Запретное желание - Ирина Лисовская

Ознакомительный фрагмент

— Ральф... — выдохнув его имя, поманила к себе.

Он подчинился и, нагнувшись, страстно поцеловал. Я хотела превратиться в желе и расплавиться от ласк. Ральф ловил ртом каждый мой стон. От неизведанных ранее ощущений, что дарил мне Коннор языком, хотелось распасться на миллион осколков. Где-то вдалеке маячила развязка, и я еще крепче стала цепляться за Ральфа, боясь не вынести пережитого оргазма. Это был такой ураган сладкой пытки, что, казалось, сведет с ума. Я собиралась уже молить о пощаде...

Точно угадывая мои мысли, Коннор скользнул пальцем в жаждущее и истекающее лоно.

— О Боги... — не сдержала рвущийся крик, казалось, самой кошки.

Это был всего лишь палец, а я чуть не кончила. Все то время, пока несколько лет подряд удовлетворяла себя, это не приносило таких невероятных ощущений. За такое я готова была даже умереть. А ведь он еще не был во мне своим огромным членом. Страшно даже подумать, как это будет ощущаться.

Кон, добавив еще один палец, прикусил клитор. Тело мигом напряглось, а через секунду во мне что-то взорвалось, гоняя по телу сильнейшие импульсы. Тело било в мелких конвульсиях, а из горла вырвался довольный крик. Так продолжалось несколько секунд, после чего я блаженно застонала и откинулась на спину. Тяжело дыша и переводя дыхание, пыталась сфокусировать взгляд на Конноре.

Он, посылая мне похотливую улыбку, дал какой-то знак брату. Только я хотела перевести взгляд, как они сменились. Теперь около ног располагался Ральф. Еле сдерживая своего зверя, он судорожно вдыхал аромат желания, витавший в комнате. Я заметила, как еще сильнее заострились черты его лица. Казалось, он был на грани обращения. И даже это не напугало ни меня, ни пуму. Мечтательно прикрыв глаза, облизнула пересохшие губы. Рядом послышалось утробное рычание, а через мгновение моими губами завладел Коннор. Одурманенная минувшим оргазмом, отчаянно тянулась за поцелуем, хватая мужчину за шею и притягивая к себе. Вкус от поцелуя был специфическим. Кисловато-горьким. Я знала этот вкус... Это был вкус моего оргазма. И осознание, что мои соки остались на губах этого сильного волка, пьянило. Кошка во мне призывно урчала, приглашая к спариванию.

Из головы разом вылетели все мысли, когда я ощутила давление члена на промокших от желания складочках. Хрипло застонав в губы Коннора, все ждала, когда же, наконец, буду заполненная до отказа горячим пульсирующим достоинством.

Ральф начал потихоньку входить в меня. Коннор оторвался от моих губ и, скользнув к уху, прошептал, обдав потоком обжигающего дыхания:

— Не бойся, мы не причиним тебе боли!

Мне хотелось разрыдаться, так сильно затронули слова. Они коснулись души, отогревая и исцеляя имеющиеся на ней кровоточащие раны. Улыбнувшись мужчине, с головой ушла в незабываемые ощущения.

— Черт, — сипло прорычал Ральф, — ты такая узкая... это просто... — он замолчал и замер, а через мгновение и вовсе выскользнул из меня.

Я занервничала, когда подняла взгляд и встретилась с его. Глаза забегали, а ладони пробила дрожь. Перестав дышать, еле сглотнула и попыталась не разреветься. Ральф, как дикое необузданное животное, смотрел на меня, тяжело дыша и стараясь держать зверя под контролем. Захват его рук на моих бедрах усилился, и я тихонько вскрикнула от боли. Опомнившись, он расслабил давление. Понимая, что могло способствовать такому поведению, хотела провалиться сквозь землю, только бы не ощущать тот позор, который неминуемо должен сейчас произойти.

— Брат? — удивленно выпалил Кон, не понимая происходящего.

— Сколько тебе лет? — требовательно спросил Ральф.

Теперь я занервничала еще больше. Ощущая, как волна дрожи прокатилась по телу. Я принялась вырываться, собираясь пуститься наутек, лишь бы не объясняться... Лишь бы не позориться... Не хочу!.. Сердце застучало сильнее, когда Коннор, сообразив, что я пытаюсь ускользнуть, придержал меня.

Я была загнана в тупик. Не найдя ничего лучше, зашипела на них. Я не могла никак обороняться, даже выпустить когти. Поэтому отчаяние затопило, и по комнате стал распространяться призывный запах страха. Он манил охотиться на жертву. И сейчас этой жертвой была именно я. Еле сглотнула, признавая поражение. Мужчины синхронно потянули носом воздух, и из их грудей рвался рык. Я всхлипнула и была готова ко всему.

— Просто ответь, пожалуйста, — Коннор говорил мягко, не пытаясь рычать или приказывать.

Я уже поняла, что из них двоих он был более сдержанным, мягким и нежным. В то время как Ральф был решительным и напористым. Эдакий резкий контраст. Но они так дополняли друг друга, что представить их порознь просто нереально. Предательская мысль закралась в голову. Наверняка они не раз уже делили девушек между собой. И, скорее всего, те были искусными любовницами... Волчицами... Настоящими... А что могла я? Неопытная, трусливая и недооборотень... Замечательный коктейль.

Я горько улыбнулась и, заглянув в до сих пор горящие от желания глаза Ральфа, промолвила:

— Двадцать.

Повисла гнетущая тишина. Коннор ласкал мою спину, посылая по всему телу мурашки. Лишь его легкие касания не давали впадать в отчаяние. Он точно знал, что сейчас мне нужно было именно это — поддержка. Сама не заметила, как придвинулась к нему вплотную и в наглую начала гладить бедро, но не решаясь дотронуться до его каменного стояка. Хотя мне этого дико хотелось. Горячка вновь набирала обороты, и мозг постепенно затуманивался похотью, не позволяя другим, более здравым мыслям, бродить в голове.

— Я не понимаю... — Ральф резко прервал тишину.

Испугавшись, вздрогнула и перестала гладить Коннора. Он разочарованно проворчал и, положив свою ладонь поверх моей, продолжил ласку. Когда я стала сама водить рукой, он убрал свою.

— Как ты можешь быть до сих пор невинна?

И вот тут я поразилась. Вместо того чтобы спрашивать брезгливо, он говорил с сожалением, а взгляд ласкал, утешая и говоря, что они уж точно обо мне позаботятся. И только я хотела объяснить, почему все так, мое тело содрогнулось от жгучей боли желания. Кошка во мне заерзала и принялась издавать дикие крики, точно ее кто-то мучил. Охнув от таких резких перемен, лихорадочно заглядывала в глаза то одному, то другому мужчине. Мое тело находилось в агонии, лоно болезненно пульсировало,