Да чтоб тебя Кракен сожрал! - Лоя Дорских

шороху, ожидая, что вот-вот, ещё совсем немного, и я услышу… хоть что-то! Тишина была практически мёртвой, если не считать мерного поскрипывания самого корабля.

В какой момент я снова села на пол, устало прикрыв глаза, я и сама не поняла. Но проснулась от ощущения чужого присутствия и взгляда, жадно впивающегося в моё тело, с которого во сне сползло полотенце.

– Капитан предупреждал меня, что в изворотливости ты мало чем отличаешься от отца, но я думал, что он не буквально, – в двух шагах от меня стоял блондин, не скрывая интерес во взгляде. – Про изворотливость, не буквально. Такого приёма я не ожидал…

– Кто ты такой? – я поспешно прикрылась полотенцем, отползая от незнакомца.

– Добрый самаритянин, – усмехнулся мужчина, в два шага оказываясь рядом со мной и защёлкивая на моих запястьях зачарованные браслеты. – Так-то лучше.

Железо неприятно обожгло нежную кожу, с противным шипением исчезая, оставляя вместо себя обидные узоры. Такие узоры носили рабыни...

– Такое оскорбление не смыть даже кровью! – прорычала я, чувствуя, как уже сейчас кто-то дёргает за невидимые цепи, вынуждая меня подняться на ноги.

Кто-то! Филипп Ван дер Деккен имя этой будущей банки со шпротами в томате!

– Хорошо, что у меня нет крови, – рассмеялся блондин, начиная растворяться в белой туманной дымке. – Капитан не любит ждать.

– Плевать мне на хотелки твоего капитана! – рявкнула я в опустевшее пространство, плотнее запахивая полотенце и игнорируя требовательные подёргивания за кандалы.

Надеть на меня браслеты кроватных грелок и низших рабынь!

На меня!

На ту, что всю жизнь готовили к правлению и ответственности!

– Да чтоб тебя Кракен сожрал! – прокричала я, как только Деккен дёрнул за цепи сильнее, отчего я не удержалась на ногах, заваливаясь на пол.

Глаза жгло от сдерживаемых слёз.

Такие у него на меня планы? Превратить в свою рабыню?! Опозорить и вернуть отцу, когда я потеряю даже намёк на уважение в Подводном мире?

Кто будет считаться с той, что не сумела дать отпор и позволила поставить себя на место низшей? Да никто! Здесь ценят лишь силу. И плевать им всем, что у меня её ещё нет.

Для Подводного мира – это не аргумент.

За цепи снова дёрнули, на этот раз ещё сильнее.

– Как ты об этом пожалеешь, – злобно шипела я, сопротивляясь изо всех сил тянущим меня из трюма невидимым цепям. – За каждую секунду…

Стоит ли говорить, что силы были не равны? Несмотря на то, что я цеплялась руками за всё, что попадалось мне на пути из трюма – этот рыборожий капитан всё равно добился своего. Под смешки его команды, из трюма я практически вылетела, врезаясь в ожидающего меня с надменной физиономией Филиппа.

– Сколько рвения, – прокомментировал он, приобнимая меня за талию и прижимая к себе спиной. – Всего одна ночь в трюме, а какая покорность. Из тебя выйдет прекрасная рабыня…

– Кажется, я говорила, что тебя убьёт отец? – зло зашипела я, пытаясь вырваться и ударить его локтем в живот, но захват был слишком крепким. – Забудь. Он тебя не тронет. Я сама тебя порву на…

– Нужно не забыть тебе рот вымыть с мылом, – Деккен лишь рассмеялся в ответ. – Рот рабыни должен открываться лишь в двух случаях, принцесса. Первый – чтобы сказать «да». А второй, чтобы…

– Ты омерзителен!

– Чтобы иногда добавлять «будет исполнено», – закончил он фразу. – А ты что подумала? Маленькая испорченная принцесса. Папенька знает?

– Да пошёл ты! – я почувствовала, как заалели щеки, едва его команда снова противно загоготала.

– А теперь поговорим серьёзно, – я даже замерла, почувствовав нотки стали в его голосе и силу, которой он снова меня начал подавлять. – Как ты верно заметила, на руках у тебя всем известный аксессуар, который с гордостью носит каждая уважающая себя рабыня. Поэтому, даже не пытайся сбежать. Единственное, чего ты добьёшься – это разозлишь меня. И, если на данный момент, я приготовил для тебя всего лишь двадцать пар сапог, которые нужно начистить, то кто знает, что придёт мне в голову в случае твоего неповиновения.

С последней сказанной мне фразой, он отступил от меня и отвернулся, концентрируя всё своё внимание на острове, к которому мы приближались.

Я же лишь шумно дышала, борясь с бушующей внутри меня яростью. Мало того, что эта будущая банка рыбных консервов унизил меня браслетами и высмеял перед своей командой, так он ещё и на острове меня решил высадить! Иначе, зачем мы на всех парусах приближаемся к суше?!

– Очень мило с твоей стороны высадить меня среди жалких и голодных падальщиков, – зло процедила я, смотря на Ван дер Деккена и желая ему провалиться на дно! – Оковы надел, чтобы кости потом найти и отцу передать?

Капитан мне решил не отвечать, с предвкушением продолжая смотреть вперёд.

Остров был впечатляющих размеров, и являлся жилым – замок хорошо просматривался с нашей стороны. Да и люди там мелькали, как оказалось, когда мы бросили якорь и команда начала спускать на воду шлюпки.

– Решил отправить меня погостить к какому-то изгнанному высшему? – елейно поинтересовалась я у капитана, когда он дёрнул меня за цепи в сторону шлюпок. – Или высший не был изгнан, а также как и ты, умудрился сбежать, тряся плавничками от страха?

– Лучше, – оскалился в улыбке капитан, заставляя меня залезть в шлюпку и неожиданно запрыгивая следом. – Я решил, что гостить ты будешь у меня.

Сначала я решила, что он блефует. Его проклятие – привязка к кораблю. Деккен не сможет ступить на сушу, таков его вечный удел. Я думала, что выкинув меня на берегу, он останется в шлюпке, но реальность снова меня ошарашила.

– Это невозможно, – шептала я, смотря на следы на песке, оставляемые тяжёлыми сапогами проклятого капитана.

Этого просто не может быть!

5

Я не спускала глаз с шагающего впереди капитана.

Как?!

Как это вообще возможно?

– Пошла! – один из членов его команды грубо толкнул меня в спину, вынуждая идти вперёд. – Встала, как вкопанная!

– Я тебя запомнила, рыборожий, – обернувшись через плечо, я окатила мужчину волной презрения.

– Шагай, я сказал! – он замахнулся на меня рукой, искривив рот в неприятной улыбке. – Сейчас я покажу тебе, как должна