В плену Патория - Юлия Александровна Пульс

вцепился в мое лицо колким взглядом и вдруг рассмеялся. Стая поддержала его всеобщим хохотом, и я вновь ощутила унижение даже более сильное, нежели стоять обнаженной перед голыми мужчинами.

– Такой расы не существует, – уверенным тоном отрезал он, когда гомон стих. – Ты лжешь, дитя, – последние произнесенные им слова показались мне мягкими. С толикой доброты, что явно не вязалось с его жутко угрожающим образом.

– Она назвала имя. Арния Лаир и… – вожак жестом пресек речь мужчины, который притащил меня в поселение.

– Яви свое истинное лицо, Арния Лаир! – приказал он и напрягся, ожидая моего превращения, но никто из этой странной своры не знал, что свой истинный лик я не явлю никогда! Как и Селеста я не собиралась всецело принадлежать мужчине, кем бы он ни был! Поэтому, вместо того, чтобы показать себя, я превратилась в девушку с белыми, как снег волосами, голубыми глазами и миловидными чертами лица. Стая ахнула, когда мои формы округлились, а длинные волосы вьющимися локонами упали на спину. Я посмотрела на реакцию чудовища, и сердце замерло в груди. Может, нужно было выбрать другой образ?

Да! Я не угадала! Я жестоко просчиталась, ведь понятия не имела, какая внешность способна отпугнуть мужчину. В силу юного возраста в старуху превращаться еще не умела. Так кардинально менять физиологию тела способны лишь опытные безликие женщины, которые успели познать мужчину.

Глаза вожака вспыхнули золотом, а вертикальные зрачки расширились. Когтистые лапы сжались, а язык облизнул окружность морды и длинные белые усы. Я почувствовала себя свежим куском мяса на блюде и не ошиблась в ощущениях. Другие мужчины тоже оживились. Особенно тот, что тащил меня по лесу.

– Миран, позволь мне забрать эту самку по праву…

– Нет! Зайди в шатер! – ревностно и грозно произнесло чудовище, обращаясь ко мне.

Я пошла бесчувственными голыми стопами по снегу вперед. Мимо вожака прямо в приоткрытый полог шатра, откуда веяло спасительным жаром. Сейчас я не могла думать ни о чем, кроме тепла. Настолько промерзла, что весь мир застыл, и я уже не слышала, о чем говорила стая за моей спиной. Остановилась у порога на теплом ворсистом ковре и оглядела помещение, в самом центре которого полыхало огромное кострище, языками пламени уходящее в большое отверстие в потолке шатра. Неподалеку от огня расположился кряжистый деревянный стол непонятной формы и четыре стула той же темно-коричневой породы с мохнатыми белыми подстилками. Весь пол был устлан разноцветными шкурами, а в дальнем углу стояла массивная кровать, аккуратно застеленная шерстяным черным покрывалом. Я взглянула на подушки, что манили поскорее оказаться в их плену и уснуть, а потом резко прогнала это наваждение, возвращаясь в страшную реальность. Теперь без энтузиазма рассматривала остальные предметы мебели. Шкафы и тумбы, плотную ширму и незажженные свечи в канделябрах. Внимание привлекло огромное количество разнообразных клинков и мечей, висящих под потолком неподалеку от трапезного стола. Я рассматривала их с опаской, не решаясь войти в само жилище. В нерешительности мялась в крохотном пространстве коридора до тех пор, пока не вошел хозяин этих владений. Огромный зверь едва помещался в узком проходе и без слов подтолкнул меня вперед мягкой лапой.

Я оказалась в просторной комнате шатра и сполна насладилась новой волной тепла, впитывая приятный запах еды. Мурашки перестали бегать по нагому телу, а дыхание выровнялось, но страх перед неизвестностью и чудовищем остался, хотя он вел себя, как человек. Повадки, походка, мимика! Очень странно было наблюдать за его движениями, которые не сочетались с образом!

– Хочешь есть, Арния Лаир, из рода безликих?

Никто никогда так меня не называл, но из его уст это прозвучало с неким почтением. Я колебалась, раздумывая о том, как ответить. Он же, не дожидаясь ответа, набросил на мои плечи одну из мягких шкур, в которую я тут же закуталась и почувствовала себя комфортно. Подтолкнул к стулу, и я неуверенно села за стол, голодными глазами пожирая пышущую ароматом еду.

– Не стесняйся, угощайся, – окинул он жестом яства, стоящие на столе, и присел напротив. Наполнил широкую серебряную чашу золотистой жидкостью, привстал и пододвинул ко мне через весь стол. Я двумя руками, чтобы не уронить, поднесла ее к губам и посмотрела на вожака.

Чудовище улыбнулось, и я застыла от неожиданности. Смотрела в его мохнатое лицо и не верила, что вижу его на самом деле, а не во сне.

– Испей. Не бойся, – раздался его тихий, но властный голос.

Я сделала глоток и почувствовала, как согревающая жидкость приятно потекла по горлу. Во рту остался привкус чего-то сладко-медового. Захотелось пить и пить этот вкуснейший напиток, но чутье подсказывало, что это далеко не сок, а горячительные напитки в резервации всегда возбранялось употреблять девушкам до дня первой крови. Вспомнив об этом, я плотно скрестила ноги, но зверь учуял то, что я пыталась скрыть. Повел носом и облизнулся, не отрывая от меня взгляда. Страх захлестнул с новой силой, и я запила его вторым глотком запретного напитка. Теперь ощутила его тепло в животе и немного расслабилась, хотя зверь продолжал пожирать меня глазами.

– Как ты оказалась в лесу, Арния Лаир? Откуда ты родом и что ищешь в землях моего клана?

Его спокойный, но грозный голос не вызвал отвращения или паники. Я уже почти привыкла к его страшной внешности, хотя все равно опасалась за свою жизнь. Раздумывала, стоит ли посвящать незнакомца в тайну своего рода? Долго молча смотрела на него и решила не говорить всей правды. Моя главная цель – добраться до столицы! Пока даже не представляла, как сбежать отсюда без карты!

– Я шла в столицу империи и заблудилась в красном лесу. В землях вашего клана я ничего не искала и буду благодарна, если укажите мне дорогу к людским поселениям и отпустите, – рискнула просить о милости, но он мотнул головой и прищурился.

– Я мог бы отпустить тебя, но стая жаждет овладеть чужачкой, способной так лихо превращаться в прелестных дев. Мне не сдержать их пыл, но пока ты находишься под моим покровительством, тебя не тронут. В твоих же интересах поведать мне правду о себе. Я весьма не терпелив, когда дело касается привлекательной женщины, – заулыбался он коварной мордой, а у меня сердце ухнуло в пятки. Не двузначный намек я поняла сразу!