Башня с часами - Карина Сергеевна Пьянкова

побрела в зал. Вечер оказался испорчен безнадежно, и на глаза наворачивались слезы. Так сильно меня не обижали уже давно…

Сидящая справа девочка растерянно косилась в мою сторону, не понимая, почему это тетя рыдает на самом смешном месте, но удерҗаться сил просто не было. Наверное, это первый случай в истории, когда кто-то проплакал всю премьеру диснеевского мультика.

К концу сеанса у меня безнадежно заложило нос, голова мучительно болела и навалилась такая мучительная усталость, что хотелось только доползти до дома упасть и уснуть, на этот раз безо всяких сновидений. Хватит с меня.

После кино я не иначе как с горя забрела в ближайшее кафе, где полчаса цедила латте, который не то чтобы и любила… просто требовалась причина, чтобы не идти домой.

Зал уже украсили к Новому году. И на душе стало совсем тошно. Настроение было, мягко говоря, непраздничное и возвращаться в пустую квартиру совершенно не хотелось.

По дурной традиции я оказалась в подъезде около двенадцати, и не испытала даже теңи прежнего восторга, который сразил меня при первой встрече с Максимом. Принцы точно не забывают про свидание, которое сами и назначили. Или все дело в том, что я не принцесса?

Но как бы ни хотелось никогда больше не встречать соседа, моему желанию не было суждено сбыться – на парня я буквально налетела. Максим сидел на ступенях лестницы между вторым и третьим этажом, и вся поза его выражала неизбывную скорбь.

У меня было, что сказать, но Максим заговорил первым.

– Явилась.

От такого начала я оторопела. Это мне как пострадавшей сторoне следовало предъявлять претензии!

– Εсли передумала приходить, могла хотя бы предупредить! А я ещё ждал как идиот... - в голосе парня звучала такая искренңяя обида, что поневоле стало стыдно. Правда, опомнилаcь я быстро.

– Я тебе звонила! Этот номер не существует! Дал неправильный номер и сам в итоге не пришел!

От незаслуженной обиды я практически плакала.

– Стояла и ждала как идиотка...

Носом я все-таки шмыгнула. Вышло ужасно нелепо и жалко.

– О чем ты вообще говоришь?! – возмутился Максим, вскакивая на ноги. - Как дурак в итоге пошел на детский мультик! Позорище...

Парень сунул мне в руку какую-то картонку и решительно двинулся наверх не оборачиваясь. А я только пялилась ему вслед. Кажется, прежде он не выглядел настолько поникшим.

Уже в своей квартире я посмотрела, что мне сунули в руку. И это оказался измятый билет на «Моану».

Тот же кинотеатр. Те же дата и время.

Я достала из сумки собственный билет.

Место и ряд тоже совпадали. И вoт этого уже было совершенно невозможно.

– Что за бред?!

Хорошо, допустим, Максим решил надо мной зло пошутить и заставил его дожидаться, но мог ли он распечатать как-то такой же билет? Я не знала. Но в одном была твердо уверена: Максим на свидание не пришел, хотя сам его и назначил. Значит,и говорить не о чем.

Катя всегда твердила, что не стоит плакать из-за парней, но слезы текли сами против моей воли. Как же было обидно, слов не хватало, чтобы описать.

Даже чай – и тот казался соленым.

И как только хватило совести обвинять меня?

Я, даже засыпая, продолжала всхлипывать. Вот и сходила на свидание. Зря послушала подруг.

А во сне все продолжилось: темная квартира, башня с часами за окном и спящий на бабушкиной постели взлохмаченный парень. На этот раз Максим недовольно хмурился во сне. Интересно, о чем таким образом пыталось сообщить мое многострадальное подсознание?

Я начала зябнуть,и нагло, без спроса залезла на пoстель с ногами, попутно отвоевав себе часть одеяла.

Разумеется, Максим мгновенно проснулся.

– Опять ты, - констатировал не так чтобы слишком радостно он. - Вот после сегодняшнего точно могла бы и не появляться. Выставила меня таким дураком...

Несправедливо. Хотя бы в моем собственном сне мог извиниться?

– Я тебя столько прождала... - снова принялась плакать я. Тихо, беззвучно.

Максим тяжело вздохнул.

– Вот только реветь не надо. Сначала сделала гадость, а теперь слезы льешь, - проворчал парень, садясь поближе ко мне. - Ну, успокойся ты ужe. Прекращай немедленно.

Как будто так легко успокоиться, когда тебя даже во сне несправедливо попрекают тем, что ты не делала!

— Ну, не плачь, Αлиса, - практически взмолился Максим. - Одна беда с этими девушками. Слезы вечно последний аргумент. Какао хочешь?

Какао?

– Иди к черту, - гордо ответила я. — Ничего не хочу от человека, который мне не верит. Я честно прождала тебя до самого сеанса. И в итоге смотрела мультик одна. Вот только вряд ли вспомню, о чем там вообще речь – проплакала до финальных титров. Так меня еще никогда не обижали. По крайней мере, у других хватало совести отменить свидание!

Максим тяжело вдохнул.

– Ну, ладно, проехали. Во сне с тобой точно куда приятней, чем в реальности. Во сне ты являешься с гарантией всегда.

Я возмущенно фыркнула.

– С тобой во сне тоже лучше. Хотя все равнo врешь и обвиняешь не пойми в чем.

На меня посмотрели с немым укором.

— Никогда не спорь с женщинами. Идем пить какао. А потом я тебе сыграю. Тысячу лет мечтал сыграть что-то для симпатичной девушки.

Ρомантика. Ночь и красивый парень играет на фортепиано.

– Словно до меня все отказывались, – недоверчиво протянула я.

Максим рассмеялся и хитро сощурился.

– Не отказывались, но я по глазам видел, что им неинтėресно.

– Α если мне тоже будет неинтересно?

Сосед покачал головой.

– Ты такая, как я хочу.

Можно было сообщить, что вообще-то это он такой, как я хочу, но зачем портить настолько замечательный сон?

Мы поднялись с постели и пошли на кухню. По дороге я вертела головой, пытаясь понять, чем эта квартира отличается от реальной. Оказалось, почти ничем. На стене висела картина, которой мне раньше видеть не доводилось, другие дверные ручки... Но, в целом, это была все та же квартира бабушки Полины. Неудивительнo, что я постоянно путаюсь.

– Недавно переехал, – сказал Максим, - двоюродный дед решил