Белиал. Проклятая душа - Юлия Диппель

Ознакомительный фрагмент

Кассия… Три слога, нежные, как заря, и мучительные, как клинок.

– Ты знаком с этой девушкой? – удивилась Ари.

Люциан пораженно кивнул. Осознание того, кого я спрятал совсем рядом, стерло все эмоции с его лица. Кажется, он пытался расставить по полочкам собственные воспоминания, так что все остальное я взял на себя. Изобразил максимально беззаботное выражение лица и выбрал подчеркнуто деловой тон. Не чтобы что-то скрыть, а чтобы защитить самого себя от чувств, бушевавших у меня внутри.

– Это, моя дражайшая Ари, женщина, о которой я тебе рассказывал. Кассия. Первая жертва кинжала, с помощью которого ты взорвала Тихий омут.

У Арианы открылся рот.

– После того как душа Кассии освободилась, заклинание, наложенное на ее тело, вернуло ее обратно. Возможно, поэтому в последнее время я стал немного раздражительным и…

– Подожди, что?! – в смятении перебила меня она. – Ты четыре месяца держишь в плену в подземелье эту девушку?

– Конечно, нет. Ее возвращение заняло какое-то время. Честно говоря, я уже почти потерял надежду, пока пару дней назад она не проснулась.

Это ни капли не уменьшило ее шока.

– Но ты все это время хранил ее труп здесь?!

– Не труп. А покинутое душой тело, – поправил подругу я.

– Что в принципе одно и то же. Сколько? Сто лет? Двести?

– Скорее две тысячи, – проворчал Люциан, похоже, справившись с первым шоком.

Ари округлила глаза и ошеломленно уставилась на меня.

– Господи, Бел. Ты же понимаешь, что это выглядит, как не очень… эмм… адекватное поведение?

Я вздохнул. Да, я сам все прекрасно знал. Недаром никому об этом не говорил и даже думал покончить с этой авантюрой.

Теперь на мне остановился и взгляд Люциана. Сверкавшие в нем обвинение и презрение сложно было не заметить.

– Ты утверждал, что она погибла при пожаре.

Я пожал плечами:

– В некоторой степени так и есть.

Его сила уплотнилась и начала потрескивать.

– Ты скрывал ее от меня!

Его нелепые угрозы ничуть меня не впечатлили. Он не переступит грань. Не в моем доме, не перед Ари и уже точно не из-за собственных представлений о морали. И нам обоим это известно.

– И какое же право ты имеешь так говорить? – надменно полюбопытствовал я. Потому что, пусть часто мне именно так и казалось, в действительности не я один ответственен за цепочку неблагоприятных событий, которая привела нас сюда. Часть вины за судьбу Кассии лежала на плечах Люциана. И да, я позволил ему поверить, что она умерла, лишив его шанса избавиться от угрызений совести. Это его проблемы. Все его претензии на Кассию испарились в тот момент, когда он отдал ее в лапы Янусу.

– А по какому праву ты мне врал? – В глазах брахиона заплясали черные полосы. Он сделал шаг в мою сторону. – Какой же ты лицемерный, эгоистичный ублюдок!

– Всегда к твоим услугам! – ледяным тоном парировал я.

– Тайм-аут! – Вытянув руки, Ариана встала между мной и своим вспыльчивым любовником. – Мне нужна информация! Начните историю с самого начала, тогда в конце я решу, кто на кого может злиться!

Ей нужна информация. Хорошо. Ей нужно начало истории. Еще лучше.

– Танатос и Люциан продали Кассию рабыней Янусу, чтобы она собрала в императорском дворце доказательства его преступлений.

Брови Ари взлетели вверх. Видимо, постепенно до нее стало доходить, какие масштабы примет это дело. Она удивленно взглянула на Люциана.

– Эта девушка была вашей шпионкой?

Тот нехотя подтвердил.

– Кассия обладала иммунитетом против демонических сил – как Джимми. Только у нее иммунитет в тысячу раз сильнее, поскольку она полукровка в первом поколении, и ее способности не ослаблены наследственностью.

– Это далеко не причина подсовывать ее, беззащитную, демону-психопату, – строго откликнулась Ари.

– Как с языка сняла! – прокомментировал я, не без удовлетворения наблюдая, как она устраивала головомойку своей паре.

– Решение принимал Танатос, – попытался оправдаться Люциан.

Ариана резко выдохнула.

– Ну конечно! Даже мертвый мой дорогой папочка доставляет сплошные неприятности. Зная его, я даже не удивлюсь, если окажется, что он специально выбрал Кассию, поняв, как она дорога Белу.

Люциан, который уже раскрыл рот, чтобы ответить, снова его закрыл. Сбитый с толку, перевел взгляд с Кассии на меня. А когда я не стал отрицать слова Ари, его замешательство только усилилось.

– Когда мы завербовали Кассию, Бел вообще ее не знал.

– Погоди. Стоп. Что? – С новой волной недоверия Ари развернулась ко мне и скрестила руки на груди. – Тогда сколько вы были вместе?

– Важно не «как долго», а «как», – уклончиво произнес я.

Ариана не сдавалась.

– Сколько?

Ее кудрявый красавчик-брахион тоже сложил руки перед грудью и встал за своей девушкой, словно прикрывая ей спину.

– Прошло не больше пяти дней, – сказал он. Оба продолжали буравить меня укоризненными взглядами.

– Пять дней?! – рявкнула на меня Ари. – После пяти дней ты утверждаешь, что она любовь всей твоей жизни?

Мое терпение лопнуло. Я бы вытерпел любое унижение и признал любую вину, но никто не смеет сомневаться ни в моих мотивах, ни в моих чувствах!

– Нет, не после пяти дней, – холодно ответил я. – Но спустя две тысячи лет я позволяю себе делать такие заявления. Даже через две тысячи лет я не могу ничего съесть, не задаваясь вопросом, а понравилось бы это ей? Не могу смотреть на море, не вспоминая ее прекрасные глубокие глаза. Не могу наслаждаться красотой, не сравнивая ее с прелестью Кассии. Никакое прикосновение не трогает меня так, как нежность Кассии. Я не чувствую радости, не подумав о ее улыбке. А без ее улыбки, ее такой редкой, драгоценной, умопомрачительной улыбки, я просто не нахожу счастья. Так что да, я вправе говорить, что она любовь всей моей жизни. Ни к кому ни до, ни после я не испытывал ничего и близко похожего на те чувства… и поверь, дело не в том, что я не старался.

Пара брахионов хлопала глазами, глядя на меня. По их лицам невозможно было понять, верили они мне или нет.

– Вау, – пробормотал в итоге Люциан. – Только ты способен испортить такое трогательное признание в любви одним полупредложением. Очень надеюсь, что при Кассии ты об этом не упоминал.

Я избегал его взгляда. Очень не хотелось наступать на это больное место.

– О, только не это, – простонала Ари. – Ты сказал ей все слово в слово?

– Нет. Конечно нет, – прорычал я. – Я… я с ней еще не разговаривал.

– ЧТО-О-О?! – Пара секунд, и подруга уже схватила меня за грудки и встряхнула. – На две тысячи лет твоя любимая застряла в этом чертовом кинжале, а теперь она наконец вернулась, и вы можете броситься в объятия друг друга, но