрь.

Глава 2

По вечерам после ужина мои родители собирали весь персонал и подростков вместе. Мы обсуждали любые новости или объявления, а потом вместе читали книги вслух. Это был несколько банальный, старомодный обычай, и дети неизменно насмехались над ним. Но мои родители настаивали, что это важно для укрепления сообщества, поэтому они не допускали никаких исключений из распорядка дня.

Они продолжали в том же духе даже после Падения, даже после того, как мир погрузился в хаос. И когда мой отец умер, мы с Джексоном сохранили данную традицию.

Она все еще может быть банальной, но над ней уже не так часто насмехаются. Без телефонов, компьютеров и телевизоров по вечерам больше нечем заняться для развлечения. И это приятно. Знакомо. Расслабляет. Большинству из нас это нравится… или, по крайней мере, не вызывает негодования.

Сегодня очередь Кейт читать юридический триллер в мягкой обложке, который стал бестселлером двадцать лет назад. К счастью, у моих родителей была довольно хорошая коллекция книг, и мы часто находим новые в вылазках за припасами, поскольку книги не расхватывают сразу, как еду и лекарства. Так что вряд ли в ближайшее время у нас закончатся книги для чтения. Если когда-нибудь это случится, мы просто начнем с самого начала и перечитаем их все.

Я заняла кресло ближе всего к окну, и теперь, когда солнце село, дует легкий ветерок. Он даже не очень пепельный. Я слышу, как снаружи стрекочут несколько сверчков и лягушек, создавая мягкий, пронзительный фон для нашего собрания.

Мир чувствует себя лучше, чем четыре года назад. Лучше даже по сравнению с прошлым годом. В течение месяца, предшествовавшего столкновению с астероидом, все ученые пытались предсказать, что станет с миром. Все оказалось хуже, чем ожидало большинство из них, но все они твердили, что это не катастрофа на уровне вымирания. Планета вернется. Регенерирует.

Сегодня вечером, сидя на своем месте у окна и слушая, как Кейт читает, я почти верю, что это правда.

Джексон сидит в другом конце комнаты, чистя свое оружие, как и всегда во время чтения. Но он слушает книгу. Он фыркает над забавными моментами и отрывается от своей работы, если сюжет становится захватывающим. Он жесткий человек, поэтому я бы не ожидала, что ему будут нравиться подобные вещи так, как другим, но он никогда даже не сомневался, что мы продолжим эту практику после смерти моего отца. Здесь, в Новой Гавани, это определяет ритм жизни.

Когда проходит час, Кейт дочитывает главу, и мы с Джексоном завершаем собрание. Джексон озвучивает несколько кратких напоминаний о назначенных обязанностях на следующий день. Затем все расходятся. Многие люди остаются, проводя время в гостиной и болтая. Другие отправляются спать, а несколько пар, включая Кейт и Мигеля, выскальзывают наружу, чтобы найти местечко для уединенного секса, поскольку в двухъярусных комнатах секс запрещен.

Это одно из правил. На самом деле нам все равно, кто кого здесь трахает, главное, чтобы это было по обоюдному согласию, а не в двухъярусной комнате или общественных местах, чтобы не мешать людям спать и не доставлять неудобств другим. Мы следим за тем, чтобы никто не приставал к юным обитателям фермы, но в остальном предоставляем людям самим делать выбор.

В прошлом году одна из наших молодых женщин забеременела. В последние годы рождаемость была низкой из-за неправильного питания и факторов окружающей среды, поэтому беременность наступает не очень часто. Мы были готовы позаботиться о ребенке. Даже взволнованы, поскольку дети стали такой редкостью. Но и девушка, и младенец умерли в родах.

Никто особо не хочет рисковать, чтобы такое повторилось. Джексон собирает презервативы везде, где только может, но к настоящему моменту у всех них истек срок годности, и поэтому их эффективность сомнительна. В остальном старый-добрый календарный метод2, как правило, вполне эффективен в сочетании с низкой фертильностью.

Я остаюсь у окна, перебирая кое-какую одежду из кучи для штопки. Я прислушиваюсь к разговорам вокруг меня и мысленно готовлю свои аргументы для Джексона о том, почему нам нужно рискнуть и отправиться на поиски антибиотиков для Молли.

Комната начинает пустеть, когда Кейден подходит и придвигает старую кожаную оттоманку рядом с моим креслом.

Я пытаюсь скрыть свое внутреннее содрогание. Я знаю, что он собирается сказать.

— Эй, насчет моей завтрашней вылазки, — начинает он.

— Я сказала тебе поговорить с Джексоном. Он отвечает за вылазки, — я бросаю взгляд туда, где все еще сидит Джексон, теперь уже точащий ножи. Кажется, он