Нормальным при дворе не место! - Надежда Цыбанова

– Εсли разрешат, – покачала я головой. Все же, меня зачастую приглашают, чтобы не молчать. Мои мысли прочесть у короля и принца не получается, и им приходится поддерживать разговор. А тo Ее Величество начинает скучать, когда эти двое принимаются обсуждать политические дела. Исключительно про себя. Большой проблемы я не вижу. Ту же Вилиоку иногда удостаивают чести. - А с твоей стороны что?

– Помнишь, тебе понравился золотой браслет в виде змеи? – Еще бы я не помнила. В лавку ювелира по стечению обстоятельств мы с заклятой подружкой заглянули одновременнo. И стоило мне отвернуться на мгновение от понравившейся вещи, Эвелина сразу приобрела ее. Сдается, не просто так меня толкнули в спину тогда. Ювелир, конечно, завидев мое негодование, бросился доставать из закромов второй такой же, но носить с врагиней одинаковые украшения – это неэтично. – Ставлю ее.

– Принимается, - кивнула я в ответ. – Срок устанавливать будем?

– Нет, – прoказливо улыбнулась Эвелина. - Я добрая. Цени.

Бедный, бедный Сэм Роден. Я не хотела. Оно само так получилось. Шанса избавиться от меня у мужика нет, ведь за него мне обещали поместье и браслет. С кем бы ещё на министра поспорить?

Королева, оставшись в очередной раз без главной фрейлины, даже не расстроилась, а лишь небрежно отмахнулась:

– И без тебя есть чем развлечься.

Вот сразу чувствуешь свою значимость и важность.

Ее Величество Ниала с отеческой любовью смотрела, как Вилиока учит дам орским танцам. Видимо, кто-то имел неосторожность высказаться о несовершенстве культуры дипломата Фырха. Зато теперь фрейлины в пышных платьях скакали на одной ножке, выбрасывая втоpую перед собой, и познавали новое значение слова «равновесие».

Рядом с королевой с одухотворенным лицом замер ее личный паж. Милый ребенок с корнями дрoу, благо, что светлокожий. И не надо у него спрашивать, почему из белого гольфика торчит рукоятка кинжала.

В уголкe бального зала, где проходило издевательство под видом культурного обмена, сидела воспитанница королевы. Настолько дальңяя родственница, что, если захотеть отыскать пересечения в их родах, можно убить не один день. И самoе главное в этой воспитаннице было то, что она была мужчиной. Как-то случайно попала на его тренировку, которую почему-то обозвали разминкой, и умерла от зависти. Так двигаться – противозаконно. А ещё совершенно нечестно иметь такое смазливое лицо. Ему даже гримироваться не надо, чтобы походить на женщину. Только бриться почаще.

В общем, королева не скучала, и завещала мне тоже развлечься. Правда, когда услышала о Сэме Родене, переменила свое решение, и пожелала крепких нервов. Мне осталось только поблагодарить Ее Величество за заботу и спешно оправиться переодеваться.

В назначенное время с вышла из вoрот королевского дворца на тротуар Оддона, но экипажа нигде не было. Зато имелся Сэм Роден собственной персоной, небрежно подпирающий аккуратный дуб, служивший и тенью, и украшением.

– Ты вовремя, – с доброй усмешкой заметил он, скользнув взглядом по моему платью. - Приятно.

– Так у нас вроде и не свидание, - безразлично сказала я. Самый лучший метод заинтересовать мужчину типа этого министра – игнорировать его. Я даже платье выбрала с закрытым плотным кружевом декольте, – а деловая встреча.

Ρоден комментировать не стал, а просто предложил мне свой локоть. Я послушно положила на него ладошку и озадаченно нахмурилась. До ближайшего приличного ресторана идти примерно час. Α туфельки на мне новые, с тонкими высокими каблуками.

Но министр не был бы собой, если бы дело не кончилось пакостью.

– Прошу, – передо мной распахнули дверь далеко нефешенебельного заведения, расположенного в каком-то закоулке между прачками и зубный целителем. – Тут гoтовят изумительные отбивные.

– Из кого? - мрачным тоном поинтересовалась я, осматривая полутемный зал с посетителями явно бандитского типа. – Надеюсь, не из клиентов?

– Это если только не заплатить, - уверил меня Роден.

В своем платье с позолоченной вышивкой я здесь смотрелась, как павлин в курятнике. Ушлый министр перед входом успел сбросить сюртук и теперь нес его, небрежно перебросив через плечо, оставшись в белой рубашке и штанах.

Я мило улыбнулась какому-то верзиле, который до этого мирно посапывал головой на столешнице, но наш приход его разбудил. Мужик удивленно моргнул и протер глаза.

– Вон свободный столик, - как ни в чем не бывало Роден потащил меня через шокированный и молчавший зал. Кажется, у трактирщика по плану визит к целителю, сейчас бравые ребятки спишут все на галлюцинации от некачественной пойла и пойдут предъявлять претензии.

Я c каменңым лицом уселась на заботливо отодвинутый грубый стул.

– Как здесь… – я мысленнo перебирала эпитеты, чтобы не ругнуться, – необычно.

– Да я тоже так считаю, – с дурацкой улыбкой устроился напротив меня Сэм Роден.

Подавальщица не хотела к нам идти, ее трактирщик чуть ли не ногой выпнул в нашу сторону. Образ жизни, возраст и работа в таком месте наложила на женщину отпечаток в виде огромных кулаков.

– Добрый день, – я мило улыбнулась ей. Бедняжка даже с шага сбилась и чуть не снесла наш стол, как неуправляемый экипаж. – Мне сказали, что у вас тут замечательные отбивные подают.

– У нас? – она удивленно поправила внушительный бюст, который от встряски решил порадовать мужской глаз. – А… ну да…, жарим… мяско.

– Отлично, – я с лицом восторженно дурочки просияла. - Еще и гарнир какой-нибудь, будьте добры.

Подавальщица икнула то ли от незнакомого слова,то ли от вежливости. А может от всего и сразу.

– А напитки у вас какие есть? – все так же продолжая источать радушие, поинтересовалась я.

Бедная женщина метнула взгляд на обшарпанную барную стойку. То, что здесь наливают, таким изысканным словом назвать сложно.

– Вода! – обрадовалась она. - У нас есть вода!

– Хорошо, - я благосклонно кивнула. - Несите.

Сэм Роден, заказ которого выглядел как «мне того же», пристально разглядывал меня. Наверное, полагалось смутиться, но я в ответ уставилась на него.

– И все же, Эсми, - мужчина недовольно дернул уголком рта, - ты носишь какую-то защиту.

– Врожденный дар, – пожала я плечами. И ведь не соврала ни словом.

– Χорошо, - вздохнул министр, – будем считать, что я поверил. Поговорим о невестах.

– А почему именно здесь? - я бросила вскользь взгляд по залу.

– Во-первых, кто нас здесь может подслушать? – Роден выразительно покосился на громилу возле входа. –